Взошла полная луна, осветив мрачную и жуткую картину. Остатки домов протягивали сломанные конечности к безмолвному небу, усыпанному равнодушными ко всему звездами. Руины, покрытые снегом, блестели при луне, невольно зачаровывая своей мёртвой красотой. Ветер гулял покинутыми улицами, забрасывая снег в разбитые, слепые окна. Он завывал так, что могло показаться, будто это кричат тысячи людей, которых настигла беда.
Но однообразная картина наконец-то изменилась. На дороге показалась одинокая фигурка. Это был мужчина, одетый в старую меховую куртку. Шапки у него не было, и волосы покрывала тонкая корочка льда. Мужчина, стараясь не обращать внимания на холод, упрямо шел вперед. Медленно, шаг за шагом, спотыкаясь, но все-таки не останавливался. И вот он приблизился к единственной более или менее уцелевшей хижине. Она была деревянная и казалась этаким островком в океане страха и тоски - весь ее внешний вид говорил о том, что она построена совсем недавно.
Мужчина открыл тоскливо скрипнувшую дверь и вошел в хижину. Обстановка внутри была крайне скудная – ни кроватей, ни стульев, ни столов. Только сложенный из камней очаг посредине единственной комнаты, в котором тлели еще не остывшие угли, да куча накрытой старым покрывалом соломы рядом с очагом, которая служила неведомо кому постелью.
Но однообразная картина наконец-то изменилась. На дороге показалась одинокая фигурка. Это был мужчина, одетый в старую меховую куртку. Шапки у него не было, и волосы покрывала тонкая корочка льда. Мужчина, стараясь не обращать внимания на холод, упрямо шел вперед. Медленно, шаг за шагом, спотыкаясь, но все-таки не останавливался. И вот он приблизился к единственной более или менее уцелевшей хижине. Она была деревянная и казалась этаким островком в океане страха и тоски - весь ее внешний вид говорил о том, что она построена совсем недавно.
Мужчина открыл тоскливо скрипнувшую дверь и вошел в хижину. Обстановка внутри была крайне скудная – ни кроватей, ни стульев, ни столов. Только сложенный из камней очаг посредине единственной комнаты, в котором тлели еще не остывшие угли, да куча накрытой старым покрывалом соломы рядом с очагом, которая служила неведомо кому постелью.
Категория: Страшные рассказы

Бывай, парниша!