Страшилка

Часть I – Воспоминания.

— Я помню как много лет назад, ужас словно ядовитое химическое оружие проникал в каждую клеточку моего тела, он медленно просачивался через все мои внутренности, через мой кишечник и мое дерьмо, пока в конце концов он не собирался в одном месте – в сердце.
С тех пор прошло много времени, страх перед неведомой тварью, которой меня пугали глупые и эгоистичные родители постепенно рассеялся и сменился общим безразличием, но ничто не уходит бесследно...

Настоящее время:
— Пап! Пап! Ну, поехали уже! — мой маленький и взбудораженный предстоящей поездкой сын, не давал мне спокойно собраться с мыслями.
— Слушай, погоди немного, скоро выезжаем. — порою, я чувствовал тоскливое безразличие даже к собственному ребенку, да что там, к самому себе, нелегко жить без страха, все блекнет и становится серым. Черви копошившиеся в кучке телячьего навоза, словно услыхали мои мысли, и тревожно повертели своими маленькими головками, продолжив неторопливо жрать отбросы парнокопытного организма.

Когда ликует Сатана,
Противник внемлет крик победы,
Сменяет красная Луна
Светило; в мир приходят беды,
И в темной бездне люд пленен.
Мне слышится могильный стон,
Из-под надгробий вековых.
Но стон тот вовсе не живых!
Яствами полон адский стол,
В бокалах вина багровеют,
И в глотки льются, не пустеют
Тарелки. Раскололся пол
От танцев демонов прибывших,
Под громкий стук сердец остывших.

Ночной вой дворовых псов создавал нагнетающую атмосферу в нашей компании. Время близилось к полуночи.
— Тихо, вы видели? Там что-то пробежало... — Данил, самый младший, глупый и трусливый член нашей группы, начал нервно озираться по сторонам, стараясь высмотреть что-нибудь ужасное.
— Расслабься, что может выбежать в полночь со стороны кладбища? — мрачно хихикнув, я легко положил руку ему на плечо, от которой он отпрянул, будто это была не моя рука, а лапа здоровенного чудища из его детских кошмаров.
— Пошли уже быстрее, и да, Лех, рассказывай, что там дальше было в истории.
Костя глянул на меня уставшим взглядом, а потом осуждающе перевел взгляд на Данила.
— В общем, пока он проходил через кладбище, то увидел трупы своих друзей, и в общем, они с ним потом заговорили через его мобильник, когда он уже был дома, извините, я в подробностях плохо рассказываю, пишу лучше... В общем...
Мы остановились. Перед нами пролегал проход на карьер, участок больницы кончался, а дальше была, так сказать, дикая местность. Сверху карьера возвышалась заброшенная постройка, я так и не знаю, для чего она предназначалась.

Всем нам доводилось испытать это ощущение
Ты засиделся допоздна. Заработался, заучился, смотрел фильм - неважно. Чем бы ты ни занимался, у тебя возникает это чувство. Ты устал, глаза слипаются, в них как будто насыпали песка.
Допустим, ты не можешь отправиться в кровать прямо сейчас, но закрыть глаза на пару минут ничто не мешает, верно? Немного увлажнить их. От этого ведь ничего не будет?
И вот ты падаешь. Как будто сорвавшись со скалы, ты летишь в свободном падении, хотя твое тело не сдвинулось с места. А затем как будто при прыжке с тарзанки, тебя выдергивает из сна, пульс немного учащен и ты быстро моргаешь, пытаясь сообразить, что произошло.
Это называется гипнагогический прыжок, естественная реакция, как говорят. Твой мозг думает, что ты умираешь, когда твое дыхание и сердцебиение замедляются при засыпании.

- Я в ванну поплавать, - рявкнул Юрик на всю квартиру.
- Хорошо, только не как в тот раз на два часа, - донеслось от мамы.
Он хрюкнул, вспоминая как тогда в дверь молотили: что задрал уже и вылезал быстрее чтоб, и запрыгал на одной ноге, снимая треники.

Через пять минут ванна набралась, и Юрик погрузился в теплую воду.
Просто так сидеть было скучно, телефон с собой не взял, а кораблики остались в далеком детстве. Думая чем же заняться, вспомнил как Светке на уроке рожи корчил. Одна ему особенно понравилась: очень удачно получилась. Скосил глаза и так сильно надул губы, ее повторяя, что неожиданно для себя пукнул.

И тут случилось такое, от чего он пулей вылетел из воды!

День 26-й

Я не писал в дневнике несколько дней.
Вчера она хотела уехать, но я не позволил. Я сказал ей, что мы поженимся.
Что я творю?!
Ведь я же вампир, я никогда не смогу...

День 27-й

Это было прекрасно и ужасно. Я знал, что рано или поздно это произойдет, я сам этого хотел, хотя и не признавался даже сам себе. Мы были с ней близки, и это было чудом. Я действительно люблю ее! Теперь я знаю, что это так, и я знаю, что вампир может любить. Но, боже мой, как я хотел сомкнуть зубы на ее шее. Я чувствовал, что тогда все было бы еще лучше. Возможно, не только для меня, но и для нее. Это мука. Неужели она будет вечна?!

- Как дела? - спросила Фрэнни, шагнув в комнату.
Я застыл с открытым ртом, с чёрными глубокими кругами вокруг глаз, со стекающей по моему изрезанному лицу яркой кровью.
Фрэнни осмотрела комнату.
- Классные постеры, - сказала она. - А ты видел тот фильм про наполовину парня, наполовину паука?
- Эм... конечно, - ответил я.
Джейми бы уже сорвала голосовые связки от крика. Что не так с Фрэнни? Она вела себя так, словно моё лицо было абсолютно обычным.
Почему она не спросила меня об этом?
- Ты хорошо изучил это место? - спросила она.
Я покачал головой.
- Не особо.

- Слизняк, тебя уже ждут твои хозяева! Идем же! - заорал Слэппи.
Я понял, что после его слов со мной произошло что-то странное.
Невыносимая вонь разлилась вокруг. Что это за вонь? Кажется воняло каким-то дерьмом. Неужели я еще и обделался?
- Пожалуйста, не насилуйте меня! - взмолился я.
- Ой дура-а-ак, - протянул Соэппи. - Да мы пошутили. Кому ты сдался, жалкий, вонючий кусок дерьма?
На пол что-то закапало. Что-то очень вонючее. И не из штанов. Отвратительная коричневая жижа капала с рук, с ног, с лица... я весь ею истекал!
Откуда-то сверху упала железная клетка, отгородив меня от чудовищ. Впрочем, я сейчас сам был чудовищем!
- Что вы со мной сделали?! - завизжал я.
- Ничего! - воскликнул Слэппи. - Мы лишь вернули тебе твой изначальный облик. Твоя мамаша - тоже жирный кусок дерьма. Она сбежала в свое время из книжки "Месть ожившей какашки", которую наш хозяин написал в молодости по накурке, и потом никак не мог опубликовать. Ей надоело томиться на страницах рукописи, которую никто не хочет читать - вот она и удрала, приняла человеческий облик и стала жить человеческой жизнью. Даже прижила от какого-то идиота тебя...

Над горами, лесами парила душа.
И свята, и правдива при жизни была.
То погибшего дух, уходящий отсюда,
Чует, что в родном селении худо.

И в черных одеждах много людей,
И священник пришел, и прошло девять дней,
Все плачут, и видит себя он в гробу –
«О, Боже, я умер? Скажи, я пойму.

Неужто, все правда и это не сон?»
Судьбу эту сшили на этот фасон.
Не страшна ему смерть сама по себе,
Но беспокоится очень он о семье,

"Нужно было действовать, и действовать быстро..."
Я судорожно пыталась выбить дверь главного входа, но она никак не поддавалась.
"Если заперт главный вход, нужно проверить запасные!" - Говорил мне внутренний голос.
Тихонько подкравшись к одному из пожарных выходов, дернула за ручку двери. Дверь с ужасным, режущим уши, скрипом отворилась. Тем временем за дверью на завод странные звуки прекратились. Видимо, нечто поняло, что его добыча сбегает.

Не теряя ни одной секунды, я вышла на улицу и побежала к дому. Ледяной ураганный ветер пронизывал до самых костей, поднимал тучи пыли и срывал листья с верхушек деревьев. Редкие большие тяжелые капли падали на землю и асфальт, образовывая ручейки и небольшие лужицы. Но я, не обращая внимания на стихийные бедствия, бежала к дому, ведь если я остановлюсь или упаду, меня догонит что-то или кто-то из потустороннего мира, и тогда я буду медленно и мучительно умирать в каком-нибудь сыром и темном подвале или буду сидеть в психушке до конца своих дней... Это меня ни капельки не радовало.