Не оглядывайся!

Ровно в полночь, в лучших традициях так любимых нами тогда "ужастиков", мы встретились на краю деревни. Подруги остались ждать меня в условленном месте - дабы следить, чтоб я не сбежала или же не перехитрила их, отсидевшись где-нибудь в кустах! - а я пошагала к бане.
Что ж, надо сказать, моя догадка оказалась чертовски правильной: ночью здесь действительно было куда как страшнее. Серая домушка при лунном свете выглядела прямо-таки зловеще, а покосившаяся дверь, скрипевшая на ветру, отбивала всякое желание открывать ее и заходить внутрь.
Но я ведь смелая, очень смелая! Да и подружки засмеют... В общем, выбора не было, я зашла.
Внутри, конечно же, была жуткая темнотища, и я тут же включила карманный фонарик. Все, в сущности, так же как днем: ковры из паутины на стенах, местами отвалившиеся доски, полуразобранная кем-то каменка... Ну и посижу здесь часик, от меня не убудет!
И тут случилось неожиданное - раздался громкий стук в стену. Затем в другую. Через секунду уже было ощущение, что стучали по всем стенам одновременно. "Вот дурочки! - подумала я, имея в виду, конечно же, своих дорожайших подруг. - Решили спецэффекты мне устроить, думали, куплюсь. Как бы не так!".
- Можете не стараться! - крикнула я. - Мне все равно не страшно! Могли бы и поинтереснее чего придумать!
Стуки разом прекратились. "Ну вот, так-то лучше", - усмехнулась я про себя. Но в этот момент раздался новый шум, на сей раз с крыши. По ней, похоже, кто-то разгуливал, причем громко топая. Нет, мои подружки, конечно, ненормальные, но скакать по крыше старой бани, которая в любой момент может обвалиться - это даже для них перебор! А тут еще и по стенам снова начали барабанить...
Душа мигом ушла в пятки, ну или куда там она уходит во время сильного испуга. Подумав, что плевать я хотела на весь этот идиотский спор, я вышла из бани и уверенным шагом, изображая полнейшую невозмутимость (а вдруг эти две "затейницы" сейчас сидят где-нибудь в засаде и ржут надо мной!), направилась прочь. Не знаю, сколько я прошла, когда за моей спиной послышались отчетливые удары. Судя по всему, это хлопала входная дверь. Я прибавила шаг, но тут услышала... голоса. Вполне реальные человеческие голоса - мужской и женский. Женщина громко кричала: "Помогите! Спасите!" - ну, и что-то в таком духе. Мужик тоже просил о помощи, правда, разбавляя свои просьбы отборным матом.
Бежать, причем со всех ног - такой должна была быть нормальная реакция на все происходящее. Но я от страха, напротив, впала в какой-то ступор, и вместо того, чтобы нестись без оглядки в сторону дома, остановилась, как вкопанная, на месте. Голоса за моей спиной продолжали истошно кричать. Я почти уже обернулась в сторону злосчастной бани, как вдруг, прямо над своим ухом, услышала еще один голос: "Не оглядывайся!".
Голос был женский. Пожалуй, это все, что я могу о нем сказать, ибо описать его точнее мне, сами понимаете, сложно... Обычный такой голос, как если бы меня просто окликнули на улице... Но именно он вывел меня из транса. Я подскочила на месте и понеслась. Не знаю, сколько бы я бежала, если б в один прекрасный момент дорогу мне не преградили подруги.
- Э-э-эх, ты, а говорила, смелая! - заливалась хохотом одна из приятельниц.
- Трусишка зайка серенький! - вторила другая.
Я же бухнулась на колени и зарыдала... В чувства меня приводили обе подружки (они, как оказалось, к случившемуся никакого отношения не имели, все это время честно сидели в условленном месте и, кстати говоря, ничего не слышали) под руководством бабушки одной из них. Она то, отругав нас за ночные вылазки, и рассказала историю этого места...

Действительно, баня когда-то была всего лишь одной из построек на большом участке, принадлежащем зажиточному человеку, местному пасечнику Тимофею. У того была жена Анна. Хорошая, крепкая, работящая семья, вот только детишек Бог не дал.
Случилось так, что до Анны стали доходить слухи, что муж спутался с молодой вдовой Александрой, и та вроде бы даже понесла от него. Женщина не верила. Но однажды вечером, когда Анна была в гостях у своей родни, кто-то шепнул ей: иди, мол, посмотри, как твой Тимофей в бане с Сашкой милуется. Анна пошла, а наутро Александру и Тимофея нашли в бане мертвыми. Оба они угорели. Кто-то подпер снаружи дверь бани бревном, и они не смогли выйти.
Молва винила во всем Анну, но причастность ее к смерти супруга так и не удалось доказать (да, видно, и не разбирался никто особенно в этом деле!). Сама же вдова вскоре покинула деревню. Никто не знает, куда она уехала. Дом остался без хозяев, вскоре обветшал и развалился, как и другие окружавшие его постройки. Целой и почти невредимой осталась одна только баня. Многие старожилы деревни говорят, что из нее не раз слышали странные звуки и голоса... Я даже рада, что не обернулась в ту ночь...