Страшилка

Жили-были Инна и Саша (мать и сын). Саша был очень хороший, прилежный, умный и послушный мальчик, но он был калекой с рождения.
Однажды Саша сказал Инне (его матери):
- Мам, можно на улицу пойти, погулять?
- Хорошо, но будь аккуратней! - Моя посуду, сказала Инна.
- Хорошо!

Когда Саша выехал на улицу, он услышал какой-то жалобный голос. Он никак не мог найти место откуда доносиется голо, но он нашёл это место возле контейнеров с мусором. Саша подъехал поближе. Оказывается, это был маленький худой раненый щеночек. Саше стало его жалко и он посадил его на колени. Когда он подъехал к двери дома, он подумал: а вдруг родители не дадут мне держать его. Но когда он вошёл в дом Инна сразу заметила щенка:
- Ты где взял этого беднягу? - С улыбкой на лице спросила мать.
- Возле мусорных контейнеров.
- Нет, так дело не пойдёт. Дай мне его, я пойду и искупаю его, а потом и полечу. Да! - Взяв на руки щенка, сказала Инна.

Все были на своих местах. Все, кроме Дианы. Придав себе свой обычный гордый вид, Елена прошла до своей парты и села, положив сумку под стол. Никто не издал ни звука, что заставило ее удивиться. Конечно, она не ожидала громких приветствий, но как-то странно, что никто не закатил глаза при виде нее и не хмыкнул ее гордым манерам, как происходило обычно. Елена подняла взгляд, чтобы посмотреть, здесь ли учитель. Учительница стояла рядом с доской, словно рассказывая что-то, но молчала. Ее взгляд был устремлён на Елену.
- Я немного опоздала, - стараясь не дрогнуть голосом, сказала Елена, - Мой отец еще не был дома, поэтому я...
Она прервалась. Учитель абсолютно не реагировала на ее слова, не сводя с нее свой полный интереса, но при этом опустошённый взгляд. Глаза учительницы были широко открыты, брови немного подняты, нижняя челюсть была чуть опущена, рот закрыт. Она не шевелилась, не моргала, казалось, она едва дышала. Этот взгляд заставил Елену поежиться внутри - не может быть так, что учитель столь сильно злится за опоздание? Или, может, она пришла не на тот урок? В надежде увидеть ребят, к, которым она случайно пришла на урок, забыв, что их будет позже, Елена посмотрела вбок.
Ее надежды не оправдались, сбоку сидела одноклассница. Ее голова была повернута прямо, на доску, но глазами она смотрела на Елену. На ее лице было то же очень заинтересованное выражение, как и на лице учителя, как и на лицах взрослых на улице.
- Что такое? - дрогнувшим голосом спросила Елена.
Но никто даже не пошевелился. Взгляды всех в классе были устремлены на нее.
- Что с вами? Это какая-то новая шутка? - едва скрывая дрожь в голосе, крикнула Елена.

Вы когда-нибудь стояли перед выбором? Ну, хотя бы, перед выбором одежды? Это трудно, не так ли? Меня ждало что-то похуже. Куча человеческих смертей или смерть близких мне людей. Нет, я люблю свою семью, свой круг. Но... я не могу убивать! Да, за мой есть грешок, но несознательно пошла на это!
В такие минуты хочется забраться под одеялко. Снова стать маленькой девочкой, чтобы не выбирать. Пускай это сделают взрослые. В принципе, думать тут не над чем было. Все давно было решено за меня, даже если бы я не согласилась. Мне придется убивать. То, чего я не должна делать, свершится. Вот и рассказывай потом про "добрых" и "плохих" ведьм. Оказывается, все мы одинаковые. Но кто-то убивает ради великого "блага", а кто-то ради собственного удовольствия.
- Когда? - холодно спросила я у Ли.
- У тебя пара часов на все. - Еще более холодно сказала она.
- Так мало?
- Этого достаточно. Но собираться нужно начать прямо сейчас.
- Хорошо.
Я уже перестало ощущать поддержку с ее стороны. Она стала холодной ко мне. Как и мама. Видимо, им нужен только "отвлекающий маневр", не больше. Знаете, хоть и была угроза всепоглощающей войны, ее результат меня не сильно заботил теперь. Если мама и Ли хотят от меня проявления моей страшной силы, они это получат. Хорошо.
Ровно через два часа Ли стучала в мою дверь.
- Я выхожу - крикнула я.
Хладнокровно смотря в зеркало, я понимала, что это конец. Ничего больше не будет. Совершенно. Мне все еще хочется под одеяло.

"Вообще, я всегда очень боялась зеркал. Да, вот такая у меня странная фобия. Из-за этой глупой одержимости, я попала в руки к своему страху. Что ж, ладно, расскажу вам свою историю..." - так начиналось сочинение Леры на уроке русской литературы.

После прочтенного, Людмила Алексеевна, конечно же, пожаловалась родителям Леры. Теперь она в обычной больнице для душевнобольных. Да, со школьной скамьи. Уже лет 6, как лежит в психушке. А вот, собственно, сама история. От лица девушки.

"Вообще, я всегда очень боялась зеркал. Да, вот такая у меня странная фобия. Из-за этой глупой одержимости, я попала в руки к своему страху. Что ж, ладно, расскажу вам свою историю...
Это случилось вечером, у меня дома. Была я одна, ведь родители уехали на полгода к сестре - она серьезно заболела. Ну, ничего. Это, даже, в какой-то степени хорошо, что они уехали. Ведь, в конце-концов, мне же не 5 лет! Я взрослая девушка, которая уже достигла совершеннолетия. Осталось только школу закончить и - вау-ля! Уже самостоятельна!..
Я попивала чаек, листала журналы и, одновременно с этим, смотрела телевизор. Красота! На улице был мороз - градусов где-то 20. Окно было закрыто, а я сидела, укутавшись в плед. По телевизору ничего интересного не было. Решив, что так будет весь вечер, я вышла из квартиры - проверить почту, т.к. не проверяла ее уже недели две.
Достав три выпуска "Российской" и очередную рекламу "Окон и дверей", я, не найдя больше ничего значимого, вернулась в дом.

Все представляют, каково это "Быть в центре внимания". Кто-то от этого устал, а кто-то стремится к этому.

Елена была не самой лучшей девочой в школе. Это мог бы сказать каждый, по крайней мере, каждый, кто осмелился бы. Нет, сама по себе она не была страшной, она не могла ни с кем расправиться физически, да что говорить, как ребенок она была достаточно красива, поэтому внешне причин бояться ее ни у кого не было. Верно, страх вызывала не угроза физической расправы, а расправы моральной для ребят и нежелание после резкого словца угодить под горячую руку отцу, которому она непременно расскажет о том, что ее кто-то обидел. Что сказать, богатенькая малышка, вся разнеженная как единственная в семье, высоко задравшая свой маленький носик. Конечно, она получала лишь лучшее в своей жизни, но, сколь банально это прозвучит, Елена не была самой счастливой. Ей не хватало самого банального в этой жизни - внимания. Лишь когда она смотрелась в зеркало, поправляя свои локоны и маленький бант, она чувствовала, что хоть кто-то внимателен к ней - она сама. Окружающие избегали ее, отец был вечно занят, была в ее жизни лишь одна девочка, которую она считала подругой, в самой глубине души надеясь, что Диана действительно дружит с ней, а не заискивает из-за того, что ее отец работает на отца Елены. Порой она боялась уронить свое лицо перед окружающими, поэтому всё равно высоко задирала нос, заставляя этим всех вокруг с тайным омерзением не подходить к ней слишком близко. Постепенно она привыкла к этому, иногда гордилась своей "обособленностью" от окружающих, часто говоря своей подруге, как ей нравится, что низшие люди не оскверняют ее величие своими пустыми разговорами.

Началась эта история с того, что примерно два года назад, в самый разгар зимы, в моем доме стали неожиданно и беспричинно появляться рои огромных черных мух и так же неожиданно исчезать. Ни строительная, ни санитарная комиссии причин такого "милого сюрприза" выявить не смогли. Дальше - больше: портились абсолютно свежие продукты, прямо в холодильнике, скисал сваренный 20 минут назад суп, хлеб покрывался плесенью через 3 часа после покупки. Перед самым Новым годом от меня ушел муж, да еще и к моей подруге. Ребенок постоянно болел, на работе начались проблемы, собственное здоровье и психическое состояние пошатнулись.

31 декабря от петарды, попавшей в наш двор, сгорел сарай со свиньями, которые кричали почти как люди, пока я пыталась открыть заклинившую дверь. Это стало последней каплей. Я отправила дочь к бабушке в другой город. Первого января было решено пойти за помощью к бабушке, славившейся в нашем небольшом городке своими мистическими способностями.

На удивление бабушка выглядела совершенно посредственно: еще не старая, а скорее пожилая, приятная и опрятная, она не вызвала у меня доверия, но только до тех пор, пока не заговорила. "Вижу порчу на тебе, Мария", - сказала моя тезка. Я была ошарашена. Далее последовала продолжительная беседа, в ходе, которой я узнала, что порча очень сильная, а навел на меня ее прежде близкий мне человек, скорее всего, женщина.

Проведя некоторые обряды, бабушка отпустила меня, дав инструкции о проведении еще двух обрядов, которые нужно осуществлять дома самостоятельно. Один был призван привести обидчика в мой дом на следующий день, другой - направить порчу против него.

Когда мне было пять лет я была любопытной, наивной девочкой. Я играла в куклы, гуляла на улице, общалась с друзьями. У меня была подруга по имени Вика, которая предложила мне спросить у родителей, откуда мы появились на свет. Я заинтересовалась и согласилась.

На следующий день мы встретились снова. Я, естественно, забыла про вопрос, а Вика рассказала мне, что её нашли в капусте. Так сказали её родители.

Когда я пришла домой, то немедленно спросила у мамы, откуда же я появилась на свет. Та, выпучила глаза и отвела меня в комнату. Посадила на диван, затем долго смотрела на меня. Ей позвонили. Это был папа. Мама отошла в другую комнату и я услышала вот такое слова: "Дорогой, может, всё-таки рассказать ей правду про появление?".

Несколько лет назад, я решила посетить старое кладбище. Могилы там еще чистенькие, ухоженные, охраняемые. Вот только, ночью никто не решается на это кладбище сходить, даже охранник, не оглядываясь, уходит с поста к полуночи.

Итак, как вы уже догадались, я пошла на это кладбище ночью. Кладбище как кладбище - ничего особенного. Я гуляла по его краю, рассматривая надгробия. Вдруг, из глубины кладбища раздался приглушенный крик. Тут я поняла, что мне здесь делать больше нечего. Я рванула со всех ног к выходу и убежала домой.

На следующую ночь, осмелев, я пошла туда снова. В этот раз я прошла вглубь кладбища. Просто пыталась найти то, что являлось причиной вчерашнего крика. Зря. Очень зря. Я подошла к заинтересовавшей меня столь красивой могиле. Опять зря. Очень очень зря. Вдруг, повеяло холодом и до меня до коснулась холодная ладонь. Я обернулась. И снова, зря. Я увидела себя. "Я" улыбаясь во весь рот и махала костлявой бледной ручкой. У "меня" было синее лицо и беззубый ротик. Я чуть не потеряла сознание, когда у "меня" отвалилась рука и вывалился правый глаз.

Артем бросил горсть земле в двухметровую яму, туда, где спала его девушка, с которой он часто проводил время. Алина для него была самым близким человеком на свете.
Его родителей постоянно не было дома, да и Тема не вписывался в их компанию. Они любили ездить в другие страны, города. Каждый год они ездили в Париж и фотографировались на фоне Эйфелевой Башни целующимися. Артему было неприятно от мысли, что родители про него забывают, поэтому он делал все, чтобы они его заметили: одевался, как клоун, убирался каждый день, а потом забил на всю эту ерунду, купил себе гитару и стал усиленно заниматься.
Не сказать, что родители не любили сына, но и любви как таковой не было. Им было хорошо вдвоем и Артем решил им не мешать.
Поэтому, когда Тема стал играть в группе, он перестал чувствовать себя одним, а когда пришла Алина и вовсе забыл про это. Им было хорошо вместе. Ему нравилось кормить ее печеньками, а ей играть для него.
Тема вспомнил, как обжег руку о противень, когда учился печь овсяное печенье. Алина тогда извинялась, как сумасшедшая, потому что считала, что в этом ее вина, ведь это он для нее готовил. Она мазала руку Артема всякими настоями, мазями, но шрам так и остался. Тема погладил белое пятно на предплечье и улыбнулся.
Он, как наивный дурак, любил эту девушку и думал, что они всегда будут вместе. Болван, совсем не рассчитывал на такой конец.
Теперь он стоял около могилы и говорил стандартные слова: "Прощай. Покойся с миром". Вся эта церемония была дурацкой и гроб выбрали дурацкий и венки тоже какие-то дурацкие. Артем засунул руки в карманы и встал рядом с Ниной Ивановной - мамой Алины. Та уже выплакала все глаза и, бледная и осунувшаяся, стояла и принимала соболезнования. Ничего, кроме "Спасибо" женщина выдавить из себя не могла.
Артем надел гитару, упакованную в чехол, на плечи и подал Нине Ивановне свежий платок.
- Спасибо, - все с тем же тоном сказала она и утерла мокрые глаза.
- Что же ты наделала Алина? - подумал Тема, - Из-за тебя плачет твоя мать, страдают родственники, а я опять остался один. Неужели ты не могла подождать каких-то жалких двенадцать часов? Мы смогли бы попрощаться, мама была бы спокойней. Дура ты, Алина. Совсем не бережешь наши чувства.

Алина очнулась от звуков противной оркестровой музыки и мирного покачивания. Открыв глаза, она увидела трясущееся небо, затянутое серыми облаками. Сколько она проспала? Кровать до сих пор покачивалась. Алина повернулась на бок и увидела деревянную спинку, обтянутую красным бархатом. Девочку словно током ударило. Она резко встала и поглядела вниз. Человек двадцать ее родственников шли, как один с белым лицом, а Алина возвышалась над ними. Девочка посмотрела сначала в одну сторону, потом в другую и громко крикнула:
- Эй. Вот же я встала. Видите, я жива. Все хорошо, прекратите! Я не хочу в гроб!
Она нащупала рукой гриф гитары, провела по железным струнам, затронула корпус и только сейчас заметила, что это гитара Темы. Кажется, они обменялись. Алина взяла инструмент и положила его на колени. Что? Девочка оглянулась и увидела бледное, как снег, лицо. Ее лицо. Она улыбалась своими бледными тонкими губами. На руках виднелись свежие царапины, голова неестественным образом поворачивалась от каждого шага носильщиков. На плечах виднелись синяки в форме пальцев. Наверно, Тема пытался ее разбудить.
Алина отвернулась от себя и спрыгнула с гроба вместе с гитарой. Девочка покачнулась и чуть не упала. Вокруг шло много людей. Ее одноклассники с цветами, дальние родственники даже те фанаты, которым она недавно жала руку. Алина надела гитару на плечо и рванула вперед, проходя насквозь людей. "Где они? Где мама, где ребята? Где?". Она бежала со всех ног, но не чувствовала усталости. Наконец, девочка добралась до ближайшего кладбища.