Страшилка

- Какие длинные у тебя грязные ногти! Посмотри, какие у меня, ровненькие, подстриженные, - говорит девочка своей подружке.
- Я тоже хочу такие красивые ногти! - закапризничала девочка.
- Хорошо-хорошо, - ответила малышка. - У тебя есть ножницы?
- Да, только садовые. Им мама растения стрижет.
- Вот видишь, Вика, даже за деревьями ухаживают всегда, а ты за своими ноготками даже не ухаживаешь, стыд и срам.

Побежала девочка за ножничками в сад и быстро вернулась с ножницами назад.
Ножницы большие, красивые!
- Давай-ка сюда ручки! - говорит ей девочка и нажала на ножницы, которые принесла девочка.

Мы с семьей переехали в новый дом. Он был очень красивым, ну дом этот. Люстры были из хрусталя. Пол в некоторых комнатах был из мрамора. Сад был очень прекрасным, летали бабочки и жужжали жуки. Были скамейки, тоже из мрамора. Мы сели кушать суп, который сварила мама, но там почему-то оказались ногти. Мы с папой спросили у мамы, почему там ногти, ты что, в суп их стригла? Но мама ничего не знала, откуда там ногти, мы подумали, что наверное это она просто не заметила, когда резала мясо, случайно отрезала ногти и они остались в мясе. Потом мы убрали их из супа и съели его. А дальше мы почему-то начали смеяться, всем стало весело. И тут я услышала стуки из-под стены. Я испугалась и убежала в свою комнату. А родители остались угорать в этой комнате, ну то есть на кухне.

Я залезла под одеяло и стала плакать. Как вдруг родители резко перестали смеяться. Я опять испугалась и решила проверить, что случилось с ними. Пришла на кухню и вы не представляете, что я увидела! Там были тела родителей растерзаны просто и разбросаны по комнате. Я начала дико орать и плакать, как вдруг снова услышала страшный стук в стене, а когда я посмотрела на стену, то увидела там страшное лицо в личинках и протухшее оно было, зубы были черными и оно улыбалось, из лица текла какая-то темная жидкость. Оно выглядывало прямо из стены. И тогда я поняла, что кто-то очень давно замуровал человека в стену и дух человека не упокоился, и кто в этот дом заедет, тот обречен! Сначала оно в еду накидает ногти, а потом своей призрачной силой заставит смеяться, а потом жутко убьет тебя.

У одной девушки был парень, у которого были все время ногти накрашены красным, причем очень ярко. Когда она не была с ним знакома, была нормальной и послушной, а когда с ним связалась, стала грубить матери и пропадать с ним по клубам ночи напролет и до утра.

И вот однажды она приходит домой, её мать сидит на диване и у неё нету рук. Но девушка была настолько безразличной, что не заметила, да и в комнату к матери не заходила. Только пришла, взяла сигареты, крикнула "Мам, я ушла!" и снова пошла в клуб. И только когда она увиделась с парнем, ногти были у него ещё ярче.

На следующий день она опять пришла домой, а у её матери нету ног. Она, как и в прошлый раз, не заметила и опять ушла. Завтрашним днем все повторилось так же, только вместо её матери осталась лишь голова, а девушка до сих пор ничего не замечала и у её парня ногти становились все ярче.

В очередной раз она вернулась, смотрит, от входной двери ведут маленькие капли крови. Она пошла по ним. Капли завели в комнату матери. Она спросила: "Мам, ты дома?". Ответом ей была тишина. Кровь привела к старому маминому шкафу. Она смущалась, но все-таки решилась его открыть.

История создана на реальных события. Я расскажу про свою соседку Машу и буду рассказывать от ее лица. Мне девятнадцать лет, я учусь в университете. Живу одна в съёмной квартире со своей кошкой Тимошкой. В нашем квартале дома построены друг напротив друга, так что из любого окна моей квартиры видна квартира Петровых. Это очень милая семья, с их старшей дочкой Натой училась в одной школе, а её сестре Камилла три года - маленькая девочка, была глухая, очень плохо слышит. Я часто встречала во дворе Нату, гуляющую со своей сестрой. В один такой день она пожаловалась, что приходила соседка снизу, которой сторонятся родители (ходили слухи, что она ведьма) и стала причитать, что громкая музыка Камиллы мешает ей спать, хотя было всего восемь часов вечера. Я сказала Нате, что она может ко мне приводить Камиллу в любое время и я посижу с малышкой, посмотрим телевизор у меня - мои соседи почти всегда работают ночью. Но Ната отказалась, сказав, что не боится никакой соседки. Это был мой последний разговор с ней...

Вечером я, как обычно, сидела и смотрела телевизор, Тимошка лежала со мной. Стоял июль, поэтому все окна в квартире были открыты. Из окна дома напротив доносилась привычная музыка из мультфильма, который смотрела Камилла. Я потихоньку начала засыпать, как вдруг музыка резко прервалась, а свет в окнах квартиры Петровых погас. Я подошла к окну - ни единого звука или движения, квартира была погружена во мрак. Моё сердце почему-то резко забилось так, что я почувствовала его биение в своём горле. Я стояла и смотрела в чёрные окна.

Подклад - это предмет, заряженный мощной негативной энергетикой. И нацелена эта энергетика на то, чтобы в том месте, где он находится, случались всякие нехорошие дела. Проще говоря, подклад - это подброшенная вам заговорённая вещь. Для того, чтобы его обнаружить, надо обыскать все труднодоступные места дома: шкафы, антресоли, полки. Однако подклад может быть не только спрятанным, вы можете взять заговорённую вещицу и из рук недоброжелателя. Также не советую подбирать найденные на улице кошельки. Мало ли что. Ведь отрицательной энергетикой можно зарядить абсолютно любой предмет, хотя чаще всего для этого используют острые предметы: иголки, булавки и др. Очень часто это делают с целью избавления от проблем, переложив их на того, кто найдёт подклад.

Что же делать, если вы всё-таки обнаружили у себя дома подклад? Ни в коем случае не прикасайтесь к нему голыми руками, воспользуйтесь перчатками. Теперь возьмите какой-нибудь пакет и сметите в него подклад при помощи листа бумаги. Если же вы обнаружили заговорённую вещь в огороде или в саду - не заносите её домой. Теперь сожгите эту гадость. Остатки соберите в другой пакет и унесите подальше, затем закопайте. Закапывать лучше всего в лесу.

А чтобы не стать жертвой чёрной магии, запомните несколько правил.

Одна девочка любила красить свои ногти голубым лаком. Ей казалось, что это очень красиво. Ее и родители ругали и в школе ругали, а когда она приехала в лагерь и в лагере тоже ругали. Вожатая требовала, чтобы девочка смыла этот лак, очень сильно ругалась на девочку. Но девочка не сдавалась.

Тогда вожатая подговорила нескольких девочек, чтобы они издевались над этой. Взамен она обещала девочкам, что даст им поиграть на своем ноутбуке. Девочки стали издеваться, по всякому обзывали ту, с голубыми ногтями. Вожатая хотела, чтобы девочка перестала красить ногти лаком, но девочка взяла и сбежала из лагеря. Ее три дня искали, но так и не нашли. Решили, что домой вернулась.

Прошло еще несколько дней. Один маленький мальчик во время обеда стал плакать - ему в котлете попался голубой ноготь. Потом еще один мальчик нашел у себя в котлете голубой ноготь. А одной девочке вообще два ногтя досталось.

Случилось это, девонька, когда мне лет этак 16 стукнуло. Это как раз после войны было. Семья у нас большая, детей много было, да все мал, мала, меньше, я самая старшая из них. Мамка-то на заводе надрывалась, а от отца пока никаких вестей не поступало: жив ли, мертв ли - неизвестно. И эта неизвестность очень нас пугала.

Так вот, чтоб мамке-то своей помочь, устроилась я санитарочкой в больницу. Деньги-то небольшие, конечно, платили, зато в сытости была, да и младшим если какой больной что-то не доест - так гостинец приносила. Ничего, жить можно было.

И в первую же смену довелось мне увидеть умирающего. То был старик без роду без племени, одинокий, никому не нужный. Умирал он тяжело, все стонал и на каталке метался. А дыхание было сиплое-сиплое, словно кто душил его. В ту пору в больнице нашей для таких умирающих был выделен закуток: чтоб на глаза больным не попадались. Так вот, в этом темном закутке дед тот медленно и умирал. Для меня это было потрясением: никто из врачей не оказывал ему никакой помощи, не подходил, не смотрел, не проверял. А я сновала по коридору со шваброй туда-сюда, но ноги то и дело несли меня к тому страшному закутку. Я пыталась облегчить участь умирающего: дать воды, обтереть лицо, но он уже был совсем плох - не двигался и дыхания почти не ощущалось.