Страшилка

Так уж вышло, что службу я проходил в очень горячих горах, как ни странно, Северного Кавказа. Быт там сугубо военно полевой, а потому неизвестно куда, когда и зачем пошлют. Вот периодически и засылались в места, где без непонятного (во всех смыслах этого слова) не обходилось.

История 1. Домовой

Занесла нас нелегкая в местечко с названием Макажой. Собственно, место отвечает своему названию и находится в изрядной "жое". В районе самого села есть несколько деревень, в которые мы регулярно наведывались с целью уточнения, а нет ли у мирных селян чего стреляющего да еще и незаконного. Ну и проверяли самих селян на предмет особо отличившихся в боевой и политической. Ну да суть не в этом. В одной такой деревеньке был дом. Обычный деревенский дом, разве что стоял на отшибе. Метрах этак в ста от основного деревенского массива. Причем, как нам поведали ребята, несшие в этой жое постоянную службу, дом постоянно проверяли, и ничего там нет. Нас сие как-то удивило. Дом немаленький, место хорошее, а учитывая привычку местных хулиганов прятать что попало и где попало, места лучше было не придумать. Однако, по утверждению воинов, ничего там ни разу не находили. В общем, в очередной выход мы решили дом проверить, а вдруг что?

За годы работы в сфере журналистики занятных историй у меня накопилось столько, что можно было бы этакий сериал снять о корреспонденте, который постоянно попадает в передряги. Бывали забавные случаи и страшные тоже. Но если говорить о мистике, то едва ли смогу вспомнить что-то ещё кроме рассказа одного бывшего военного.
Встретил я его случайно в физкультурно-оздоровительном комплексе, когда брал комментарии у руководителя заведения по какому-то скучному поводу.
Так вот, этот дядька бесцеремонно ввалился в кабинет и сразу к делу:
- Товарищ директор! Почему военным пенсионерам бассейн можно посещать только в первой половине дня?
- Порядок такой, - ответил "товарищ директор", глядя сквозь собеседника. - Время льготников с утра до обеда.
Дядька кашлянул, нахмурился и изрек:
- Знаете, я боевикам в Чечне ж... драл не с восьми до двенадцати, а днем и ночью! - произнес он это с таким нажимом, с такой твёрдой интонацией, что я бы себе не простил, если бы у меня в этот момент диктофон стоял на паузе.
Сказав директору, что вопросов у меня больше нет, я вышел и поспешил за любителем поплавать. Тогда мне, неопытному журналисту, он показался ценной находкой. Работал я в то время в одной захудалой газетёнке. Зарплата была никакая, один плюс - полная творческая свобода.
Догнал мужика уже у выхода. Представился, мол, из газеты. Спрашиваю, считает ли он, что руководство комплекса ущемляет права военных пенсионеров, а сам думаю, как бы между делом спросить о его армейских приключениях.