Страшилка

Я знаю их - часы скорбей:
Мученья, упованья, страх,
Тиски обид, шипы страстей,
Цветы, рассыпанные в прах;
(Лайонел Джонсон)

Мы все умрем, к чему стенанья?
К чему ваш плачь, к чему ваш слог?
Вы не найдёте оправданья,
Числу невидимых дорог!

Он умер жаль, финал уж скромный,
Что нам терзает пыль души.
А жнец ушёл, игрок невольный,
Что лики прячет ото ржи.

Как-то раз ко мне подошла дежурная по классу:
- Арлин, это тебе.
Она протянула мне заржавевший ключ с выгравированной звездочкой с семью лучиками.
- Что это?
- Да так, представляешь, помогла одной бабушке сумку донести, а она мне в благодарность отдала это, со словами "подари той, кого хочешь спасти" и ушла. А ты ведь говорила, что в последнее время чувствуешь на себе чей-то взгляд? Я ведь скоро переезжаю в Петербург, ты же знаешь, что в нашем классе творится, да и во всей школе, и может хотя бы ты не...
- Понятно, большое тебе спасибо. Я тоже хочу, что бы это прекратилось. Еще раз большое спасибо, Юля. - позже я привязала к нему веревочку и надела на шею.
Я порывисто обняла ее. Как хорошо, что она уезжает.

Расти Лейк. 1850 год. Странное местечко, но живописное. В центре озера стоит большой отель, соединенный с остальной поверхностью мостом. Дома, напоминающие больше коттеджи. Небольшие такие коттеджи. И именно в такое место пришлось приехать Джеймсу Вандербруку. Так вышло, что дедушка Джеймса погиб при весьма странных обстоятельствах, и Джеймс оказался единственным наследником. Он еще не знал, какие события произойдут с ним и его семьей.
Прибыв в Расти Лейк, Джеймс увидел особняк своего дедушки, в котором ныне никто не жил, ибо дедушка Джеймса был таким странным, что люди обходили особняк Вандербрук стороной. Даже Джеймс считал своего дедушку странным человеком.
- Ох, только бы мне не надо будет прибираться. - пробурчал Джеймс себе под нос, открывая калитку в сад с одним единственным колодцем, который стоял неподалеку от особняка. Он заново посмотрел на письмо, которое нашел сегодня у себя на полу в гостиной: "Как это ни печально, но твой дедушка покинул нас. Однако, он оставил тебе в наследство свой дом и особое зернышко, которое ты можешь найти в коробке, закопанной рядом с колодцем. 572". Автор, по какой-то причине, не был упомянут. Только цифры "572" и печать с фамильным гербом семейства Вандербрук.

- Пошевеливайся, Эндрю, - сказала Эмили своему брату. - У меня куча домашки.
- Подожди-ка, - прошептал Эндрю. - Секундочку...
Он осмотрелся вокруг парка Шейдисайда.
Уже почти стемнело. Они должны выждать еще несколько минут. Как только станет очень темно. Вот тогда и можно выходить. Каждый из них отлично это знал.
Эмили смахнула локон волнистых рыжих волос с ее лица.
- Больше ни секунды, - настаивала она. - Cейчас же!
Эндрю не мог вынести, когда Эмили принималась командовать. Ей было только двенадцать с половиной.
Всего лишь на один год старше его. И что с того, что она выше на голову? Это разве дает право Эмили Гриффин быть Мисс Всезнайкой?

Привет. Меня зовут Харума. Харума Сан. Я расскажу вам свою историю. И возможно, это последнее, что я расскажу кому-либо...
Немного обо мне: недавно мне исполнилось 17 лет, у меня тёмно-рыжие волосы в стиле "каре", карие глаза и рост 173-175 сантиметров, вешу я около 49-52 килограмм. Я точно не знаю. Сейчас это не так важно. Я не знаю зачем вообще пишу всё это. Моей сломанной психике это никак не поможет. Может, это кто-нибудь когда-нибудь найдёт и прочитает.
Итак, усаживайся поудобнее, читатель. Я начну...

Раннее утро. Сегодня выходной и валить в колледж не надо. Я уже давно не спала, но поваляться в тёплой и уютной кроватке я всегда любила.
Неожиданно, раздался звонок. Я взяла свой телефон и, не рассматривая дисплей, тут же взяла трубку.

Привет, меня зовут Тимофей Горн. Я - обычный музыкант, потихоньку продвигаю свою группу "Белая ночь". Утром я учу детей играть на гитаре, днём веселюсь с друзьями, а ночью с группой играю в пивнушках. Мне не нравится мой образ жизни, я чувствую себя бомжем, ведь неделями могу не появляться в общаге, валяюсь где-нибудь после очередной пьянки.
Было обычное утро. 10:07. Мне пора идти к очередному тупому школьнику, который нифига не понимает в гитаре и просто хочет выпендриться перед дружками (такими же богатенькими и бездарными). Мне давно доставало это. Работать репетитором. Но если бы я не ходил туда, я бы давно лежал на вокзале у дверей, умирая от голода. Снова серые улицы, абсолютно серые улицы с такими же серыми на них людьми. Я надевают наушники и вдруг мир становится цветным, ярким и контрастным. Музыка - это то, что может спасти от суицида или довести до него. У музыки сила всего мира. Все великие музыканты могут управлять миром. Я один из них, но самый неизвестный и бедный.

- Прекрасно! Не проработала я и года в агентстве "Локвуд и компания", как уже на грани гибели! Идеально!
"Ещё и этот Локвуд, чёрт его дери! И что же он там, интересно, такого нашёл, что меня бросил на произвол?!" - в гневе размышляла я, пока Гостья плыла ко мне. Левой рукой мне пришлось держаться за балясину, так как правая рука - а если говорить точнее, то плечо - прилично болела, после удара. Я пыталась запрокинуть ногу (чёрт знает каким способом) наверх... результата ноль...
- Мне холодно... - слышала я голос Гостьи - Мне холодно и одиноко...
Удивительно, какими долгими могут показаться две минуты, когда ты на волоске от смерти - либо ты свалишься с лестницы, либо тебя убьет касанием Гость. Однако, надежда умирает последней. И последней моей надеждой был Локвуд, который находился на противоположном конце этажа.
"Локвуд, если я умру из-за тебя, то буду к тебе каждый божий день в кошмарных снах являться, до самой твоей смерти!" - подумала я, одновременно прокляв этого умника.

Здравствуйте, сегодня я расскажу вам историю, которая была на самом деле со мной и с моими родными. И верить ли вам, ваше решение - начинается история.

Это было неделю назад, я была на выходных у бабули, я часто ездила к ней, воздух, лучшие друзья из лагеря...
Сегодня мы с бабушкой наводили чистоту в её комнате, когда она отвлеклась, ей позвонили. Я начала рыться в тумбе бабушки. И когда я увидела какую-то бумажку с какими-то молитвами, порчами... Я немного недопоняла что это. Я решила прочитать, так как немного не понимала, что было написано и запиналась при чтении мысленно. Когда я это прочитала, я стала читать более выразительно, даже не стараясь, я хотела перестать, но не могла, что-то держало, что когда хотела остановится, рот сильно болел, горело все в горле, если я перестану читать. Я все прочитала, бабушка подбежала и наорала так, что я не могла слышать. То что зачем же я это прочитала?! И бабушка, успокоившись, начала читать какую-то молитву. И как оказалось - это была легкая молитва, то, что её ничего не сделаешь. Эту порчу уже мы все сняли, она была на всех. На родителях, бабушках, дедушках. Все, которые живы, были с порчей.

Была ночь. Светлана спала в своей кровати, укутанная глубоким сном. Вот завтра она будет рожать, она так счастлива. Но вдруг она умрет во время родов? - проговорилось у неё в голове.

На часах было 7 часов утра, Светлане пора было вставать, нужно уезжать в роддом, подготавливать вещи. Её муж Владимир ждал девочку, так показал компьютер на УЗИ. Вот у Светланы начались схватки, Владимир заводит машину и почти на всей скорости едет в ближайший роддом от дома.
- Света, еще чуть-чуть! Подожди! - взволнованно тормозил Владимир, подъезжая к роддому.
- Я терплю, Вов...

Они приехали уже в роддом, Светлана еле-еле идет по ступенькам, и наконец ее отвозят в палату. Такая жуткая боль предстояла ей... Но все закончилось трагически, Светлана умерла в муках. Ей делали наркоз, и Светлане приснилось "будущее".

Мы впятером сидели на заброшенном заводе. Машка, Санек, Я, Миха и Гриша, все мы дружим еще со школы, а Машка, местная "давалка", вписалась в нашу "банду", нам стало её жалко, родители кинули, из универа выперли. Вот и пришлось работать женщиной по заказу. Вообще, завод - криминальное местечко нашего района, убийства постоянные, подростки свой нос суют, вот и отгребают. На прошлой неделе пять убили. Сторожа Никитича наняли, вечно пьяный в своей конуре валялся. Добрый дядька, хороший такой, побухать с ним дело хорошее.

Сидим мы, байки травим, тут Машка заорала, говорит человек в углу сидит. Ну, я, как самый смелый, решил поглядеть, смотрю - и правда сидит, я его похлопал по плечу типа: "Эй, мужик", он звук такой смешной издал и отмахнулся, ну, я думал, пошел он, раз общаться не хочет. Блин, жалко его, печальный такой сидит, я на гордость свою плюнул, опять к нему пошёл. Я его трясу, трясу. Он повернулся, блин, я пересрался, если честно, глаза черные, бездонные, лицо полуразложившееся, труп, короче. Я бежать уже хотел, а он меня за руку схватил, рука холодная, но хватка дружеская, приятная. Я его погладил как сына по головке, не знаю почему, хотелось его гладить. Он сидит, звуки издает, типа: рррр, ухмм. Ну, я с ним попрощался, сказал скоро увидимся. Он и исчез, и меня прям кипятком обдало, я с трупом общался, страшилки-то я читал, я друзей собрал, такси вызвал и домой поехали.