Страшилка

Умерить любопытство, страсть.
Мир сгнил. Пора уже смириться,
Привыкнуть в тени находиться,
Дабы в ловушку не попасть.

Что есть контроль? Вам, людям, неизвестно.
Что значит боль? Вам, людям, не понять.
Нытье о смысле, обращенье лестно,
Желание из непохожих демона изгнать.

Сейчас сижу, кручу я ленту
Лишенных смысла новостей,
А некто только ждет момента...

Туннель, по которому Сара и её новые друзья убегали от Асмодея оказалался очень длинным. Минут двадцать понадобилось им, чтоб наконец полутьма сменилась неярким светом впереди. Сентли приказал всем остановится, а сам медленно пополз вперёд стараясь не делать резких движений и находиться в тени. Но когда он добрался к выходу и посмотрел наружу то уже не скрываясь крикнул.
- Чисто! Можете продвигаться к выходу!
Михаил и Сара по велению его слов быстро двинулись вперед и уже через минуту начали осматривать огромную залу со статуей-истуканом в центре. Статуя напоминала гигантского двуглавого человекообразного монстра с огромными клыками в плаще с капюшоном. В одной руке монстр держал скипетр, а в другой большую золотую сферу разделенную на сектора. Сфера напоминала кубик-рубик, а именно медленно вращалась по горизонтальным и вертикальным разрезам. Иногда когда какой-либо сектор смещался, зала содрогалась и раздавался гул, словно под ней находился огромный механизм.

Не знаю сколько времени прошло после того как я выбежал со здания школы, но бежал, пока хватило сил. Небо всё также было серым, что мне не особо понравилось. Захотелось спать и надо было найти какое-то убежище, но рядом со мной были только полуразрушенные многоэтажные здания. В одном из них я всё же нашел себе ночлежку, но в душе всё равно было жутковато, я так и не нашел ответы на очень интересующие меня вопросы: "Где я?! Кто такие Чистильщики? Зачем они нас забирают и куда?"
Найдя более-менее нормальную кровать упал на неё, усталость дала о себе знать и я улетел в царство Морфея.
Проснувшись сначала подумал что всё это всего-лишь навсего страшный сон, но открыв глаза и посмотрев на разрушенный потолок, реальность поставила меня на место. Это не сон. Я не знал что мне делать, куда идти та и зачем, но мне надо было в город, найти выживших и попытаться выжить в этом аду.
Спустя час, вошел в город, но как и предполагалось на улице ни души. Так как раньше выжившие находились в школе, то первым делом пошел туда. Войдя в здание сразу стало понятно что здесь была драка. Кровь на стене показала что кто-то ранен, возможно даже убит.

Один мальчик как-то увидел в интернете странную рекламу: "У вас руки разной длины? Не расстраивайтесь, обращайтесь в клинику номер тринадцать. Мы исправим ваши руки". Мальчик подумал: "А что если и в самом деле у меня руки разной длины?" Стал он измерять свои руки с помощью рулетки. Одна оказалась 46 сантиметров, другая 47. Мальчик испугался, опять измерил. Теперь обе руки были 49 сантиметров. Снова измерил - одна 49, другая 47.

Пришёл с работы папа. Мальчик попросил его, чтобы он измерил руки. Папа измерил, у него вообще получилось, что одна рука 50, а другая 52 сантиметра. "Просто можно по-разному измерять, где кончается рука - непонятно".

Мальчик рассказал про свою беду другу. Тот ему подсказал, как определить, разные руки или одинаковые. Надо встать прямо, закрыть глаза, развести руки в стороны, потом соединить ладошки. Если концы пальцев ровно сходятся, значит руки одной длины, если нет - то нет. Мальчик так и сделал, смотрит - правая рука длиннее. Повторил - опять то же самое. И в третий раз оказалось, что правая рука длиннее.

Лесная прохлада крепче обняла худенькие плечи, на молочной коже, которых рассыпались песочные веснушки. Длинные хрупкие пальцы, совершенно не похожие на детские, нервно разглаживали складки мятого и тяжелого льняного платья. Передник с оборочкой вокруг талии был темнее и упрямо сползал на правый бок, даже если сама девочка лежала на левом. Мутные от долгих рыданий серые глаза смотрели на опускающуюся синеву неба и грязные светлые волосы из-за полного отсутствия ветра в яме спадали до острых худеньких лопаток. Молитвы маленькой Серафимы не могли изменить ту упрямую истину, что попадание девочки в ловушку, уготованную для диких волков, осталось незамеченным. Только темные вековые сосны видели это, не в силах помочь, они безмолвно роняли на землю росу с тяжелых ветвистых лап. Возможно, Серафиме стало бы легче, узнай она, что деревья роняют по ней слезы, но оставаясь в неведенье, девочка чувствовала внутри груди ноющую боль одиночества. Сначала, она и впрямь, как одинокий дикий волк металась, лезла на земляные стены и выла зверем. Потом, ее тело заныло, спина напомнила о долгом падении, кости горели, а дышать становилось тяжелее, тогда она успокоилась, легла на спину и игнорируя тупую боль смотрела на ясное дневное небо.

Темнота сгущалась, медленно превращаясь в смолу с запахом дыма. Крик матери отчётливо звучит над ухом: "Ты нас опозорила!" Спину обжигает ударом. Матушка стирает белье... В воздухе разлита мыльная вода. Так скользко. Так холодно.

Матушка стирает белье ночью, дымя в комнате огарками свечей. Воск капает на щёки. Закрой глаза. Закрой, иначе ослепнешь! Спину рассекает ударом мокрой тряпки. Холод режет. Не открывай глаза...
"Мерзавка, у тебя был такой шанс - ты была около самой принцессы!"
Матушка, не надо... Кап-кап - воск на каменных плитах. Хрусь-хрусь - мои пальцы. Глохну от воя, гудящего в голове.
- Прости...

Мрак рассеивается, но здесь тоже темно. Так сладко пахнет. Невольно кашляю, пытаясь приподняться. Горячие капли падают на кожу, кто-то громко всхлипывает совсем рядом.
- Не извиняйся - ты не виновна. Если бы я не позвала тебя, если бы... Ты могла выбраться, - её речь прерывиста и немного непонятна.

Ребята уехали и я остался один. Вернее, с Алекс. Она так и не вышла из комнаты. Я приготовил ужин, поел. Мне стало жаль девушку, которая весь день, до самого вечера, просидела в комнате голодная. Набрав в тарелку еду, я стал подниматься на второй этаж, к комнате девочек.
- Алекс, я, это, тут еду принёс. Открой пожалуйста. - постучался я тихонько. - Ты злишься, что не поехала с остальными? Мне тоже не хочется признавать, что я временно немощный, но, что поделать? Алекс? Алекс? - я стал тревожится. - Алекс, открой.
Поставив тарелку, я стал барабанить в дверь. Когда же ответа снова не последовало, ударом ноги я вышиб дверь.
Комната оказалось пуста, а окно открытым. Я понял, что Алекс сбежала после отъезда ребят, вопрос только куда?
В местности я не ориентировался. Схватив ключи от их машины, чертыхаясь, я помчался на поиски этой сумасбродки.
Спустя час того, как я безрезультатно колесил по городку, мне пришлось остановиться. Я понятия не имел, где искать Алекс, но мне нужно было это сделать как можно скорее, пока с девушкой ничего не случилось. Я пообещал Глену, что присмотрю за ней, а тут, не прошло и дня, как я уже потерял над ней контроль, вернее, просто её потерял.

4 часа назад
К пункту назначения она шла уверенно. Любые жертвы, лишь бы спасти подругу. Вам, наверное, интересно, почему она так дорожила Майей? А дело в том, мой дорогой читатель, что Майя была почти ей как сестра. С самого детства девочки вместе гуляли во дворе, дружили и никогда не ссорились. Если что-то случалось с одной, то другая сразу шла на помощь, несмотря на обстоятельства. Это с Кристиной, дружба велась с 9 класса. Она тогда и пришла к ним в класс. Но, несмотря на это, не малую роль она играла в жизни Вики.
Она приближалась к лесу. Ещё 15 минут и она у той дороги.
- Всё будет хорошо, - сама себе сказала Вика и улыбнулась. Она была не из тех людей, которые сразу паниковали при появлении проблемы на горизонте.

15 минут спустя
Дорога, тишина, пустота. Настораживает. Вика шла по этой дороге и во все глаза смотрела. Как вдруг, под сосной она увидела коробку. Черного цвета с красной розой. Она подбежала к коробке. Открыла. Внутри лежал телефон. Старенький, потрёпанный Nokia. Телефон зазвонил.
- Не ожидал, что ты так быстро среагируешь. Но что ж, так даже интересней.
- Что тебе надо? Что делать дальше?! Говори! Говори! Говори! Говори! - она повторяла это со слезами на глазах.
- А ты милая, когда плачешь.
- Сейчас не время для комплиментов. Говори, что тебе надо? Что ты хочешь?
- Я? Ха-ха-ха-ха. Узнаешь после, - и он опять засмеялся, - Иди прямо, прямо, а дальше ты сама найдёшь дорогу.
- Да ты... - она не успела договорить. Он опять отключил телефон.
Ничего делать не оставалась, только идти, идти вперёд.

Я всегда рос негодяем: любил поджигать мышей, птиц, клал в спичечную коробку муху и тыкал ее вилкой, а затем клал на разгоряченную плиту. Вместе с этими плохими поступками я рос и интерес к ним пропадал. Но вскоре я стал понимать, что хочу чего-то больше, хочу, пожалуй, попробовать что-нибудь на человеке.

Поздним холодным вечером, мне удалось заманить к себе в машину маленького мальчика, который с большим удовольствием обсасывал леденец размером с его голову. Я благополучно довез его до своего дома, накормил и уложил спать. Наутро мальчик заподозрил что-то не ладное и стал звать маму. Мне пришлось заткнуть ему пасть его же носком и заклеить рот.

Я долго думал, как бы погубить его, как бы разделаться с малышом. Я стал поглядывать на новенький, отполированный шкаф, в котором находился этот щенок. Мысли с поджогом мухи вонзались мне в голову. После, я достал бензин и стал поливать его шкаф, но резко передумал. Я сумел достать старую, отцовскую гранату, которую решил закинуть внутрь и посмотреть что будет.

Шкаф разнесло, но никаких следов мальчика я не обнаружил. Не успев сообразить, мои окна с треском разбились и на веревках влетел спецназ.
- Лежаать! - крикнул кто-то.

Глава седьмая "Осколки"

Я сидел на кресле, возле комнаты с номером два и размышлял. Неужели все вот так, страшно и мучительно будут погибать? Как нам обмануть этого Адриана с его игрой. Почему остаться в живых должен только один из нас? И кто это будет? Явно не я. Мери втолкнет меня в комнату, при первой возможности. Вилсон? Вряд ли. Алекс? Может быть. Он, по крайней мере, сможет, как-то обмануть Мери и остаться в живых. Сьюзан? Она настолько убита горем, что ей не нужен ни какой миллион. Да и жить, теперь, ей вряд ли хочется. Про остальных и думать не стоит. Все они, в той или иной степени слабы. Так как же мне выбраться? Как найти лазейки? В память врезались слова "Так же есть пять комнат, открытые изначально. В них будут несколько подарков и одна подсказка как пройти ту или иную ловушку" Точно! Вот оно! Я поднялся с кресла и быстрым шагом пошел к Мери. Она стояла посередине коридора и разговаривала с Голди. Я подошел и похлопал ее по плечу.
- Ну, что тебе?! - Огрызнулась Мери.
- Я кое-что вспомнил! Помнишь, Адриан говорил про пять комнат, в которых есть подарки и подсказки?
- Ах, точно! - Она повернулась к Голди и сказала. - Собирай всех за стол, надо кое-что обсудить.
- Хорошо! - Отозвалась девушка.
- Мы подойдем через десять минут.
Голди быстро побежала и начала просить участников пройти к столу. Все не охота поднимались и брели к деревянному овалу. Одна только Сьюзан осталась на месте. Она сидела на полу, около стены и просто смотрела на противоположную стену. Голди подошла к ней и подняв ее под руку, повела ее за стол.

Мери смотрела на меня, как хищник на жертву. Пристальный взгляд, сверлил меня насквозь. Я посмотрел на нее секунд десять и опустил глаза. Мери взяла меня за подбородок и подняла мою голову.
- Теперь ты считаешь меня чудовищем?
- Тебе честно сказать или соврать?
- Ничего не говори, я и так поняла. - Она пристально смотрела мне в глаза. - Пойми, люди должны оставаться людьми, что бы ни случилось. Зачем ты их хотел убить?
- Ты так ничего и не поняла? Эти испытания сулят ужасную смерть! Разве ты хотела бы отравиться щелоком или погибнуть в паучьей яме? Я предлагал легкую и быструю смерть.
- То есть, по-твоему, они должны все умереть без шанса на победу?
- Да очнись ты! Адриан сказал, что ловушки подбирались исключительно под нас! Никто не выживет в этих испытаниях!
- А во мне все же теплится надежда на то, что мы выживем! Ты не вправе забирать, чью-то жизнь!
- Этот разговор бессмысленен. Пошли лучше к столу.
- Как хочешь! - Сказала Мери и отвернулась в сторону стола.