Страшилка

Случилось это немного, немало - 30 лет назад. Была у меня в то время мечта - стать великой актрисой. Я - молодая, симпатичная девчушка, горестей и бед не знавшая, считала, что только меня кинематограф и ждет. И так меня проняла эта мысль, что поставила себе цель - либо поступлю в театральное, либо... а другого варианта я тогда себе и придумывать не собиралась. Сказала дома: "Собралась я, родители, в Москву, поступать в театральное училище". Как они охали, да отговаривали меня. Но я, насмотревшись на популярных тогда актрис, уговорам не поддавалась. И поехала.

Деньги на переезд и проживание, как говорится, собирали всем селом. Родители в долги влезли, лишь бы дочурка мечту исполнила. А я как помешанная была - ничего вокруг не замечая, стремилась устроить себе "красивую жизнь". Приехать, приехала, но поступить не смогла. Сказали: "Таланта нет".

Все люди имеют свои "странности". Один, когда нервничает, считает про себя до ста. Второй пишет буквы по-особенному, ну, например, добавляя к "б" несколько завитушек или ставя черточку над "т". Кто-то выбрал себе в друзья какое-то число и пытается найти и применить его в жизни, кто-то придумывает новые слова и называет ими простые вещи, от чего последние приобретают какую-то загадку... Я собираю камни...
Камни. К тому же не драгоценные, а самые обычные. Я брожу по терриконам, незнакомым дорогам. И нахожу: белые, черные, бурые, серые, рыжие, красные. И пусть они не так красивы как малахит, бирюза, рубин или аметист - мне всё равно. Я чувствую их силу. Даже в школу (мне 13 лет) я иду с сумкой, в которой лежит пара бесформенных камешков. Помню, опоздав на урок, я забежал и стал на скорую руку доставать книги и тетради, и один из камней выпал с книгой на парту. "Джек, ты что, кирпичи в школу таскаешь?", - спросил Дикс, мой главный враг во всей школе. "Нет, это Эльза. Видишь, как блестит? Она помогает мне решать задания". Класс хохотал. Дикс, стукнув пару раз по своей парте в приступе смеха, снова обернулся ко мне: "А почему же твоя Эльза тебя не разбудила сегодня, придурок?". - "Так, тихо! Продолжаем урок", - сказал учитель и все притихли. Больше тему камней никто не поднимал. И я больше не пытался разъяснить свои товарищам, насколько мне это было важно.

Вечером Алиса пришла домой. Она была злая, получила двойку по Английскому языку.
- Ну это вообще безобразие! Дома все замазать тихо не получится. Вот бы мать уехала с мелкими в магазин.
Прошло пять минут и к Алисе подошла мать со словами:
- Доченька, я с Ирой и Ваней поеду в магазин, на два-три часа. Веди себя хорошо, еда на кухне.
- Ладно, мамуль, я пойду уроки делать.
Дверь захлопнулась. Алиса бегом побежала стирать двойку. Пять-десять минут, идеальная тройка.
- Готово! Теперь мать ругаться не будет. - Пропела Алиса и пошла на кухню, - блин, теперь ещё готовить. Хочу чтобы еда стояла на столе теплая. Этого не будет, ладно, пойду телик посмотрю, в компе посижу.
Спустя двадцать минут наша героиня захотела пить. Пришла на кухню и чуть не померла. На кухня стояла готовая еда. Да ещё та, что она так хотела.
- Не-не верю. - Промолвила девочка.

А стулья под нами расшатаны,
Гламурными полотнами, тонами матовы
Неизвестными для импульсов координатами,
Больше не будем для звёзд виноватыми

Письма без отправленья,
Мысли вечного промедленья
Скрежет половиц, давят на тормоза
Вспышки без блеска, хрустальной тишиною глаза...

Их не узнать, их не увидеть
Их не понять, отчаяньем сияющим не разглядеть
Их не прочувствовать, и больше уже не обидеть...
В золотистою осень невозможно надеть

Дух тьмы - страшный дух, который обитает только в темноте. Давайте же приступим к вызову!
Нам понадобится:
- черная ткань
- зажигалка
- 1 свеча
- любая горючая жидкость
- памперсы и прокладки, все бывает.
- стакан

Поехали!
Заходим в ванную в 0:30.
Берем стакан и ставим перед зеркалом. Потом ложим внутрь свечу и поджигаем ее. Потом обмакиваем жидкость в горючее вещество и мочим руки. Подносим над свечей ткань, но пытаться не поджечь ее, и говорим 3 раза: "Дух тьмы, явись! Я желаю видеть тебя!"

Интернет, какое обыденное слово. Дети и подростки не видят ничего плохого в этом слове. Миллиарды подростков сидят в нем каждый день, зависая на разных сайтах, сидя в любимых соцсетях, лениво листая ленту. Значительная часть постов - "пустые" посты, которые не несут никакой смысл, никакой полезной для нас информации... Ведь вы тоже сидите в соцсетях, каждые день читаете ленту, смотрите комментарии. И я более, чем уверена, вы встречали подобные...

Катерина пришла со школы. Сегодня было 7 уроков, старшеклассница лениво разулась, переоделась и сразу пошла включать свой компьютер. Катя пошла на кухню, быстро перекусила и быстрее побежала в свою комнату. Уселась на свое мягкое кресло. Несколько кликов "мышки" и она уже на своей странице. Ого! Катины глаза упали на строчку "+7 сообщений". Девушка открыла 6 из них, это были ее друзья. Она ответила им всем, с некоторыми, которые были в сети она начала переписываться.

Прошел час. С работы вернулась мама Кати. Случился небольшой скандал. Катя так увлеклась перепиской с парнем, что не хотела идти мыть посуду. Стандартная ситуация для подростков. Но все же мать заставила Катерину идти мыть посуду. Девочка отписалась парню, что выходит из сети и, громко топая, пошла на кухню. Она старалась быстрее помыть посуду и вернуться к переписке. И вот последняя тарелка...

Меня зовут Алина... И я хочу рассказать вам мою историю... Каждое лето мои родители отправляют меня на месяц в лагерь "Солнце". В самом лагере мне очень нравиться! Он очень большой, раз в неделю устраивают конкурсы, и вожатые... Всегда помогают нам! Некогда не кричат! Но есть один вожатый... Зовут его Сергей Дмитриевич, но мы зовем его просто Сережа. Каждый вечер он рассказывал нам разные истории, смешные истории, анекдоты, страшилки, легенды... Он знал так много рассказов и историй! Из-за этого все его очень любили, но этот месяц изменил все...

Я встала в 6 часов утра, поев завтрак, который мне уже приготовила моя мама, я пошла чистить зубы, ну, а потом мыться. Закончив водяную трапезу, я оделась, и, взяв чемодан, побежала на остановку. Забыла сказать, лагерь находиться за городом и путь туда занимает 2 часа.

Через 2 часа.
Я приехала в лагерь. Спустя 40 минут я уже разговаривала с Димой, Дианой и Егором. Эти трое мои одноклассники, которые каждый год приезжают сюда. Ладно, пропустил весь день, так как все "шоу" началось вечером... Где-то в 7 часов мы сидели около костра и разговаривали о всякой ерунде.

Мама закашлялась. Я встала. Долго не могла заснуть. Спросила маму: "Не простудилась ли?" - "Нет", - ответила она. Мама заснула, а я так и осталась бодрствовать. Сначала походила по комнатам, мучительно пытаясь припомнить, что же мне снилось на этот раз, потом вернулась к себе. В тесной каморке хрущевки душно. Глоксиния, загадочно люминесцируя белым сердечком, выделяет сладковатый аромат забытой в трельяже старой пудреницы и перца, от которого болит голова. В голове бродят невеселые мысли о собственном одиночестве, которое с возрастом воспринимается все острей.
Чтобы немного подышать, открыла окно. Свежий, дождливый воздух ночного июля обдул лицо. Полегчало. Занялся рассвет. Тучевые облака подернулись розовым. Было тихо и таинственно, лишь ранняя птица начала свою трель. Опершись о раму, случайно взглянула в небо. Там подала звезда!
Она летела стремительно и одновременно тихо, совсем не слышно, чуть рассыпаясь искрами на своем пути... Что это, метеорит? Или, быть может, останки китайского фонарика? Петарды? Но кто станет стрелять салюты или запускать фонарик в такой час.

Всё ноет и жжётся, всё чешется, но почесать невозможно. Щиплет, скребётся, словно что-то живое медленно прогрызает себе путь. Так скверно... Вся эта гадость рвётся изнутри. Ирэн всё ещё обнимает меня, не могу понять, спит она или нет. Как будто после этой пытки можно уснуть спокойным сном. А что дальше, если это только начало? В том, что это начало я нисколько не сомневалась.

Так странно - мне кажется, что я сплю. Сознание изредка проясняется и глаза жмурятся от яркого света, а потом обратно - мир, словно стекло, покрывается испариной и я ничего не вижу. Не понимаю. Где сон, а где явь? Совсем не различаю, ведь в обоих измерениях моё тело болит одинаково, без каких-либо отличительных черт.

"Во сне должно быть легче", - мысли слишком вязкие, долго текут по извилинам, как неторопливые опарыши, знающие в каком направлении им ползти. Веки, как занавес, смыкаются - в этот момент я нахожусь в реальности; размыкаются - и я вновь во сне. Ослепительный свет приглушён, я слышу мерный скрежет - глаза открыты. Закрываю и мне кажется, что тело парит в воздухе. Осторожно подхваченное чьими-то руками, тело скользит. Не хочу...
- Ирэн... - шепчут потрескавшиеся губы, так тихо, что это слово можно принять за громкий вздох.

Тополев напряженно дышал. Всё должно было закончиться через три часа. Неделя подготовки завершилась. Он был уверен в своих силах. Ради мира и спокойствия он и решил поступить на службу в милицию. Успешная сдача переаттестации, крайне трудный процесс удержания равновесия между честью и совестью с одной стороны и приказов с планом работ с другой. Перед ним на столе появилась чашка чая.
- Нервничать не надо. Успокойся, кончится скоро всё, - тихо сказала незаметно подошедшая цыганка.
- Тётя Роза, вы так и не ответили на один мой вопрос: зачем они убивают? - Тополев с укором посмотрел на неё. - А успокоюсь я тогда, когда всё разрешится.
- Хорошо, расскажу я тебе. Убивают они для того, чтобы жить.
- Как это? - не понял Тополев.
- По договору они должны приносить жертву. Каждый убитый жизнь им продлевает. Иногда и кровь они пьют. Силу им это даёт. Чего смотришь зло так? Не согласен с ними?
- Разменивать чужую жизнь на свою? Не правильно это. Не по-человечески! - хотел было сплюнуть Тополев, но осёкся под ироничным взглядом цыганки.
- А в жизни разве оно не так? Командир твой, к примеру, часто работу грязную да рутинную делает? А ведь должен. Но вас он заставляет. Меняет ваш труд на свой. А они меняют жизни.
- Так есть разница! Не убивает же он нас вместо себя!
- Уверен ты?