Страшилка

В детстве я почти не видела снов, а может, просто их забывала. Лет с 15 сны мне стали снится каждую ночь. Я их люблю: одновременно спишь и смотришь кино. Снится разное: чаще что-то абсурдное, до смешного. То я вдруг снова шестиклассница и мы с классом летим в космос и играем на Луне в бильярд; то я иду рано утром по улице, навстречу парень с мороженым, а я вырываю у него мороженое и бегу прочь, ем и смеюсь; то преподша по философии танцует танго с унитазом. Бывало и такое: Штирлиц поймал Гарри Поттера и, приняв его за шпиона, отвёл в какой-то штаб, а начальник штаба сказал что Поттер не шпион, а негр, вымазавшийся отбеливателем. Короче, полная ахинея.
‎Иногда сны снятся тревожные или страшные, а иногда я даже не знаю, сон это был или нет? Хочу рассказать о самых интересных и запомнившихся кошмарах за последнее время.
‎
1. ‎Олимпиада, которой не было

‎В этом сне мне 13 лет. Осень, то ли конец октября, то ли начало ноября. Меня, мою одноклассницу Лену и какого-то безымянного мальчика из класса помладше отправили на какую-то олимпиаду в другую школу. Внезапно так, без предупреждения. Мы садимся в трамвай и едем. Едем долго, трамвай гремит и еле-еле тащится.

Давным – давно в небольшом городке самым популярным видом транспорта среди населения были трамваи. Они весело звенели и колесили по рельсам. Водителями в них зачастую были женщины. На небольших остановках люди ожидали приезда трамвайчика, в основном, чтобы поехать в центр города, на рынок.
Когда были летние каникулы, подростки любили зайцем прокатиться по всему маршруту, от начала до конца. Но когда их ловили контролёры без билетов, приходилось слёзно просить, чтоб отпустили, притворяясь заблудившимися детьми. Но кататься на трамваях подростки не бросили. К слову сказать, многие в детстве ещё и на лифтах в многоэтажки бегали кататься. Туда, сюда, по сто раз. Но бдительные старушки прогоняли чужих из своих подъездов.
Вечером почти в каждом дворе все гуляли большими компаниями, человек по 20. В нашем заводском районе жили, в основном, многодетные семьи. Двое детей – это был минимум. У большинства было трое, четверо, а то и семеро детей в семье.

Вот так молодёжь однажды сидела возле дома на скамейке и обсуждала приключения на лифтах и поездках зайцем на трамвае. На что одна девочка сказала:
– Вы случайно не ездили на 13-ом трамвае?
– Нет. А что?
– А вы, что не знаете историю о нём?
– Нет!
– Вы что?! Никогда не садитесь в 13 трамвай! – Сказала эта девочка зловещим голосом.
– Но почему? – Спросили все.
– Кто сядет в него, того больше никто никогда не увидит живым, – жутким шепотом сказала девочка.
– Ой, ужас какой!
– Вот послушайте как всё было... - И девочка стала рассказывать страшную историю.

«Предвидение всегда исполняется непредвиденным образом».
Такаси Мацуока.

Сбываются ли сны? В какой-то жёлтой прессе я читала, что иногда сбываются. Есть ли этому разумное объяснение? Возможно. Итак, без лишней болтовни. Приснился мне недавно странный и весьма нехороший сон. Почему-то я запомнила его в деталях. Вначале появился густой и плотный полумрак с размытыми очертаниями диковинных сооружений. Затем туман понемногу рассеялся. Я ожидала узреть что-либо наподобие таинственного фантастического мира, в котором процветает благоденствие и изобилие, или же добрую фею, с волшебной лёгкостью исполняющую желания, при этом омолодив меня лет этак на десять. Я не про пластическую операцию, этот тупой самообман, а по-настоящему. Вуаля! И - помолодела. Не отказалась бы от принца на белом коне, который неожиданно прискачет из неведомых краёв, и положит к моим ногам несметные сокровища. Э-х, не везёт мне даже в снах. Тем не менее, проклятая страсть к стяжательству, зелёненьким купюрам, а так же ювелирным украшательствам из драгметаллов, навязчивой идеей преследует меня всегда. Хочу всего, и желательно, сразу. Не смешно, между прочим. Одним вот, всё можно, а другим почему-то недоступно почти ничего. Рылом не вышла? А вот и нет, ещё как вышла. И рылом, и телом с буферами. Но богатеньких бабушек-дедушек за границей с завещанием на моё имя у меня не оказалось. По всем базам пробивала. Ну всё, сплю.

Анна никогда не была "ангелочком". Проблемы в общении возникали как во время контактов со сверстниками, так и во время разговоров с родителями. У девочки был весьма вспыльчивый характер. На момент рассказа девочке было одиннадцать лет, и друзей у неё до этого времени не было. Не было от слова "совсем". И виноват был, конечно, ее способ общения - просить все себе и ни с кем ничем не делиться.

Зимнее утро. Анна шла в школу, а точнее бежала, размахивая своим розовым рюкзаком, усеянным значками. Вдруг из-за сильного порыва ветра с головы девочки сорвалась шапка и слетела на землю, заскользив после по льду. Надев рюкзак на спину, Анна побежала за своей шапочкой, не замечая вокруг ничего. Вот таким образом Анна и добежала до места, которое стало ключевым моментом перелома её спокойной жизни. Подняв с земли шапочку и отдышавшись, Анна стала осматриваться по сторонам. Обернувшись, она увидела слепящие фары трамвая, услышала громкий звук звонка, и... Транспорт переехал девочку, точнее, отбросил ее с дороги, отрезав одновременно с этим Анне руки и едва не отрезав голову.

Проснулась девочка в странном месте, сидя целой и невредимой у стены некоего подвального помещения. Она пыталась подумать, но в голове была пустота. Анна даже не могла вспомнить, что же с ней случилось - помнила она какие-то звуки и ярки свет, должно быть солнечный. К слову, в подвале, в котором сидела девочка, света не было. Анна встала на ноги и протянула вперёд руку, нащупав какие-то нитки или...

История эта началась несколько лет назад. И, к сожалению, не окончилась до сих пор...

Одна моя родственница, Валентина, трудится водителем городского трамвая в Екатеринбурге. И на её маршруте раньше часто каталась одна странная пассажирка, женщина непонятного возраста. Иногда на вид ей казалось лет тридцать пять, не больше, а иногда она вся скукоживалась, лицо темнело и сморщивалось, как у столетней старухи. Но необычным в женщине было не только это. О таких как она в старину, наверное, и говорили – блаженная. Молчащей эту даму никто никогда не видел. Она постоянно вела беседу с кем-то невидимым, причём, вслух и часто - очень громко. Другие пассажиры в вагоне блаженную сторонились. А та, усевшись на освободившееся место, начинала вещать. Только смысла в её речах не прослушивалось. Два-три слова ещё можно было как-то объединить в одну логическую цепочку, но вот целостные предложения уже не складывались (ну, прямо, как у профессионального депутата Государственной Думы!). Окружающие на разговорчивую мадаму смотрели снисходительно, в полемику с ней не вступали. Что взять с убогонькой?.. Так она и каталась по этому маршруту несколько лет. Водители и кондукторы к ней уже привыкли, денег за проезд не требовали.

Скрипучий голос диктора, раздавшийся из дребезжащих колонок и топот проходивших мимо пассажиров, разбудили меня. Посмотрев по сторонам и в окно, заключаю, что я заснул и проехал свою остановку. Взглянул на часы: светящиеся фосфором стрелки на циферблате показывали ровно одиннадцать вечера. Выходит, что согретый теплом вагона, я расслабился и проспал не меньше часа.

Люди уже покинули трамвай (видимо, это была конечная); уставший кондуктор, в синем с серебристыми пуговицами пиджаке, вопросительным взглядом недвусмысленно призывал последовать примеру остальных. Я нехотя поднялся и направился к выходу. Едва я успел выйти, как за спиной лязгнули автоматические двери; трамвай с шумом тронулся.

Другие пассажиры разошлись кто куда, и на остановке я остался один. В первом же порыве ледяного ноябрьского ветра, смешанного со снежной пылью, растворилось все накопленное тепло и ощущение приятного комфорта. Я поежился и поднял ворот своего коричневого кашемирового пальто.

Однажды ночью я рассорился со своей девушкой и поехал к себе в общежитие. Успел проехаться в метро до закрытия, прошел, ежась от холода, двести метров до трамвайной остановки. Фонарь над нею не горел, людей не было. Я уже начал припоминать, ходят ли еще трамваи в это время, но приближающийся грохот и скрип развеяли мои сомнения. Источник звука выехал из-за поворота и остановился, помедлив немного, раскрыл двери.

- Вы еще ездите? - спросил я у водителя, небритого мужчины в оранжевой спецовке. - Или уже в депо?
- Последний трамвай, - буркнул водитель, нетерпеливо постукивая пальцами по рулю. Я не стал дальше ему надоедать, облегченно вздохнул и прошел в абсолютно пустой салон. Почему-то лампы внутри изредка подмигивали, словно у трамвая тоже слипались глаза.

Я сел на одно из последних мест - мне всегда нравилось наблюдать за другими пассажирами. Как они одеты, о чем разговаривают. С какими лицами смотрят в окна, улыбаются ли, встретив взгляд своего отражения. Я вот - всегда улыбался.

Трамвай загремел, набирая скорость. Несколько остановок он проехал, не останавливаясь - все равно там никого не было. На следующей - остановился и впустил сутулого мужчину в черном плаще с поднятым воротником. Он закашлялся, заходя и сел на одно из первых мест. Мне было его не разглядеть и я включил плеер, чтобы не заснуть.

В одном городе жил мальчик. Однажды он шёл из школы. В своем городе он знал каждый уголок. Но сейчас он увидел, что оказался в районе, в котором никогда не был. Стояли дома непривычной конструкции, росли деревья незнакомого вида. И на улице не было ни одного человека.

Он подошёл к остановке трамвая. Номера были какие-то странные: №1932-1958, №1983-1995. Как цифры на кладбище. И сразу же показался трамвай. Двери распахнулись. Мальчика так и потянуло в чёрную прямоугольную дыру. Ещё секунда, и он сделал бы шаг. Но у него хватило разума повернуться и шагнуть в обратную сторону.

И всё резко переменилось. Появились люди. Возник шум города.

Мальчик потом долго думал, почему же он не вошёл в трамвай. И он понял: он ещё не купил проездной на этот месяц. И его могли оштрафовать. А ещё он вспомнил, что сегодня ввели новые восьмизначные номера.