Страшилка

Приближается Рождество. Люди ходят к друзьям и родным, дарят подарки. Вроде бы, ничего не может заменить улыбки на лице человека, который тебе дорог... Но что же может подарить самый страшный гость, который приходил к человечеству на протяжении многих веков. Он приносил только боль и страдания. Или нет?
Для семьи Стивена Рождество - это праздник, который даёт повод собраться родным и отметить весело это торжество. В этой семье такая встреча стала традицией. Стивен живёт у своей дочки - Сали. Она со своим мужем каждый год наряжает дом в поистине праздничное убранство. Её суженого зовут Питр. Как не старались супруги, но зачат ребёнка им пока не удалось. Брат Питера со своей женой приводит 2 детей - Карла и Донну. К ребятне присоединяется ещё один юноша. Это сын брата Сали - Роб. Он живёт со своим отцом недалеко от точки сбора семьи. Ему без труда удаётся добраться до дома Стивена. Отец Роба работает допоздна даже в праздник и приходит на торжество только к середине празднования. Каждый год Стивен рассказывает детям какую-нибудь историю, которую он услышал или сам пережил. Этот год не стал исключением.

Видишь, всё смеётся
Над нами лишь любуется
Это сердце рваными стихами бьётся,
Без огня милуется

Видишь, улыбается
Где-то свысока, за нами следует наш Бог
Иногда порой случается,
Кто любил, а кто всё-таки не смог...

Никому не говори,
Зачем мы здесь живём
Скрывая под запретом, храни его внутри
Никто не будет знать, как мы с тобой умрём

Старая многоэтажка, построенная в советское время. Раньше это здание было обитаемое. Когда-то внутри него жили семьи, каждое утро дети выходили из него и шли на учебу, а мамы и папы на работу. Когда-то в ней текла жизнь. Щас она стоит в забытом всеми состоянии. Стёкла все разбиты, двери сняты с петель, на некоторых этажах виднеется растительность. Ветер много лет заносил на разные уровни здания семена. Под дождями семена проросли сквозь этажи и оплели его. В кардиоидах и на крыше, помимо травы, росли кустарники. Она стояла на окраине города. С одной стороны виднелось поле, а с другой вдалеке высокие здания центра города. Никому не было дела до старой многоэтажки. Но все же нашёлся человек, которому она показалась идеальным местом для его небольшого приключения. Его звали Айден. Он был подростком только что окончившем школу. Родные возлагали на него огромные надежды, ибо верили, что их сын особый. Сам же Айден никогда не стремился чего-то достичь в учебе. Его не интересовали замудренные формулы и правила, которым надо было следовать. С детства родители пытались уберечь его от этого старого здания.

Проходят дни, идут года, все кончится когда-то.
Мы на земле не навсегда, в мглу канем без возврата.
Жизнь промелькнет, как солнца луч, нас осветив, исчезнет.
И вот прольется из-за туч дождь слез всех бесполезных.

Могила. Камень гробовой нас сверху всех придавит.
И вот лежим во тьме ночной. Безмолвные. Рядами.
А на земле цветет сирень, и ветер треплет травы,
От веток сеточкою тень легла у переправы.

Прожить две жизни не дано, будь хоть ума палата.
Уйдем в свой час мы все равно, там каждому расплата.
Без нас родятся и умрут все те, кого не знаем.
И ничего не сделать тут, мы смертны, умираем.

В стародавние времена
Рассказывают о чуде
Которые творили племена
Выпуская жертв на свободу!
А потом их убивал,
Смеясь, Смерти Клоун!

Мое имя - клоун. Мое имя - смерть!
В поисках жертв,
Выпускают меня следом резать
Резать, резать, всех!
Хой! Хой Хой!

Я стоял возле зеленого дома и долго не решался зайти. Линда, как она себя назвала, была во дворе. Она не ждала меня так рано, но решив по пути не останавливаться на ночлег, я приехал гораздо раньше. Я постучал в дверь калитки и толкнул ее вперед. Девушка в легком голубом сарафане вышла мне на встречу. На вид ей было чуть больше двадцати лет. Курносый носик, мушка над верхней губой, черные волосы и очаровательные карие глаза. Она была очень красивой.
- Эдуард? - спросила она.
- Да, - ответил я. Над ее головой я увидел черную цифру. Она заметила, что я смотрю чуть выше ее головы, посмотрела на меня и улыбнулась.
- Ты видишь? - спросила она.
- Да. Конечно... - спокойно ответил я. - А ты? - спросил я, пытаясь узнать, видит ли она цифру над моей головой.
- Я тоже, - сказал она мне в ответ...

Я с детства знал, что со мной что-то не то. Никто кроме меня не видел странные цифры над головами людей. Они были разные, у кого-то красные, у кого-то белые, у кого-то зеленые. Я замечал, что они меняются каждый день, но что они значат, я не понимал.

Всем привет, друзья.
Меня зовут Смерть.

Не, я не спамер. И не тролль. И не шизофреник. И не дебил.
Я просто Смерть. Обычный такой Смерть, ничем не примечательный. Общительный, дружелюбный и весёлый.
Выгляжу я для каждого по-разному. Для кого-то принимаю образ девушки с чёрными пустыми глазницами и громадным ртом (как мужик из "Крика"), для кого-то наряжаюсь скелетом в чёрной мантии (этот образ я особенно не люблю, т.к. для этих приходится через полгорода косу переть, прохожие косятся и крестятся, пару раз даже ментов вызывали), для кого-то я просто чёрная полу-размытая тень, стоящая где-нибудь неподалёку от причины гибели, для кого-то - полупрозрачный белёсый призрак... но для своих и в нерабочее время, я - почти обыкновенный парень. Мне на вид лет двадцать, может, чуть меньше. Ярким меня назвать трудно, потому что и волосы, и кожа, и губы, и брови, и всё, короче говоря - всё серое. Глаза только голубые. Но это не особо спасает, потому что белки полностью чёрные (сам не знаю, почему). Так-то я себя красивым считаю, потому что никаких особых уродств за мной не наблюдается - черты лица правильные, не жирный и не дрыщ, спортивненький такой, девушкам нравлюсь... но чёлку всё равно в красный выкрасил. И руки рукавами забил. Потому что слишком бледно - даже глазу зацепиться не за что, как сказал мне Голод.
Ага-ага, на себя бы посмотрел - кости да кожа...

1.

Говорят, нельзя отвечать на голоса людей, раздавшиеся за вашей спиной или где-то рядом, пока вы не убедитесь, что те принадлежат реальным людям, а не тишине и мраку. Даже, если кажутся до боли знакомыми. Нельзя, потому как зовёт сама Смерть.
Я не раз в жизни сталкивался с подобным и не придавал значения. Случалось это неожиданно. Тихо и как-то неестественно кто-то звал меня по имени, и всегда казалось, что зовут родные или близкие. Я оборачивался, и... никого.
Иногда наша психика под воздействием различных стрессов расстраивается, и мало ли что может послышаться.
И всё-таки в этом явлении что-то есть. Я хочу рассказать несколько историй, которые остаются в моей памяти, как нечто странное и необъяснимое...
В тот мрачный день я убирался в цеху. Сперва подмёл, затем размотал резиновый шланг и включил холодную воду.
Я промыл все трещины, вычистил углы, отдраил стены, транспортёр, рабочие реакторы. И наконец-то добрался до стола, на котором стояли весы. Я выгнал сильным напором воды из-под него грязь и заметил кусок какого-то кабеля. Я потянулся, чтоб достать его и выкинуть. Мне показалось, что это какой-то обрезок, и он просто лежит на земле.

Она жила обычной, ничем не отличающейся от других жизнью. До некоторого времени. Наступило лето. Наконец-то! Она теперь не школьница! Но ее уже ничто не радовало, мама скончалась за два месяца до окончания школы. Мама бы за нее порадовалась... Теперь незачем жить. Без мамы ее мир стал пустым, мама - вот единственный человек, который всегда был рядом. Больше родственников нет. Она хотела просто уснуть ночью, а утром уже не проснуться. Ей было тяжело. Как тяжело смириться с тем, что она уже не станет студенткой лучшего университета города, тяжело от того что нет поддержки и подмоги рядом, тяжело потому что нет вообще кого-либо родного. Она жила, не зная зачем. Просто жила.

Выходить из дома она не видела смысла, и как бы не старались ее подруги ее вытащить, не соглашалась куда-либо идти.

Прошел месяц. Она смогла перебороть свое одиночество и стала изредка выходить на улицу. Она любила сидеть в парке на той скамейке где они сидели с мамой вечерами с книгами в руках. Она пошла домой. Подходя, она увидела что в ее квартире, в комнате мамы горит свет. Странно, ведь она не заходила после того как мамы не стало.

Давным-давно, в те времена чудные -
В долине майской, средь великих гор.
Журчали мирно реки голубые,
Листвою шелестел дремучий бор.
Он очаровывал спасительной прохладой.
В кристально-чистых капельках росы,
Средь ароматных гроздей винограда,
Таилась девушка невиданной красы.
Под сенью леса, в его жуткой темноте,
Грибы в лукошко собирая, утомилась,
Забывшись в сладко-лёгкой дремоте.
Услышав голос, несказанно удивилась.