Страшилка

Была ранняя весна. Вечер. Тёмные улицы освещались только светом фонарей. Девочка радостно крутилась около уже порядком уставшего отца, кривляясь, как обезьяна.
— Па-а-ап, я ещё не хочу спать! — важно скрестила руки на груди, тряхнув кудряшками. — Давай ещё погуляем, ну пожа-а-алуйста!
— Котёнок, уже пора ложиться, — мужчина ласково потрепал волосы дочери, на ходу доставая другой рукой ключи. — Завтра будем учиться кататься на велосипеде, тебе нужно быть полной сил.
Девочка надула губы, но возражать не стала.
Родной подъезд поприветствовал запахом кошачий мочи. Свет был включен. И, скорее всего, будет включен до обеда — завтра воскресенье.
Вечно ходящая с брюшком кошка опять ласково тёрлась о ноги. Девочка охотно потискала бы её, но папа ей запрещал трогать чужих животных.

Мы в общем-то не знали что нам делать: Вова пропал, к зданию шел охранник, держа руки в карманах и зловеще улыбаясь. Я уже представляла, как он набирает наших родителей, набив огромный штраф за то, что мы сунулись на охраняемую территорию, и мне стало как-то не по себе. Дернув друга за рукав, я указала на лестничный пролет, намекая на то, что нам стоит лезть выше и забаррикадироваться на третьем этаже.

Константин хмуро покрутил пальцем у виска, но все же последовал за мной. Быстро, но стараясь не сильно топать, мы ринулись к ступенькам, а после, глянув на покинутый этаж, мы продолжили свой путь к убежищу. Третий этаж был чем-то наподобие огромного склада. Черт знает, отчего склад находился когда-то давно в больнице, но сейчас мы не могли думать об этом, забегая в помещение и прислонив тяжелую тумбочку к двери. Я запыхалась, пытаясь сдвинуть ее хотя бы на пару сантиметров, да и Костя тоже был не шибко то сильным. А тут еще и я помочь ему не могла почти ничем.

Встаю я утром, а мама сидит перепуганная. Я спрашиваю, что случилось, а она мне и говорит: "Ночью, может, часов так в 2, я просыпаюсь от того, что задыхаюсь. Потом попыталась восстановить дыхание и уснуть, как тут же, вроде бы во сне, но пока ещё не спит. Видит мужчину красивого, но одновременно и страшного. Он ей говорит: "Бери квартиру, машину, деньги", а мать ему - я не хочу". Потом он стал надвигаться на нее, а она снова встала и попыталась прочесть Отче наш. Ну, кое-как встала, попила воды и снова легла. А во сне стоит уже женщина такая красивая и говорит с ухмылкой: "Ну что ты молишься? Тебе это не поможет" и тянет свои руки к маме. Тут она проснулась и больше не заснула.

Есть еще одна, похожая на эту историю, тоже происходила с ней. Утром встал отец и пошел на кухню. А мама лежит на диване и телевизор смотрит, не спит. Потом какой-то момент, что она не может пошевелиться, стала звать мужа, а не может. Получается мычание. И тут 4 черных круга (не знаю, что это даже было) стали вырывать у мамы сердце. Она даже видела это, но ничего не могла поделать. Решилась потом очертить мысленно крест и, по-моему, это сработало. Круги с криками улетели в окно. Потом мама позвала отца, а он спрашивает: "Что ты там мычала?".

Бабушке, когда произошла эта невероятная история, было всего 16 лет и жила она в древне. А там принято гадать на Рождество, в святочную неделю. И, естественно, в ночь с 6 на 7 января деревенские девки собрались дома у одной из них, чтобы позабавиться, попытать судьбу... Авось, что и узнают о своем будущем. Они жгли бумагу, плавили воск, кидали валенки через ворота, смотрели в зеркале своих суженых. В общем, как и положено, гадали всеми способами.

Последним из гаданий было вытягивание полена из чужой поленницы (девка должна зайти в чужой двор, найти поленницу, вытянуть оттуда полено и принести с собой в хату, а там уже взрослые бабы, знающие толк в гаданиях, рассказывали девушке о ее будущем женихе, судя по полену).

Моя бабушка пошла первая, время было давно заполночь, снег спокойно падал на землю, луна освещала улицу, от крепкого мороза снег похрустывал под ногами. Девушка не пошла в чужой двор, а решила взять полена у себя в дровнике. Она прошла под темный навес, с трудом вытащила полено из самой середины кладки и уже собиралась уходить...

— Как Вы могли допустить, чтоб от ваших же рук умерли люди?! — хладнокровия короля как не бывало. Он был в ярости, что от его солдат вреда оказалось больше, чем от гоблинов. Низкорослый капитан стоял перед ним, как провинившийся ребенок (а со стороны это выглядело именно так, ибо капитан без своих доспехов мог быть и ниже пояса обычного мужчины).
— Виноват, сир, — наконец вымолвил он, не поднимая на него глаза. — Если вы захотите наказать меня и моих людей, то, пожалуйста, наказывайте только меня. Это я не просчитался и из-за меня умерли все люди.
Огромные двери тронного зала открылись, вошел Джеймс Дадли. Поклонившись, он, не поднимая туловища, начал подходить к королю.
— Джеймс Дадли, разрешаю встать и говорить, — король пытался говорить с прежним спокойствием, но в голосе все равно слышались нотки зла.
— Сир, — сказал Джеймс, — дошли слухи, что гоблины надвигаются на лесопилку, расположенную недалеко в лесу. Тамошним работникам нечем обороняться, им нужна помощь.

Когда я была 17-летней москвичкой, то решила я временно пожить в Питере. Родители были у меня в разводе: мама жил в Москве, а папа в Питере. Недолго думая, поступила я в медицинский универ. Сдав успешно сессию, я на каникулы и приехала в Москву. Там сразу встретилась со своей лучшей подругой Настей. Пока я жила в Питере, она познакомилась с очень симпатичным молодым человеком. Буквально все уши мне про него прожужжала. И конечно же, мне тоже было очень интересно на него посмотреть (фото она специально не отправляла, чтобы сохранить интригу).

Не буду томить вас рассказом, как мы рады были друг друга видеть. Короче, его звали Александр. Действительно симпатичный молодой человек. Красивые светло-серые глаза и очаровательная улыбка, такая добрая-добрая. "Повезло", - подумала я про себя (без грамма зависти). Рядом с ним Настюха была очень счастливой. Особенно выдавали радость ее глаза, которые постоянно "улыбались". Каждый день из двух недель мы расписали посекундно. Гуляли, отдыхали, радовались. На удивление, с Сашкой мы быстро нашли общий язык, обменялись номерами телефонов.

В воздухе пахло сыростью. Девица с русыми локонами погрузившись в раздумья сидела на лавочке возле подъезда, разглядывая листья под ногами. Сегодня было освежающе прохладно. Заиграла мелодия:
- Алло – вяло произнесла девушка, взяв трубку.
- Привет! – ответил на другом конце звонкий голосок – Чего такая грустная?
- Думаю.
- О чём?
- Произошло нечто необычное – задумчиво протянула собеседница – помнишь, неделю назад мы вызывали духов? Ты ещё на разлитом масле навернулась.
- Угу. Как такое забудешь.
- Так вот. Семь дней было тихо. Но, вчера... – осеклась она, отвлекшись на мерзкий скрип ржавых петель. Это стайка ребятишек выбежала из подъезда торопясь в школу.
- Ира?
- Я здесь. В общем, слушай...

Лет десять назад довелось путешествовать на поезде в интересной компании. Вернее, интересным рассказчиком там был один дедушка. Уже не помню, как его звали точно, кажется, Василий Фёдорович. Остальные – благодарными слушателями. Разговорился дедок после получасовой стоянки на вокзале Кирова. Там всегда к поезду местные спекулянты приносят продукцию кировской игрушечной фабрики. Видимо, насмотревшись на разнообразных плюшевых мишек и лупоглазых кукол, старичок и вспомнил этот случай...

Он оказался моим земляком. Из Новосибирска. Но, в отличие от меня, прожил там всю свою жизнь. События, о которых поведал Василий Фёдорович, начались в конце 60-х годов прошлого века.
К тому времени у него с родным братом Иваном уже были собственные семьи. У обоих сыновья подрастали. Вроде, живи да радуйся. Но, к сожалению, в семье брата обстановка оставляла желать лучшего. Разногласия с женой, порой перераставшие в скандалы, начались спустя всего год после свадьбы. А когда их совместному ребёнку исполнилось три годика, неверная супруга и вовсе умотала с очередным любовником в неизвестном направлении. Оставив сынишку Валерика на попечение отцу и его матери-бабушке.

Хоть я не раз сталкивался в жизни с необъяснимыми явлениями, к человеческим сверхспособностям до сих пор отношусь с некоторой долей сомнения. Может, потому что лично знал и знаю нескольких «ясновидящих». Может, телешоу про «экстрасенсов, ведущих расследование» добавило недоверия. Ну, согласитесь, разве не странно, что «духи» потерпевших и прочих, «общаясь» с этими экстрасенсами, никогда не указывают на настоящего убийцу? Несмотря на все остальные подробности, которые тщательно «передают» ясновидцу, как то: цвет волос, глаз, возраст, вплоть до месяца, время преступления с точностью чуть ли не до минуты... Невольно напрашивается вывод, что «духи» потерпевших намеренно покрывают своих убийц. Но это же вопреки любой логике, даже «потусторонней». В результате, в конце такого «расследования» вопросов ещё больше, чем в начале.

Поэтому, повторюсь, я не очень верю в контролируемые человеком «сверхспособности» общения с умершими или предвидения будущего. Но вот в том, что такое происходит иногда с некоторыми людьми совершенно случайно и независимо от их воли, убеждался неоднократно. Причём, и на личном опыте. Это, так называемое, шестое чувство.
Но сейчас расскажу не о себе, а об одной своей знакомой. Вернее, о двух очень схожих меж собой странных случаях, произошедших с ней в разное время. Далее, с её слов...

Курсусофобия – это страх проклятий.
Происходит от обратного: с латинского "бег" и древнеанглийского "молитва от дурного глаза".
Памятуя правку, откажемся от привычных мне экспромтных точек зачина: в сноске поясню прочее. Экспромт такой: это намеренная стилизация, ниже объясню, почему. Это вроде как конспект того, чем тут пугают в строфах:

Я, старый рыбак, проклинаю сноху*
До всех поколений за грех,
Но дух её лютый всегда наверху,
Я слышу во сне её смех.

Повесился сын, а любимец его –
Наш верный и ласковый пёс –
В кровь грянулся оземь, прошёл за стекло:
Сквозь зеркало – дьявол унёс.