Страшилка

До жути пасмурный день, всё тоже знакомое одиночество. Я одеваюсь в свои лохмотья и иду в магазин. Я неопрятен, беден. С моей причёской твориться чёрт знает что. Волосы растопырены во все стороны, они попадают в уши и колют глаза, мне явно нужна помощь парикмахера. Я прячу их в капюшон от прохожих глаз и от начавшегося дождя. Мой батник из шерсти и каких-то химикатов не спасает от осеннего холода. На мне джинсы, они велики - отцовские, в них я похож на толстяка. Кроссовки уже промокли, а на рваном пальце здоровенная мозоль.

Мой дом развёрнут задом к заду большого супермаркета. Явно его построили не для таких как я. Иду по этому переулку весь мокрый и в грязи. В обычный день я бы шёл с сигаретой в зубах, но сегодня с трудом собрал на хлеб. Тропинка растянулась метров на сто. Метров пять разделяют меня с окнами дома, там посажены деревья и кусты. С другой стороны тыльная часть магазина, рабочих там не видно, видно их распугал дождь. На пол-пути расположился не жилой подъезд, вечером от сюда слышны крики пьяниц и алкоголиков.

Вот я уже у магазина. Его стёкла отражают моё сутулое тело, я зарываюсь ещё глубже в капюшон, чтобы не видеть отражение. Уже на протяжении четырех лет я сторонюсь зеркал.

Знаете, этот мир не был бы так красив и великолепен без музыки. Без хорошей, натуральной музыки. Что такое натуральная музыка? Многие слушают сейчас пустую, ненастоящую музыку, созданную не из великого труда и эмоций музыкантов - живых, теплых людей, а из холодных машин - электронные звуки. Люди хватают все новое, бегут куда-то. Казалось бы, это хорошо, но при этом они не успевают думать... Думать над жизнью и над собой.

- Я псих, идиот, сумасшедший безумец! Кто угодно, но не человек! Почему я выделяюсь и почему мне это нравится? Почему я не нахожу таких же людей как и я? Таких, которые несли бы бред и при этом умели думать. Быть может, я и правда не совсем нормальный? Конечно, я ненормальный! - с этими мыслями Джозеф шел по улице и слегка улыбался. Выглядело, наверное, глупо, ведь никто, идя по улице, не улыбается, но ему было хорошо и мнение всех остальных его не волновало. Он не был наркоманом. Он был здоровым молодым человеком. Он был очень симпатичен. В его внешности было одно большое достоинство - это два глубоких как море и голубых как небо, глаза. Они смотрели прямо в самую глубь души. Такие глаза встречаются у людей редко, и ему посчастливилось стать их обладателем при рождении.

Эта история абсолютно реальная и происходит в нашей квартире по сей день.

Дело в том что недавно у меня умерла бабушка (мамина мама). Мы были с ней в очень плохих отношениях и в последние годы не общались вообще. Когда мы узнали о её смерти, у нас просто был шок. Ну, как полагается, похоронили, помянули на 9 день и стали ждать 40.

Но как раз после 9 дня и начались странности. Я стала ощущать, что нахожусь дома не одна, прям спиной чувствую, что бабушка сзади стоит и на меня смотрит. Ещё я мыться нормально не могла, казалось, что она рядом с ванной стоит и всё на меня смотрит. Дальше - больше. Мама мне рассказывала, что пока я была в школе, мой младший брат спал, поэтому было очень тихо, и тут она отчётливо услышала, как будто таз пустой упал. Ну, вышла посмотреть, все тазы с бельём стояли на месте.

Это случилось со мной около 20 лет назад. Я работал водителем-дальнобойщиком и ехал на своем Камазе по широкой и ровной дороге. За плечами был 40-тонный контейнер, самый длинный полуприцеп. По 40 тонн мы, конечно, не возили, но габариты автопоезда были внушительные.

Продолжительная езда по хорошей дороге расслабляла меня и я не заметил как уснул на скорости 110 км/час. Проснулся я от того, что почувствовал, как машина начала крениться вправо. Я стал выворачивать руль влево, но правое колесо уже начало зарываться в рыхлую обочину и не послушалась руля.

Меня понесло через поляну, находящуюся между дорогой и лесом, прямо в лес. Тормозить или рулить не получалось, так как на поляне было много травянистых кочек, на которых машина подпрыгивала, сбивая их, а в полете руль и тормоза бесполезны.

Я несколько раз ударился головой в потолок, по салону летали примус, посуда, постель. А я уже несся по лесу. Причем лес был не искусственно посажен, а природный, то есть деревья росли в хаотическом беспорядке, как и положено в настоящем лесу. Да и многие деревья были очень крупные, мощные. А передо мной не было даже такой защиты, как двигатель. Тонкая панель из листового железа не защитила бы меня, если бы на моем пути оказалось дерево. И вот я увидел, как в пяти метрах впереди на меня движется толстое дерево...

Как-то продали мы свою квартиру, а новую еще не купили и поэтому сняли квартиру (1 этаж хрущёвки) у родителей моего друга, после того как в ней умерла его бабушка.

Мне было тогда 13 лет. Я жил как раз в той комнате, где она умерла, и спал на ее диване. На меня часто ночью находило чувство животного страха. Иногда я слышал, что кто-то скребется снизу. Я соскакивал и включал свет, потом долго не мог уснуть. Говорил об этом родителям – они говорили, что это наверно крысы в подвале, да и я, пытаясь найти в этом логику, тоже пытался так думать. Хотя понимал, что крысы по потолку подвала не бегают и вообще я их там ни разу не видел. Родители тоже иногда слышали странные звуки типа как вздохи.

Однажды я решил перетерпеть и не соскакивать с дивана, включая свет. Лежу я, начинается скреб, как будто из-под пола ногтями...

Она была неказиста, со слегка шаркающей походкой и нескладной угловатой фигурой. Вся Её жизнь была - сплошные серые дни и ничем иным не отличалась от жизни таких же как и она одиноких "серых мышек". Каждое утро, изучая своё отражение в зеркале, Она теряла всякую надежду на семейную жизнь. Ну кто может заинтересоваться и польститься Её скромной персоной? Мать-природа слишком жестоко обошлась с Ней, а может - это была её грубая ошибка или шутка. Новый день Она встречала нерадостно, ведь он, этот день приносил новую череду испытаний, мук и страданий. Проходя мимо роскошных магазинов, Она старалась не смотреть в сторону витрин и как можно быстрее пройти мимо. Так было изо дня в день и так проходила Её скучная серая жизнь. Но, всё изменилось в один пасмурный, дождливый день.

Однажды, смотрев в окно, Она случайно увидела мужчину, который в стоявшем напротив киоске, через дорогу, покупал сигареты. Его движения, походка и движение внезапно привлекла к себе её внимание. У нее внутри что-то шевельнулось, вздрогнуло и по всему ее телу пробежала приятная, но непонятная для Неё волна, вслед за которой последовала дрожь. От этого, возникшего странного чувства Ей стало не по себе. Мужчина ещё какое-то время потоптался на месте, посмотрел на часы и быстрым шагом поспешил до остановки. Она немигающим взглядом проводила Его и на этом всё закончилось.

Вечер. Солнце закатилось за горизонт ещё в 4 дня. Полярная ночь всегда нагоняла тоску, особенно во время сессии. Идти домой не хотелось и я решил прогуляться по улицам. Тьма и безлюдность меня не пугали, северяне уже привыкли к такому распорядку, с ноября солнца мы не видим, да и люди стараются из домов не выходить.

Всё было однообразно, скучно и однообразно. Каждый день повторял себя в точности и до мелочей. Я шёл в задумчивости и не обращал внимания на окружающую меня тьму. Но подходя к своей пятиэтажке, что-то привлекло моё внимание, и я остановился. Я всматривался в окутанное темнотой здание и пытался понять, что в нём необычного, вроде всё хорошо и свет во дворе горит и тихо, но всё же что-то есть странное.

И вдруг из одного из подъездов стали выходить люди и о чём-то оживлённо разговаривать. Подойдя к соседям, мне рассказали, что из квартиры на втором этаже раздаются просто нечеловеческие детские крики. В этот момент и я услышал ужасный крик ребёнка, наполненный болью и отчаяньем. Я понял, что Он вернулся.

Так вышло, что некоторое время мне пришлось снимать коммунальную квартиру. Вернее, три комнаты, в которых жили, я с мужем и свекровью. А четвёртую, последнюю, хозяйка квартиры, сдала девушке Наталье, которая приехала из Мариуполя в Питер. С Натальей, мы быстро нашли общий язык, она была приятная девушка, открытая и общительная.

И вот, прошло, примерно полтора месяца. И вот, однажды утром выхожу на кухню, Наталья сидит никакая, вся бледная, глаза заплаканные. Я подхожу к ней: «Что случилось?» - а она начинает плакать, лицо прятать и повторять: «Нашел, нашел...» Я в недоумении, думаю, семейные дела какие, пристаёт кто... отвела её к себе в комнату и начинаю потихоньку успокаивать и расспрашивать: «Кто, что нашел?» - она немного успокоилась и рассказала эту историю.

Всё началось примерно семь лет назад, после того, как умерла моя дальняя родственница. Ночью, я сплю, и просыпаюсь от того, что чувствую, что на кровати кто-то сидит. Открываю глаза, осматриваюсь - никого, но тяжесть-то была, засыпаю и вновь просыпаюсь от этого же, так несколько ночей подряд.

На часах было 22.58. Мария занервничала: стол накрыт, а гостей всё нет и нет... Подвыпившие соседи гудели уже битый час, на улицах то и дело взрывалась китайская пиротехника, но ей было не до веселья.

Уже который раз набрала Маринин номер: недоступна и недоступна. А кто говорил, что они будут к десяти вечера? После Маринки набрала и всех остальных - тоже недоступны. Списав это на операторов связи, Мария открыла бутылку вина и налила себе бокал. Не успела выпить и глотка, как зазвонили в дверь. Радостно улыбаясь, она открыла дверь гостям. Начался обычный веселый шум и гам, присущий Новому году. Маше тут же подарили огромную красивую открытку, но прочитать поздравление не дали. Все уже были порядком подвыпившими, кроме водителя Алексея. Маринка уже успела поцапаться со своим мужем Николаем, Катя еле держала своего неугомонного мужа Михаила, который то и дело пытался поджечь из ниоткуда взявшийся бенгальский огонь.

Наконец, Марии удалось всех успокоить и усадить за стол. Она первой подняла бокал: «Давайте уже поскорее старый год проводим, до нового сорок минут осталось». Тост был принят на ура, и скоро был сказан второй, и третий, и четвертый.

Ружейный выстрел разорвал тишину леса, вспугнув птиц и обезьян, которые в панике заметались в густых древесных кронах.
- Отличный выстрел, Джордж! – Карл Фогель, высокий немец с наголо бритой головой и лицом, красным от жары и выпитого виски, отсалютовал полупустой бутылкой.
- Как у вас в Англии говорят: Робин Худ?
- Робин Гуд. – Джордж криво усмехнулся. – Но сейчас вернее будет: Вильгельм Телль.
- O, yawohl! Впрочем, классика – не моя стихия. То ли дело наш доктор... Вот он опять читает и не хочет поддержать нашей доброй компании.

Доктор Дюбуа, человек среднего возраста с бледным и каким-то болезненным лицом, оторвался от книги и посмотрел на немца поверх стекол изящных очков.
- Потому, что считаю такие развлечения варварством, – он кивнул в сторону носильщика-индуса, который с удивительно спокойным лицом сосредоточенно смахивал со своего тюрбана осколки разбитой пулей бутылки. - Что будет, если ваша рука, Джордж, когда-нибудь дрогнет?
- Я никогда не промахиваюсь! – гордо заявил англичанин.
- Всегда бывает первый раз!
- Господа, не надо ссориться! – Фогель нетвердой походкой подошел к походному столику и наполнил рюмки. - Даже, если наш... Телль промахнется, родичи этой черной макаки получат столько денег, сколько им никогда не заработать. Люди здесь дешевы.
Доктор лишь пожал плечами и с брезгливой гримасой вновь уткнулся в книгу.