Страшилка

Ну что же, вот вам еще одна история из деревенской жизни. Как обычно, имена изменены. Основано на реальных событиях.

Жила в одной деревеньке женщина. Назовём её Татьяна. Не одна жила, с мужем. Ох и любовь у них была, настоящая. Дети давно выросли, да по городам разъехались, лишь изредка приезжали, да внуков привозили. Татьяна и в старости женщина энергичная была: всё в руках горело. Поспевала она и грядки в огороде прополоть, и за скотиной приглядеть. Муж у неё хороший был, не пил и во всём ей помогал. Но однажды осенью случилась беда: приболел Танин муж да слёг совсем. Уж каких только лекарей женщина не водила, каких знахарей не приглашала - не смогли помочь.

Умер Татьянин муж, за несколько суток сгорел. Хоронили всей деревней, потом поминали так же. Батюшка отпевал мужчину, всё как положено. А Татьяна от горя себя не помнила, вроде и огородом занималась, и скотиной, соседи чем могли помогали, но не исцелил её труд. На кладбище она ходить начала каждый день. Говорили люди, мол, нельзя так, но не слушала добрых советов женщина, лишь в себе еще больше замкнулась. Всё на могиле плакала и просила возлюбленного к себе забрать.

Другой необычный случай моя знакомая вспомнила из своей юности.

В то время молоденькой Ольге вот-вот должно было стукнуть двадцать лет. И тут неожиданно в жизни девушки появился ухажёр не ухажёр, а так, просто приятель по имени Ростислав. Постарше лет на пять.
И познакомила их не абы кто, а сама мать Ростика - Маланья. Причём, как Ольга догадывалась, с далеко идущими планами. То, что сын состоит вот уже несколько лет в официальном браке, Маланью, похоже, совсем не смущало. А скорее, наоборот подстёгивало.
Дело в том, что со своей законной женой Ростислав жил неважно, а последние пару лет и вовсе отдельными домами. Супружница никак не могла забеременеть и порадовать отца сынком-дочкой, а бабку внуками. Видимо, по этой причине и решила более активная по жизни, чем сын, мамашка взять инициативу на себя.

- Хочешь покажу тебе, что значит любовь? - спросил Даня.
- Я не верю в любовь, это просто психическое расстройство и ничего более. - рассержено ответила Василиса.
- Почему же ты так думаешь?..
- Уходи, ты мне уже надоел!
Василиса снова говорила сама с собой, вот уже 3 месяца она находится в психологической лечебнице, после расставания с Даней ей все время мерещится кто-то. И она постоянно с ним говорит, хотя подсознательно осознаёт, что это вовсе не реальность. День за днём надежда на то, чтобы пережить сие состояние покидало её. Она совсем сложила руки и лишь продолжала говорить сама с собой.
Василиса сидела на белой кушетке с фотографией в руках и тихо плакала. Подумать только ещё 6 месяцев назад она была счастлива. Сейчас этого нет. Оглядывая белые стены палаты она не понимала, как ей уйти отсюда.

В далекой молодости была у меня очень сильная любовь. Потом мы с ним расстались, причем произошло это по моей вине. Я девушка ветреная была, парней меняла как перчатки, а он все терпел и прощал. Но и ангельскому терпению приходит конец, он бросил меня. Уходя, сказал: "У меня все будет хорошо, а ты останешься на всю жизнь одна".

Я повзрослела, поумнела, стала совсем другой. Но его слова не выходили из головы. Они словно оказались пророческими. Когда узнала, что он женился, и у них будет ребенок, внутри меня словно что-то перевернулось. Поняла, что никто мне не нужен, кроме него. Сделала сама простенький приворот на свечах и одновременно прочла заговор на остуду между супругами. Причем делалось все это с огромной надеждой на результат. И чем я только тогда думала?!

В 21:47 часов мама поведала мне историю, которая приключилась с её, на тот момент, 14-летней одноклассницей. Она рассказала эту историю моей матери, когда она сидела на могиле Елены, и печалилась о потере подруги. Забыла сказать, моя мама - экстрасенс, и услышала эту историю, как говорила, сидя на могиле Елены. Далее от её лица.

Утро. Солнце освещает своими лучами мою комнату. Будильник противно пищит, оповещая мне о том, что пора бы встать. Я лишь ворочалась на кровати, накрывала голову подушкой. Ничего не действует - будильник продолжает противно пищать. Я нехотя встала с кровати, протирая заспанные глаза. Чёрт, как же не хочется вставать! Встав с мягкой кровати, я пошла к зеркалу. Светло-блондинистые волосы превратились в ужасные лохмотья. Схватив расчёску, я начала устранять беспорядок на своей голове. Спустя 2 часа, я уже была ухожена. Взглянув на время, я пошла набивать портфель учебниками и собираться в школу. Одевшись, я двинулась в путь.

Этим способом принято вызывать духов умерших возлюбленных, "поговорить" с которыми иного способа не представляется. Подготовка для всех церемоний абсолютно одинакова, только в этом случае воспоминания должны касаться обоих, а вещи - связывать две души воедино. Идеальным станет использование обручальных колец, но это только в том случае, если до смерти возлюбленного уже было принято решение о свадьбе. В остальных - этого делать не стоит, иначе дух может "забрать" партнера к себе.

Ритуал проводится во время празднования Саймана. До полуночи нужно приготовить ужин из любимых блюд умершего человека, чистую черную скатерть, фотографию любимого (или любимой), завернутую в черную материю, большое зеркало и большую белую свечу. Все, кроме зеркала и фотографии, должно быть абсолютно новым и купленным без торга.

В полночь стол накрывается скатертью, посередине стола зажигается свеча, остальной свет в доме тушится. Зеркало ставится на стул напротив, фотография кладется перед зеркалом. Далее приносится две порции еды, можно также к основным блюдам добавить бутылку хорошего вина и два бокала.

Свои школьные годы я провёл в г. Новосибирске. Ещё в советское время. Там с самого начала был у меня один хороший товарищ – Игорь. Хоть и развели нас после восьмого класса в параллельные, дружбу мы не прекращали.
Не сказать, что были «ботаны», но первую бутылочку «Ркацители» приговорили только после седьмого класса, не курили и даже с девочками не ходили, в отличие от большинства одноклассников. А тут как-то раз Игорёк проговорился мне, как другу, что влюблён. Но в кого, сразу постеснялся сказать. Единственное, что мне удалось у него выпытать – на какую букву имя красотки начинается. Оказалось на «Г». Два дня не кололся. Я уже все известные имена перебрал (тем более много и не получилось): Галя, Глаша, Глафира... Гюльчатай даже вспомнил.
Наконец скромный ромео открылся – Гуля. Новенькая в их восьмом «Б». Говорят, они приехали в Новосибирск из другого города.

Девочка была молчаливая, не компанейская, но красивая. На взгляд Игоря. Я потом специально её повнимательнее рассмотрел, но не сказать, что был сражён несказанной красотой. Обычная советская восьмиклассница. Но, конечно, уже начавшая формироваться, как женщина.
Поначалу Игорёк скромничал, любовался ей издалека, но вскоре с этой Гулей каким-то образом сдружился. Стали вместе ходить в школу и домой, а по вечерам иногда прогуливаться. Правда, не дотемна, как другие. Гуля всегда напоминала, что мама у неё строгая и дома надо быть не позже девяти.

День 26-й

Я не писал в дневнике несколько дней.
Вчера она хотела уехать, но я не позволил. Я сказал ей, что мы поженимся.
Что я творю?!
Ведь я же вампир, я никогда не смогу...

День 27-й

Это было прекрасно и ужасно. Я знал, что рано или поздно это произойдет, я сам этого хотел, хотя и не признавался даже сам себе. Мы были с ней близки, и это было чудом. Я действительно люблю ее! Теперь я знаю, что это так, и я знаю, что вампир может любить. Но, боже мой, как я хотел сомкнуть зубы на ее шее. Я чувствовал, что тогда все было бы еще лучше. Возможно, не только для меня, но и для нее. Это мука. Неужели она будет вечна?!

Рассказ Захара Авдеевича, пенсионера, бывшего сторожа, а теперь просто больного человека.

Как вышел я на пенсию, устроился работать сторожем в детский садик. Дома жена вечно всем недовольная, больная, она старше меня на 7 лет, на уме одни лекарства... да и вообще, скучно сидеть и в окно глядеть. Я, конечно, и на работе ночью в основном в окно гляжу, но там хоть платят за это. Ну, работаю год, другой... и что ты думаешь, пристрастился я на работе к себе проституток приводить, хоть и не нравится мне это слово, проститутка, какое-то оно колючее, девушка, так лучше... а что, никто не видит, никто не знает и опять же, место есть для всего этого. Здоровье у меня, молодой позавидует, седых волос раз-два и обчёлся. Сначала по газете вызванивал, абы кому рад был, потом когда пообвык, присмотрелся, во вкус вошёл, стал разборчивый, только свою любимую Ларочку приглашал. Нравилась она мне, молоденькая, ласковая, всё меня дядей Захаром называла, пальчиками мне шею и спину разминала. После всех этих делов, сядем с ней чай с вареньем пить, потом поспит она часика три на детской кроватке и под утро уходит. Ночью не разрешал ей одной ходить, боялся за неё.
И никто ничего... Влюбился я в неё, она ведь сирота, приехала с Урала, из детского дома, угла своего нет, с подружкой комнатку снимали... Я всё это к чему, к тому, что счастья много не бывает, а так, по крупицам оно в жизни рассыпано. Вот как звёзды на небе: одна яркая, а другие - как зола потухшая.

Лет пятнадцать назад это было. Я тогда подыскал маме квартиру в пятиэтажке-новостройке на окраине Нижнего Тагила. Поближе к саду, как она и хотела. До сада ножками ходу три минуты, а там у нас хозяйство, садик-огородик, цыпочки, пёс-барбос, только что коровы нету.
Дом ещё заселялся. Половина жильцов – бывшие хозяева снесённого на этом месте частного сектора, а из пришлых на пятый этаж въехала только молоденькая дамочка приятной наружности. Как водится на окраинах, все друг друга знают, а с новенькими обязательно знакомятся, без стеснения выспрашивая обо всём. Но вот молодая жиличка на откровенные разговоры не очень-то раскручивалась. Известно стало лишь, что не замужем, детей не имеет, звать Инна, а родители в какой-то дальней деревеньке проживают.
По гостям Инна не ходила, но соседок не чуралась, когда те сами наведывались под разными предлогами – то за солью, то по телефону позвонить. Интересно же посмотреть, как да чо? Но дальше порога молодуха никого не пускала, тем самым только подогревая нездоровый интерес к своей персоне. А в этом окраинном посёлке женщина была заметная, выделялась на общем платочно-фуфаечном фоне аккуратной одеждой и ухоженным видом. И хоть не красилась, как большинство женщин, не кокетничала, да и болтушкой-веселушкой совсем не была, но местные мужики все поголовно стали заглядываться на новосёлшу. Я её тоже видел часто (Инна с мамой в одном подъезде проживала), но особого впечатления на меня она не произвела. Может, потому что всегда в женских коллективах трудился и насмотрелся «красоток», может, особенно не приглядывался.