Страшилка

Девушка возвращалась домой поздно ночью. В свои девятнадцать лет она попала в Сан-Франциско, но чтобы проживать в мегаполисе она была вынуждена петь по вечерам посетителям ресторана Ocean Vew.

Сегодняшний день не стал исключением. Всем было все равно, что сегодня девятое сентября - её день рождения и она хотела бы отметить его. Но нет! Вместо тихого домашнего ужина ей приходилось отмечать праздник в компании подвыпивших посетителей, которые все время заказывали одни и те же песни по десять раз за вечер! Девушке нужно было перейти дорогу, но неожиданно она увидела яркий свет. Что это? Машина? Вряд ли. Свет был слишком яркий. Девушка пыталась отступить, но было слишком поздно. Свет затягивал её.

Девушка очнулась в своем городе. Но он изменился, стал пустынным, на улицах совсем не было людей, а город больше был похожим на заброшенный.
- Где я? А самое главное - кто я? - пробормотала девушка, - Куда мне идти? - задумалась девушка и присела на бордюр. - Решено! Буду идти все время прямо! - Девушка прошла вдоль незнакомой улицы. Она не узнавала ничего. Задумавшись, девушка совсем не обращала внимания на дома. А зря! Они все имели один номер - 9.

Вика подошла к турникету и приложила карточку "БСК" к светящемуся кругляшу. Но загорелся не зеленый огонек означающий, что она может пройти дальше, а красный означающий, что карта не принята. Она перевернула карту и приложила ее еще раз. Но и на этот раз аппарат выдал красный огонек. Сзади уже напирали другие пассажиры. Девушка выругалась сквозь зубы и отошла к кассе по продаже жетонов. Настроение, которое и так было никакое, испортилось окончательно.

Спускаясь по эскалатору, она вынула из сумочки небольшой смартфон и зашла на свою страничку в соцсети. Новых сообщений не было и она стала прокручивать ленту новостей. То и дело ей попадались пестрые фотографии с отпуска на море ее друзей. А вот она в этом году так никуда и не вырвалась. Она с завистью смотрела на голубую воду и рыжий песок. Тоска и жалость к самой себе тисками задавливали ее сердце. Скоро уже наступит осень, а за ней и холодная зима...

С такими мыслями девушка спустилась на платформу и не отрываясь от экрана своего смартфона стала продвигаться сквозь толпу людей ближе к поездам. Она прошла под одной из красивых гранитных арок, которую украшали причудливые узоры из гипсовых цветов и оказалась у края серой платформы. Она простояла минут десять, водя пальцами по сенсорному экрану телефона. Поезда все не было. Вика оторвалась от своего занятия и оглянулась по сторонам. На всей платформе кроме нее не было больше абсолютно никого. Девушка растеряно огляделась и в недоумении направилась обратно к эскалатору. По пути ей не встретилось ни одной живой души. Все люди, сквозь которых она пробиралась совсем недавно, внезапно куда-то пропали. Это стало пугать ее. На станции стояла полнейшая тишина, только ее шаги откликались эхом и затихали где-то под сводами высокого потолка. Подъемники не работали и света на всем протяжении подъема почему-то не было. В маленькой будочке, где обычно дремлет бабушка-смотритель, тоже никого не оказалось.
- Да, что происходит! - Выкрикнула уже изрядно напуганная девушка. - Где все?

Пустыня Сахара. XII век нашей эры. С трудом переставляя ноги по вязкому песку, на дюну взбирается одинокий араб. Мубарак отстал от каравана, с которым шел из Аль-Фейзара в Эль-Хазр, на каких-то 200 метров, как вдруг разыгравшийся песчаный шторм отрезал его от людей с верблюдами и тот мгновенно потерял ориентировку. Но Мубарак, дитя пустыни, не растерялся, он с детства знал, что нужно делать в таких ситуациях, так что, переждав бурю и определив где восток, двинулся обратно в родной город Аль-Фейзар. С ним такое случалось и раньше, так что он не воспринял это как очередное испытание на веру от Аллаха.
Запас воды подошел к концу, а палящее солнце все более немилосердно осушало истощенный организм. Нужно было срочно найти воду, но пустыня никогда не отличалась изобилием источников влаги. К тому же, нельзя было останавливаться, ведь сил на то, чтобы продолжать двигаться уже можно было и не найти. Мубарак прикинул, что до города оставалось полдня пути.
Араб поднялся на очередную дюну и тут его взору открылся небольшой оазис, который он раньше никогда не видел - водоем, шагов тридцать в самой широкой части, окруженный десятком невыскоих пальм, у подножия которых росши жухлые папоротники. Это была спасительная вода. Мубарак, воодушевленный этим подарком Аллаха, сбежал с дюны к оазису и замер в нерешительности. У кромки воды стоял человек, которого Мубарак не заметил ранее и задумчиво смотрел на воду. Здесь следовало проявить осторожность, ведь в пустыне есть немало опасностей, подстерегающих правоверного мусульманина - начиная с ядовитых змей и скорпионов и заканчивая разбойниками и бедуинами или еще чего хуже - джиннами и ифритами.
Поправив тюрбан, Мубарак окликнул человека и развел руки в знак того, что он безоружен и не имеет плохих намерений. К облегчению Мубарака, человек у кромки воды повторил его жест, тогда он подошел и представился:
- Приветствую, путник! Я Мубарак, простой торговец шелками, отстал от каравана и иду обратно в свой город Аль-Фейзар.
- Приветствую и тебя, - отозвался незнакомец, - меня зовут Алжир. Я заблудился в этой пустыне и искал воду...

Все началось с того, что по стене пополз утюг! Особого внимания на это не обратили. Взрослые не поняли, в чем тут дело и решили, что дети шутят или просто балуются...

Лишь месяц прошел с того дня, как семья перебралась в эту квартиру. Они удачно поменялись на большую жилплощадь. Состав семьи: муж, жена, бабушка и двое детей семилетний Кирилл и двенадцатилетний Леша. В квартире три комнаты.
Второй раз утюг сам собой пополз вверх по стене спустя двое суток после первой его попытки добраться ползком до потолка. Увидев ползущий снизу вверх утюг, Леша подошел поближе. Утюг тут же остановился, словно затаившись. Леша позвонил маме на работу.
- А ты сними его со стены, - посоветовала мама, посмеиваясь: она не поверила рассказу сынишки.
Леша внял совету. Он легко оторвал утюг от стены и отнес его в комнату бабушки, где и поставил на стол. Потом бабушка и Леша что-то убирали в соседней комнате, а когда вернулись в бабушкину спальню, увидели утюг рывками ползет там по ковру, висящему на стене.
Мальчик стал отдирать его от ковра и почувствовал нечто вроде легкого удара током в ладонь.

Прошло уже много лет с того памятного провала во времени, подарившего мне повод для размышлений на всю оставшуюся жизнь. Впечатления перестали быть такими яркими. Произошедшее казалось мне чуть реальнее ночного кошмара. Но однажды ночью я увидела странный сон...
Я вновь очутилась в том лесу шестнадцатилетней девочкой. Страха не было, лишь четкое осознание, что я сплю и что я скоро узнаю всю правду. Предвкушение чего-то невероятного вернулось, совсем как в тот день. Я медленно пошла вперед по заснеженной тропинке, как вдруг почувствовала запах дыма. Обернулась по сторонам в поисках костра, но ничего подобного не обнаружила. Под ногами оказалась какая-то ветка, о которую я благополучно споткнулась. Равновесие удержать не удалось и я упала на колени прямо в снег... Хотя, никакой это не снег. Под ногами оказалась черная земля и россыпь камней. Я вскрикнула, больно ударившись коленями. Оглядевшись, обнаружила, что вокруг вовсе не родной лес. Солнечный день вмиг сменился ночью. Звезды на небе непривычно яркие и большие, знакомых созвездий не нашла. Вместо луны два небольших спутника, горящих тусклым красным светом. У линии горизонта непрерывно сверкают молнии. Деревьев я не заметила. Только странные кустарники со скрюченными ветвями и острыми, будто лезвия, листьями кроваво-красного цвета. Запах дыма стал резче. Неподалеку полыхают несколько небольших домиков со странными крышами в форме полусферы. Так, нужно что-то делать. Очень жарко, поэтому я сняла шапку и расстегнула куртку.
Я развернулась и врезалась в чью-то высокую фигуру. Незнакомец тут же сграбастал меня за капюшон ручищей и чуть приподнял над землей. Хотела закричать, но от испуга голос пропал начисто. Это оказался очень высокий человек с длинными тонкими руками и непропорционально большими кистями. Хотя, человек его едва ли можно назвать. Голова вытянутая, обвязанная широкой зеленой лентой, огромные раскосые глаза, два отверстия вместо носа, тонкие губы с торчащими остриями клыков. Ни волос на голове, ни бровей не увидела. Одет незнакомец в подобие восточного халата с длинным подолом и широкими рукавами. На поясе висит оружие, напоминающее кинжал, по острию которого время от времени пробегают искры, будто разряд тока.

Накануне я поругался со всеми, с кем только мог. Кристина, моя девушка, обиделась на меня за то, что я, по ее словам, стал холодно к ней относиться. Говорит, романтики хочу. А я ей: "Неужели ты не хочешь принять меня таким, какой я есть? Я понимаю, что тебе бы хотелось видеть во мне романтичного парня, разъезжающего на белом коне, но я не такой". Она и обиделась.
Родителям не нравится то, что я почти не посвящаю их в мою личную жизнь. Действительно, сколько себя помню, никогда не спрашивал у них совета, не делился проблемами, хотя мама часто настаивает на обратном. И я ее понимаю.
Саня - мой единственный настоящий друг. Недавно звал меня на прогулку, хотел познакомить со своими друзьями. Я не хотел знакомиться ни с кем из его вурдалаков в силу своего отвратительного характера, поэтому сказал, что не могу пойти. Соврал, что подцепил простуду. Мы с ним пока еще не виделись, но мне теперь стыдно с ним говорить, честное слово.
Вчера вечером я размышлял над своим поведением и поведением окружающих. Под эти мысли и уснул. А проснулся уже не в своей кровати и даже не дома. Я лежал на голом бетонном полу в абсолютно пустой комнате. Придя в сознание, первым делом размял затекшие суставы и осмотрелся. Итак, голая комната. Интересно. Комната хорошо освещена, но, сколько не старался, источник света я так и не обнаружил. В этом бетонном кубе имелось два отверстия: первое, поменьше, служило окном. Я выглянул наружу: туман, редкая пожухлая трава, дальше, чем на 2 метра, ничего не видно. И невозможно точно определить время суток. Достаточно большое окно, чтобы в случае чего вылезти наружу. Другое отверстие - дверной проем. Правда, без двери. В проеме темно, абсолютно ничего не видно.

Я не знаю стоит ли мне рассказывать об этом... определенно стоит, иначе это будет мучить меня всю жизнь хотя... навряд ли это можно назвать ею.

Началось все с того, что как-то поздно вечером я возвращался с работы, на улице было темно только редкие фонари освещали её, я направлялся на автобусную остановку попутно мечтая лишь о двух вещах: горячем душе и теплой мягкой постели. Тело ломило от усталости, наконец, дойдя до остановки, я встал у горящего фонаря и принялся ждать своего автобуса, я стоял минут 5, как меня потревожил сиплый мужской голос, доносящийся сзади: "Уважаемый, не подскажите сколько времени?"

От неожиданности я вздрогнул и резко обернулся назад, в метрах 5 от меня на лавочке я увидел силуэт человека, свет фонаря не доходил до него, поэтому ни лица, ни одежды я разглядеть не смог, я отдернул рукав пиджака и посмотрел на циферблат своих наручных часов:
- 22:40, - спокойным тоном ответил я.
- Благодарю! - послышалось мне в ответ.
Около 7 минут мы простояли не сказав друг другу ни слова.
- Вы случайно не интересуетесь украшениями? - Неожиданно задал мне вопрос незнакомец.
- Какими украшениями? - Ответил вопросом на вопрос я.
- Кольцами, - ответил мне мужчина, понимаете у меня есть одно очень необычное и дорогое кольцо.
- Извините но у меня нет с собой денег, - солгал я.
- Что вы! Я не возьму с вас ни копейки! - Заявил мне незнакомец.

Произошла эта история лет шесть назад. В то время я, студент-зоолог, исследовал лягушек, точнее, различия в тональности их криков, писал весьма объемную работу. Это исследование и было причиной моей поездки в урочище Темное. Где именно оно находится, не скажу, чтобы не вызвать желания туда съездить - место, как оказалось, весьма опасное.

Старый сосновый лес с редкими березками, влажная, покрытая мхами почва, внизу, в овраге - длинное болото, затянувшее русло маленькой речки, ни единого признака присутствия человека - неудивительно, что местечко назвали Темным. На первый взгляд урочище мне очень понравилось: рябчики, с шумом выпархивающие из кустов, полянки медуницы и первоцветов, густой лесной запах, ничуть не оскверненный бензиновым смогом города...

Когда я спустился к болоту, заросшему кривым ивняком, воздух над ним буквально трещал от весеннего "концерта" лягушек. Так, держа в руках магнитофон, я пробродил по болоту почти до вечера, не чувствуя даже холода сочащейся под ногами апрельской воды.

Только когда выпирающие впереди заросли заволокло клочками тумана, я понял, что пора возвращаться. Вот только это стало задачей довольно сложной: в сумраке болото сильно изменило свой облик. По торчащим повсюду склизким корягам сориентироваться было невозможно, а вот споткнуться о них - легко. Собственные следы в темноте тоже стали неразличимы, да и наверняка их уже затянула жидкая грязь. Нависающий лохматый ивняк, еще утром поражавший меня своеобразной красотой, теперь казался чем-то жутким, как вырастающие из болота щупальца. Лягушки тоже кричали как-то пугающе, истерично, вдобавок послышались какие-то всплески, словно играла рыба.

Ночь, тьма и ни единой звездочки. К тому же фонари не горят. Темнота, хоть глаз выколи. Что я тут, спрашивается, делаю? Хотя я сама виновата! Говорила мне мама: "Не ходи ночью по улице", так нет же, я же самостоятельная! Черт меня дернул так задержаться у Светки! Сидела бы сейчас дома, попивала бы горячий чай, смотрела бы кино. Но нет. Я сейчас на улице. Здесь темно и холодно. Но что поделаешь?
Бесконечные туннели улиц уже начинают меня утомлять. Я даже не уверена, что иду по верному пути. Тысячи раз ходила по этой дороге и знаю все досконально. Каждую трещинку, каждый камешек, но вот толку от этих знаний, когда даже домов не видно? Да что там домов, вообще ничего не видно.
Вдалеке улицы замаячил свет. Я практически побежала к нему и обнаружила уличный фонарь. Тут же встала под него. Наконец-то! Стоя под светом, я не обращала внимание на легкую боль в глазах (уже привыкли к темноте). Я ощущала практически физическое удовольствие от света.
Я осмотрелась. Да, на этот раз меня память на подвела. Я уже недалеко от дома. Осталось пройти только несколько метров.
Кто-то шевельнулся во тьме. Я посмотрела в ту сторону. Страха я, честно сказать, не испытывала совсем.
Прислонившись к стене какого-то старого здание, сидел мужчина, разглядывая свои руки. Лицо мне рассмотреть не удалось. Оно было покрыто тенью. Этот человек отлично сливался с темнотой. Словно был частью ночи. Если бы существовало дитя тьмы, то мне кажется, что это был бы он.
Почему-то мне стало жаль этого человека. Я почти ощущала его грусть. Может быть, ему даже плохо. Надо проверить.
Я от природы человек добрый с очень слабым инстинктом самосохранения, который спит очень глубоко в душе, поэтому без проблем подошла к незнакомому человеку. Вблизи он оказался еще красивее. Черные волосы и бледная кожа. Классический вампир. Ему только клыков не хватает. Хотя нет, он не похож на вампира. Скорее кто-то другой. Знать бы еще кто. Вроде и вертится какая-то мысль, но зацепить ее не могу.

Этим дождливым осенним вечером Макс, как всегда, без настроения ввалился в свое любимое питейное заведение "Рашн Традишн". О значении названия он не задумывался никогда, как и, наверное, каждый посетитель Традишна. Кое-как доковыляв до барной стойки, он опустился на свое привычное место и попросил бармена плеснуть "как обычно". И принялся употреблять вовнутрь мерзкое пойло.
У Макса здесь не было ни друзей, ни знакомых, поэтому он слегка удивился, когда к нему подсел мужчина и заказал два крепких виски "для себя и вот этого молодого человека", кем и являлся Максим.
- Простите, Вы, кажется, меня с кем-то перепутали, - холодно сказал Макс, а сам подумал, что щедрый гость уже слегка поддатый, раз угощает первого попавшегося виски.
- Может быть. А может и нет. Вы ведь успешный начинающий предприниматель, ни в чем не нуждающийся и имеющий в кармане все благи, о которых только помышляет человечество?
Макс хотел в ответ сострить что-нибудь обидное, чтобы незнакомец не лез со своими подколами, но желание пропало, как только он поднял взгляд на незнакомца и оглядел его полностью: на вид - лет тридцать, оранжевые волосы уложены в форме пламени, языки которого стремятся ввысь. Один его глаз горел зеленым, другой - синим. Одета на нем была коричневая куртка, как раз для дождливой осенней погоды. Странно, что другие посетители не обращают на него никакого внимания.