Страшилка

Эту историю мне рассказывал мой друг Вадим. Рассказывать он умеет замечательно, захватывающе, что мне и вправду стало жутко, хотя я не сильно то уловима на эти пугающие истории. Но всё же... Он ездил в лагерь под Хабаровском. Нашёл там хороших, интересных друзей, которые были в этом лагере уже не раз и знали все места и легенды о нём. Ну вот они рассказали легенду про девочку, мол, это правда чистая и они готовы убедить его в правоте этой истории. История такова...

"В коем году жила в этом лагере девочка, корпуса ещё деревянные были, звали её Аревгина. И влюбилась Аревгина в одного молодого вожатого Павла. Он её на три года старше был и тоже полюбил её. Вот у них романтика была и они счастливы были каждый день друг друга видеть. И за пределы лагеря по вечерам ходили, далеко-далеко. И всё у них любовь-морковь была...

И вот как-то раз умер Павел. Аревгина не выдержала этой потери, зашла ровно в два часа ночи, как видели подруги, в туалет. Взяла нож, глаза себе выколола, заранее приготовленную петлю нащупала и повесилась.

Вечером Надежда пребывала в некотором возбуждении - ходила из комнаты в комнату, руки ее были в постоянном движении, глаза блестели. Отказавшись от ужина, она поднялась к себе в опочивальню.
- Аня, помоги мне переодеться и распустить косы, - голос немного сел, был слаб и еле слышен, - и можешь идти. Дальше я сама справлюсь.
Еще не покинула Аня покой, а Надежда уже проваливалась в сон.
Спустя некоторое время, глаза ее открылись и бессмысленно уставились в окно, за которым плотной пеленой висел туман и угадывалась полная луна.
- Открой мне.
Надя встала, подошла к окну и распахнула его настежь. Туман заклубился по комнате, окутывая легкую девичью фигурку.
- Ты знаешь, сегодня третья наша ночь и сегодня ты можешь стать моей. Надо только чтобы ты попробовала меня. Ты готова?
- Да, я готова.
- Тогда я первый. - Туман материализовался, приняв облик высокого темноволосого мужчины. Он улыбнулся хищной улыбкой, обнял стан девушки, легко поцеловал ее в губы, спустился к тонкой шее и впился острыми зубами в жилку.
Руки Нади сперва обхватили его плечи, теснее прижимая к себе, а потом безвольно повисли вдоль тела. Мужчина легко подхватил ее и уложил на широкую кровать. Ногтем полоснув себе по шее, он направил струйку темной, почти черной крови ей прямо в рот. Через два-три глотка Надежда всем телом потянулась навстречу этому источнику и уже сама приникла губами к ранке, жадно глотая живительную для нее жидкость.
- Да, вот так. - Подбадривал ее мужчина. - Не торопись, напьешься вдоволь. А завтра у тебя будет столько источников, сколько ты сама пожелаешь. - Он гладил ее длинные каштановые волосы, пока она не откинулась на подушку.

Уже второй год как я пытаюсь пройти посвящения в готы. Все эти два года я прохожу испытания, которые говорит мне собрание готов. Вот и на этот раз я услышал последнее мое задание, после которого я смогу стать готом.

Задание оказалось сумасшедшим, мне предстояло отрыть могилу на кладбище и переночевать в гробу, который будет в могиле. Любой поход никогда не проходил без смотрителей. Это два или три наблюдателя, которые проверяют правильность исполнения задания. Было около часу ночи, когда я в сопровождении нескольких людей шел между надгробий.
- Вот здесь! - Указал на могилу из наблюдателей.

Сняв с плеча лопату, я погрузил её на пол-штыка, земля была мягкой. Видно, недавно закопали. Так через минут сорок послышался удар по дереву. Лопата наткнулась на гроб. Немного раскидав землю, чтобы было возможно открыть гроб, я отвлекся и посмотрел наверх. Вверху виднелись лица старейшин, которые давали мне задание. Они лишь кивнули чтобы я продолжал. Гроб был большим. Откинув крышку гроба, я увидел что внутри лежал человек весь в черном. Сверху на меня одобрительно смотрели. Я знал что делать и я лег рядом с телом. Крышка гроба захлопнулась. Сверху начались доноситься разные примечания, все что-то говорили, но в общем шуме было ничего не понять.

Вдруг все затихли и отчетливо был слышен голос кого-то из старейшин. "Так прими его в рабы себе, путь служит тебе на том свете". Тут я понял что... Но не успел я додумать, как по крыше застучала земля. Я попробовал подняться и открыть крышку, но слой земли был слишком большой и не давал мне шанса на то, чтобы выбраться.

- Какая она хорошенькая! - Говорила моя сестра, глядя на мою дочь с русыми волосами и чисто голубыми глазами.
- Да хорошенькая, но зато какая хулиганка! - говорила я.
- У меня нет на неё не сил, не времени! - ворчала моя мать, когда дочка разбила её любимую вазу из Индии.

Однажды мы собрались к моей сестре. Как только мы все уселись, Лиза (дочь) начала истерить:
- Не хочу пристёгиваться! Ремень меня может удушить! - капризничала Лиза.
- Лиза, не спорь. Это для твоей же безопасности. - сказала я.
- Да пусть не пристёгивается, это её дело! - подключился к разговору Стат, мой муж.
И мы поехали. Лиза вроде бы задремала. Всё было нормально, до того, как нас хотела обогнать какой-то джип. Он либо ехал с боку, либо оставался сзади.
- Что он вытворяет? - крикнул Стас и мотнул руль в сторону.
- Мамочка! - отозвалась сонная Лиза с заднего сидения.
- Не бойся, солнышко, - я обернулась, чтобы успокоить дочь, поэтому и не увидела, что произошло.

Эта история произошла со мной 23 декабря 2011 года. Тогда мне было 14 полных лет. Так вот, гуляли мы с пацанами по улицам нашего города, построен он был на открытой территории, часы показывали 02-00. На улице была мертвая тишина. Мы шли и разговаривали, в основном о школе. Тут наше внимание привлекло пятиэтажное здание - недострой.
- А давайте сходим туда, кто последний - тот живет в школьном туалете. - Сказал Павел.
Все рванули в здание и я, тоже. Попав внутрь, мы пошли осматривать этажи, лично мне эта затея не нравилась: вдруг на наркоманов или алкашей наткнемся? Ничего интересного не было, вот только на третьем этаже мы услышали чье-то дыхание, которое доносилось из конца коридора в форме буквы "Г". Мы пошли туда и выглянули из-за угла.

Боже, от увиденного у всех волосы дыбом встали. Там сидело существо два метра ростом, кожа была бледно-синяя, из которой торчали бугры такого же цвета, правая рука торчала из лопатки, а левая из ребер. Оно повернулось, вместо глаз были черные впадины, уши заостренные, две дырки вместо носа. Тело было полностью голое и лысое. Существо держало рот так, будто это нечто было удивленно, изо рта капала слюна. Мы стояли и смотрели секунд 20, пока оно не завопило утробным, высоким гоготанием и не кинулось к нам. Мы, ругаясь матом, вперемешку с криками побежали обратно. Существо было быстрее, а я отстал от группы, поэтому, выбежав из коридора, я свернул в другую сторону и прыгнул из окна, вывихнув лодыжку.

Я иду по улице. Напеваю песенку, ну там весёлую какую-то. Чёрт, вот за что я ненавижу мой мозг. Зима, темнеет быстрее, восемь часов, у... темнота, страшно. И именно в этот момент мне вспомнилась страшная колыбельная, ну эта, из "Юленьки": Тили-тили-бум... да-да, эта! Блиииин! Бегу со скоростью света домой. Хух, добежала. Мигом включаю во всех комнатах свет, родителей нету, корпоративы, в конце концов, зашла в комп - он посреди комнаты стоит, в Симсов зашла, ВКонтакт, не, ну раз уж такая пьянка, посмотрю ужастик.
И тут на кухне стук громкий как в ужастиках, ну, страшно, не страшно, надо пойти посмотреть чё там. Захожу, а там тарелка разбилась. Как так? Ну думаю, ладно, на счастье. И тут я увидела, что окно открыто. Думаю, это судьба, надо заглянуть в окошечко.
Убрала осколки, смотрю в окошечко. Оттуда какой-то странный запах. Перед окном (мы живём на втором этаже) стоит девочка лет 6-ти и пристально смотрит на меня. Даже скорее не на меня, а сквозь меня. Она как будто поджидала меня, когда я выгляну в окно. И тут она выдавила из себя, как будто кто-то заставил её сказать это: "Привет". В это слово было вложено столько обиды, столько жалости... У меня мурашки по коже пробежали, мне стало невыносимо жалко эту девочку. Я невольно отошла от окна.
Было поздно, я легла спать, не дождавшись прихода родителей. Я не могла забыть этот "привет", я всё думала о нем, не могла забыть. И тут я услышала звук открывающегося окна, стук и медленные приближающиеся шаги. Я не дура, ужастики смотрела и, естественно, не пошла смотреть что это. Я укуталась в одеяло по голову. И тут я услышала это так громко, как будто была в наушниках:
- Поиграем в прятки! Хи-хи!
Я перепугалась и мигом скинула с себя одеяло. Через секунду я оказалась в закрытой на замок ванной.
- Ты в ванной, дурёшка, думала я тебя не найду!
Думаю всё. Не может быть. Ааааааааа, что это?!

На самой окраине небольшого поселка приютился крошечный домик. Некогда голубая краска, покрывавшая крыльцо и ставни, растрескалась и облупилась, запыленные окна покосились и весь дом выглядел заброшенным. Только тонкая струйка дыма, поднимающаяся вечерами к небесам, указывала, что в доме есть обитатели. Действительно, в домике жила вдова, 83 лет от роду. В деревне ее звали Степановной. Мужа она схоронила еще в 1945 - пришел с войны инвалидом, да через год помер. Детей они так и не прижили, вот и коротает век свой одна. Только черный кот и составляет ей компанию.
Бывает, соберется Степановна и ходит по соседям: тут посидит, чай попьет; там лясы поточит; здесь сплетни пособирает - глядишь и день прошел. Только стали люди замечать в последнее время, что после визитов старушки все в доме вкривь и вкось идет: то скотина дохнуть начинает, то домочадцы заболевают, а то и вовсе что-то непонятное творится. Но терпят, прогнать старуху не решаются, боятся - мало ли что.
Вот, как-то пришла она к Никитишне. А у той гости из города - сын с женой и 5-летней внучкой. Всплеснула Степановна руками:
- Ох ты, батюшки! Какая красота-то. Иди к бабушке, лапушка.
Маленькая белокурая Дашенька поудобнее уселась на коленях у гостьи, расправила голубенькое платьице и стала рассказывать, как им в городе живется - и про садик и про друзей и про маму с папой.
Степановна слушает, а сама коснулась указательным пальцем лба девочки и водит против часовой стрелки, приговаривая:
- Вот тут ум у нас. Кто у нас умный? Даша. Кто у нас красивый? Даша.
И прибавив несколько неразборчивых слов, отпустила девочку с колен. С тем и ушла.

В одной деревне жила девочка по имени Маша. Мать её всё время пропадала на работе, а отец был алкаш. Воспитанием девочки занимался дедушка. Он был для неё всем. Переживал с ней и радость и горе. Но вот он умер. Маша невероятно страдала. Отец начал гнобить её и унижать по всякому. Девочка хотела, чтобы любимый дедушка забрал её с собой.

В день похорон, девочка увидела, как её мать положила к дедушке в могилу наручные часы. Тут Маша и придумала, как ей попасть к дедушке. Она решила попросить его о своей смерти. Написала на клочке бумаги "Забери меня с собой" и положила в могилу.

Прошла неделя. Маша шла со своей мамой по улице. Был теплый и солнечный день. Неожиданно в глазах у девочки все потемнело, она почувствовала холод и трупный запах. Рука неестественно выгнулась. Она упала на землю. Перепуганная мать не знала, что делать. Но через несколько секунд всё прекратилось. Лишь на время прекратилось...

Такие приступы стали происходить всё чаще и чаще. Ни один врач не мог понять, в чем дело.
Тогда девочку решили поместить в психиатрическую клинику. Там с ней вновь случился этот приступ.

Одна девочка сильно захотела арбуз.
Разбив свою копилку-свинюшку, она поспешила на рынок за любимой вкусностью.

Немолодой, седовласый мужчина, кавказкой наружности, помог ей выбрать самый вкусный и сладкий "как пэрсик" арбуз килограмм на десять, а то и на все пятнадцать. Девчушка еле дотащила ягоду-переростка до дому. Намыла его зеленые бока, обтерла и положила на стол. Достала большой кухонный нож и собралась уже хорошенько покушать. Но как только она поднесла острие к полосатой кожуре, арбуз вдруг выхватил у нее нож и зарезал ее четырьмя точными ударами.

Когда же пришли родители, они увидали страшную картину.
На кухне стоял здоровенный арбуз и с аппетитом доедал их любимую доченьку!

Моё детство мне практически не запомнилось, потому что кончилось оно рано, благодаря холодной стали жестокости, которая запятнала все мои хорошие воспоминания кровью. Детство... а было ли оно вообще у меня? Родители мои развелись, когда родилась моя сестрёнка, то бишь, в мои три года. Моя мама была одиночкой, ведь у неё после трёх неудачных браков не было совершенно никакого желания заводить романы. Моя старшая сводная сестра - Рената, жила с нами и всё время командовала мной. Мне кажется, что это был единственный человек в семье, который меня люто ненавидел. Например, младшая сестра, мне кажется, наоборот, обожала меня. Эх, Мариэтта, малышка моя... да и остальные члены семью любили меня, можно сказать, больше жизни. Например, бабушка или тётя с дядей. Мне всегда доставалось всё самое лучшее - брендовая одежда, дорогие игрушки, сладости.
Несмотря на довольно взрослый возраст, я всегда оставалась ребёнком. Я не ходила не в какие секции, разве что, на танцы и свободного времени у меня было хоть отбавляй. И почти всё это время я тратила на игры с младшей сестрой и мне было как-то всё равно, что ей всего восемь лет. Просто мы понимали друг друга. Видели мир одинаково. И я не чувствовала себя взрослой. Может, только потому, что верила в чудо. И верила, что на свете нет ничего плохого.
Сказать откровенно, друзей у меня было мало. Точнее, всего одна подруга - Роксана. Я и сама понимала, почему у меня нет огромного количества друзей. Могу честно признаться - я была девочкой очень наглой и избалованной и никогда не прислушивалась к чужому мнению, делала всё так, как хочется мне. И это здорово. Здорово понимать, что ты - лучше всех, а остальные в свою очередь хуже тебя. Но так не было на самом деле. Так я думала. Так думала только я.
Ну, в общем-то, жизнь моя была просто сплошной сказкой, если бы не тот злополучный день. А начиналось всё с не предвещающего никакой беды светлого весеннего утра. Помню всё плохое так хорошо, как будто это случилось со мной вчера.