Рассказ Ирины Олеговны Дунаевой, известной художницы, мастера пейзажа.
Одна странная и необъяснимая история произошла со мной в конце 60- годов. Сразу после художественного училища, я пошла работать в школу учителем рисования. Но по порядку.
Я с ностальгией вспоминаю свой дом у озера, в котором жили мы с мамой, его ещё до войны построил мой отец... После её смерти я осталась одна и мне было только 19 лет. И ещё кот Фантик. К дому примыкал сад и, пройдя через него, прямо за изгородью плескалось большое красивое озеро с островом посередине, поросшем старыми липами. Из сада через калитку я выходила к берегу и смотрела на его воды, то чистые пастельные, то ультрамариновые, то тёмно-зелёные и мрачные в зависимости от облаков и освещения. Там я написала много этюдов к своим картинам. Я слушала как шелестит прибрежный тростник... этот шелест хоть и был похож на шелест денег, мне нравился гораздо больше. Наверное, так я была воспитана: деньги - ничто, душа - всё! Этот дом был просто раем для художника, да и для обычного человека. Несмотря на свой возраст, я уже была участницей нескольких выставок, городских, районных, областных и мечтала вступить в союз художников, что дало бы мне большую свободу, чем сейчас. Сказывалось и то, что и мой отец был художником, и я выросла на любви к искусству.
Одна странная и необъяснимая история произошла со мной в конце 60- годов. Сразу после художественного училища, я пошла работать в школу учителем рисования. Но по порядку.
Я с ностальгией вспоминаю свой дом у озера, в котором жили мы с мамой, его ещё до войны построил мой отец... После её смерти я осталась одна и мне было только 19 лет. И ещё кот Фантик. К дому примыкал сад и, пройдя через него, прямо за изгородью плескалось большое красивое озеро с островом посередине, поросшем старыми липами. Из сада через калитку я выходила к берегу и смотрела на его воды, то чистые пастельные, то ультрамариновые, то тёмно-зелёные и мрачные в зависимости от облаков и освещения. Там я написала много этюдов к своим картинам. Я слушала как шелестит прибрежный тростник... этот шелест хоть и был похож на шелест денег, мне нравился гораздо больше. Наверное, так я была воспитана: деньги - ничто, душа - всё! Этот дом был просто раем для художника, да и для обычного человека. Несмотря на свой возраст, я уже была участницей нескольких выставок, городских, районных, областных и мечтала вступить в союз художников, что дало бы мне большую свободу, чем сейчас. Сказывалось и то, что и мой отец был художником, и я выросла на любви к искусству.
Категория: Привидения

Главное что б с кириешками