Страшилка

Я хочу поделится с вами ужасными впечатлениями. Меня зовут Александр, я - самый обычный работник. У меня такая работа, что после каждой смены меня немного трясёт от страха. Но я уже привык. Я работаю уже 5 лет и вполне адаптировался. Но бывают в моей работе случаи, что кости пробирает. Итак я начинаю свой рассказ.

Я работаю почти сутки. Все остальные работники уходят примерно в 21:00. Я просто работаю в отделе с телами. Проверяю все ли на месте, я, как бы можно сказать, охранник. В одну ночную смену все собирались уходить, начальник сказал, чтобы я немного задержался на работе. Он как бы мне доверял больше всех и оставлял мне почти самую важную работу. Он сказал, чтобы я немного ещё проверил все палаты и заполнил кое-какие документы, за это он предлагал зарплату повыше. Я согласился. Когда все уже ушли, я запер задние двери и центральные тоже. В морге стало очень тихо, но я привык к постоянной тишине, поэтому просто не обращал внимания.

- Бабушка, мама скоро приедет? - спросил мальчик лет восьми, наматывая круги по комнате.
- Скоро, Андрюша, скоро. - улыбнувшись, сказала пожилая женщина лет 65, покачиваясь в кресле-качалке, при этом вяжучи красный шарфик. - Ещё она говорила, что за то, что ты горошо себя вёл, она купит тебе что-то из сладкого или выпечки.
- Скорей бы... - вздохнул мальчик и погладив большого серого кота, что лежал на письменном столе, мечтательно произнёс. - Интересно, что именно она мне купит.
- Вот приедет и узнаешь. - вновь улыбнулась бабушка Андрея. - А пока поиграй в компьютер, я разрешаю.
- Ура!! - подскочив от радости, мальчик умчался покорят просторы Интернета. - Спасибо, бабуль!
- Не за что, внучёк. - ответила женщина и посмотрев на часы, вздохнула. - Не спокойно у меня на сердце что-то. Пойду выпью валерьянки, может поможет.
И она пошла на кухню, искать баночку валерьянки. А кот Ворм лениво зевнул и поплелся за ней, вымахивая роскошным хвостом, ожидая на подачку от хозяйки.

За окном мелькали деревья, линии электропередач и многое другое. В одном купе поезда сбились в кучу сразу десять человек – жуткая давка, невозможно даже присесть нормально. Цель – Сибирь, концлагеря – кому куда. Среди пассажиров выделялась женщина лет сорока, державшая на руках совсем еще маленькую девочку. Девочка постоянно хныкала, не в состоянии выдержать подобные условия. Женщина не надеялась, что та доживет до конечной остановки. Хотя, неизвестно, что хуже – умереть здесь или оказаться в холодной Сибири, без посторонней помощи и надежды.

Дверь в купе открылась. Двое солдат занесли внутрь ведро с картошкой и высыпали ее прямо на пол. Тут же толпа бросилась к еде, отталкивая друг друга – каждый хотел отхватить побольше. Женщина, поставив дочку на пол, просунулась между сразу двух мужчин, сумела достать сразу две картошки. Одну сразу же сунула девочке, но сама вторую не успела даже ко рту поднести, как увидела возле горла лезвие ножа.
- Отдай, живо, – прошипел владелец оружия – на вид совсем еще молодой парень, не больше двадцати лет. Вот только тяжелый взгляд и твердое держание ножа выдавали его настоящую сущность.

Я прижалась к ближнему, невысокому дубу. Моё сердце билось и вот-вот могло вылететь из груди. Я пыталась не бояться и не терять контроль над собой, но тщетно. Чем сильнее я боялась, тем ближе становились волки. Да. Мой час настал. Неминуемая смерть ожидает меня. Я закрываю глаза. Наверно завтра Доминика найдёт меня и начнёт плакать, реветь... Но меня никак не получится вернуть... Прощай...

Раз, два, три. Я ничего, кроме холода и ветра не почувствовала. Волков будто и след простыл. Я осторожно открываю глаза. От неожиданности и восторга я подпрыгнула на совершенно ровном месте. Над мной склонилась маленькая головка волка. Глаза, некогда голодно смотревшие на меня, с живым любопытством осматривают мои русые волоски. Остальные волки, то есть вся целая стая, стала стоять в стороне и с немалым любопытством смотрели то на меня, то на волка. Посмотрев на столь тёмное небо, я поспешила лечь спать, то есть просто лечь на землю. Время было позднее.

"Без души, без сердца,
Как же ты живешь?"
От вопросов этих,
Бросает меня в дрожь.

"Почему не плачешь,
По ночам, грустишь?"
Нет, все ведь иначе,
Ночью - просто тишь.

"Любишь человека?
Может, маму, да?"
Да, ее люблю я,
Хотя вряд ли, мам.

Меня не замечали в этом мире. Вы подумаете, что я просто была человеком с заниженной самооценкой, но это не так. Давайте по порядку.
Я была обычной девочкой, которая училась в 9 классе и сохла по одному мальчику. Он встречался с моей старшей сестрой, а я вечно им завидовала. Ведь Лена и Кирилл - взрослые, самостоятельные, в универе учатся. Сейчас я понимаю, что это была просто обычная симпатия, но раньше думала, что это любовь на всю жизнь. Но это не то, что меня волнует на данный момент. Я переживаю из-за того, что я мертва. Для того, чтобы это понять понадобилось лишь мгновение.

Я стою на окровавленной магистрали возле своего трупа и наблюдаю. Люди бегают, суетятся, вызывают скорую, плачут и кричат... Мама, с которой мы направлялись за покупками, ревела и причитала во всё горло. Всё это поплыло перед глазами. Мысли метались в голове: "А может быть, я не мертва? Может, я в коме или мне снится кошмар? Нет, врачи, которые погрузили моё тело на носилки, сказали, что пульса нет и дефибриллятор уже не поможет. Нет, это не может быть сном. Всё слишком реалистично и кроваво, чтобы им быть. Эх, так маму жалко. Не переживёт всего этого, сопьётся. Лена не будет за ней ухаживать, они уже год в ссоре".

Дорогой дневник, привет! Меня зовут Юля Семичева, мне 13 лет и я сейчас еду на большом автобусе в лагерь. Я так долго ждала этой поездки и вот наконец-то я поехала туда! Жду не дождусь приехать туда!
Прошел час, я приехала в лагерь, в автобусе я познакомилась со многими ребятами и лучше всех подружилась с Анжелой. Я заняла красивый салатовый дом, а внутри он был разукрашен сине-бирюзовыми стенами и классными узорами на них! Мне понравилось, я заняла кровать у стенки, там стоит маленький комод для вещей.
Уже ночь, мы пели песни у костра и знакомились с другими отрядами, первый день удался, а сейчас я ложусь спать.

Привет дорогой дневник, уже второй день в лагере. Здесь круто, но по ночам к нам кто-то тарабанит в окно, мы думаем, что это мальчики, смотрим, а там никого нет. Становится немного жутко, но потом мы начинаем смеяться и шутить. В ночь было 3 стука. Сейчас мы пойдём завтракать, а тебя, дневник, я спрячу под матрас...

- Не знаю. Ладно, слушай, мне пора. Ещё увидимся. - сказала Дженни и ушла. Она была стражем одних из нескольких врат.
- Хорошо.
Я отправилась в свою комнату. Нужно было восстановить силы. Всё-таки телепортация отобрала силы. К счастью, не все. Усталость чувствовалась плохо, но отдых и вправду был нужен. Зайдя в комнату я бухнулась в кровать и заснула. Сон был очень странный. Просто набор картинок не связанных между собой. Но одна из них привлекла моё внимание. На ней была женщина истекающая кровью. А на заднем плане был Сатана. Возможно, это просто очередная его жертва, но что-то подсказывало, что это не так. Досмотреть, что же произойдёт мне не дали. Болью отдала рука. Кто-то снова призывал "господина". Деваться было некуда и я явилась на зов.
Вызывали опять в лесу. Но уже в другом. Призывала женщина, лет 40-45 на вид. Нет, на женщину из сна она не была ни капли похожа. Интересно, чего попросит она. Деньги? Власть? Бессмертие? Я буду не удивлена если что-то похожее.

- Я должен это сделать! - дрожа сказал я, глубоко вздохнув.
Моё сердце ужастно быстро стучало. Страх пытался овладеть мной, но мне удавалось не поддаваться. Я взял топор, стоявший возле табуретки, заранее приготовленный мной и открыл дверь.
В подъезде было слишком тихо, только ветер завывал через дырку разбитого окна. Я начал спускаться по лестнице, мои шаги, громким эхом отдавались по всему подъезду. Я понимал, почему в нашем доме так тихо - некоторые люди, просто бояться выходить на улицу, а некоторых, уже успели сожрать...
Сквозь страх, я собирался выйти на улицу за едой.
Держа вспотелой рукой свой топор, мне удалось выйти. Открыв дверь, мне ударил в глаза яркий солнечный свет. Прикрывшись рукой, чтобы мои глаза привыкли видеть солнечный свет вживую, а не за шторами, я начал осматриваться. Вокруг было пусто и тихо, даже птички не пели, только ветер разносил опавшие листья по пустынной дороге.

Дядька моего товарища в начале восьмидесятых годов служил в Хабаровском крае, в одном лётном полку. Назовём его Николай. Он и рассказал.

Сами, правда, на самолётах служивые не летали, лишь обеспечивали какие-то наземные функции радиотехнической связи. Но погоны, как и положено в ВВС - голубые. Аппаратура была достаточно наворченная: передатчики, антенны, усилители и т.п. Основной солдатский состав был закреплён экипажами на передвижных авторадиостанциях. Которые - на базе ГАЗ-66, которые - на Уралах. Периодически солдат гоняли на учения. Забросят, то железнодорожным эшелоном, то своим ходом, в какую-нибудь глухомань и оттуда касатики стерегут рубежи Советского Союза.

Не знаю, как сейчас, а тогда в учебке всех радистов поголовно заставляли зубрить азбуку Морзе. Будь ты хоть продвинутый москвач - радиотехник-любитель на гражданке или, как говорил капитан-комвзвода (переиначивая по-своему название столицы Кампучии) - «пнём-пень» из туркменского кишлака, все должны были выдавать за минуту нормативное количество точек-тире, выбивая их ключом радиста. А народ в части был со всех краёв необъятной тогда советской Родины. Пятнадцать национальностей из союзных республик, не считая автономий. Даже чукча один служил... А может, два, однако.