Страшилка

Жила-была маленькая девочка Маша, которая любила играть в прятки со своим щеночком Мусей.
Муся очень любил Машу и всегда находил девочку.
- Муся, Муся, я всегда так хорошо прячусь, а ты меня находишь. И как тебе удается? - удивлялась девочка.

И решила тогда девочка очень-очень хорошо спрятаться.
Не в своем дворе, а соседском.
- Муся закрывай глазки, считай до пяти, а я мигом спрячусь!
И побежала девочка.

Досчитал щеночек до пяти и думает: "Где же девочка?" Понюхал там, понюхал здесь и напал на след.
Спустя минуту нашел девочку - она была в соседнем дворе, спряталась в сарае.

Эмили шла позади всех. Она совсем не одобряла идею лезть в заброшенный дом, в который ее потащил Мишель, но почему-то все же решила пойти. Дом был уже не далеко. Пару минут и вот они уже стоят перед ним.

Этот заброшенный дом находился на окраине их города. Про него ходило много разных слухов, но, вряд ли, они были правдой. С виду он был не очень привлекательным: окна были выбиты, от двери осталась лишь нижняя часть, болтавшаяся на одной лишь петле, а от заплесневевших кирпичей прямо на глазах сыпались огромные куски.

- Ну и что тебе в этом доме понравилось, Мишель? - хором спросили Эмили и Ева.
- Да это же круто - залезть в заброшенный дом! Кстати, уже темнеет... Хотя, тем лучше: адреналин!
- Я тебя умоляю, Мишель, да я больше адреналина получу, если дам пинка нашей учительнице.
Ева и Эмили расхохотались.
- Ой, да заткнись ты уже! Давайте лучше за мной! - скомандовал Мишель и повел всех внутрь этого дома.

Меня зовут Джони. В свои 9 лет я был известен, как убийца. Наверно это прозвучит странно, но я садист и мазохист. Да и раньше я не был таким, каким стал сейчас. Я поделюсь с вами своей историей.
С самого рождения и до 9 лет меня воспитывала любила семья. Но после 8, меня как будто не стало. Никто не волновался обо мне, кроме моего Братика Уила. Всем было на меня наплевать. В мой день рождение пошел черный снег, тогда, я был Безответственными невнимательным, поэтому играя в прятки с Уилом, я залез в печь. Я сидел тихо, чтобы Уил меня не нашел. Я услышал как дверь захлопнулась, это могло означать то, что Уил пошел искать меня на улице. Вздохнув от облегчения, я начал приоткрывать печь, но крышка печи не поддавалась на мои толкания и способы открыть ее. Тогда я начал кричать, но никто не слышал меня. Я чувствовал сильную боль, похоже, моя кожа начинала обугливаться. Через 20 минут я услышал как пришла мама. Мама ворвалась в кухню и открыла печь. Увидев меня, она закричала и вытащила меня от туда. Она набрала телефон и позвонила в скорую помощь. Вскоре меня повезли в скорую, где я пролежал 7 дней. На 7 день мои кости, кровь, кожа, глаза, ногти - все стало черным. Теперь мои голубые глаза на фоне черных оболочек глаза выглядели устрашающими. Врачи так и не узнали что это и развели руками, рассказав нам о ожогах 4 степени.

- Ну и не ручайтесь! - В сердцах выкрикнула мать. - Главное, заставьте её забыть тот день, того урода, что убил мать на глазах у ребёнка. Она уже пугает меня. Она может встать ночью и часами смотреть в окно, а если её спросить, почему она не спит, а смотрит в окно то Диана, отвечает что тот улыбающийся незнакомец ушёл в окно и наверняка вернётся так же, как ушёл. Вчера отобрала у неё перочинный нож, которым она брила кота. А когда я начала расспрашивать - зачем она это делала, то она ответила, что она любит животных, но у неё аллергия на шерсть. Я боюсь за свою жизнь!
- Ладно, хорошо. Только подпишите документ.
Девушка подписала бумагу и завела в кабинет девчонку. Диана опасливо озиралась по сторонам, а потом испуганно посмотрела на гипнотизёра. Тот начал проделывать какие-то пасы, руками иногда говоря, что бы она всё забыла. Потом доктор попросил девочку выйти и завёл разговор с её матерью.
- У неё остались воспоминания о старой жизни, доктор?
- Нет, не остались, а если она начнёт всё вспоминать в течение двух недель, то приходите, я всё переделаю. Главное, исключите любые напоминания о той трагедии.
- Ладно. Спасибо доктор.
- И кстати, когда настанет время всё вспомнить, попросите сказать её: "Солнце - это ложь". И она всё вспомнит.
- Буду знать. Но зачем ей вспоминать всё?
- Подсознание будет пытаться вспомнить всё. Ей не стоит знать обо всём, пока её детская психика не окрепла. Да и подсознание не будет стремиться рассказать о трагедии. Но как только её психика окрепнет - подсознание станет проявлять попытки рассказать ей о той трагедии. И девчонка начнёт медленно сходить с ума. А если сказать кодовую фразу, то она всё вспомнит и подсознание перестанет мурыжить психику.
- Буду знать - Вымолвила девушка и закрыла за собой дверь.

Сейчас я лежу в больнице на плановом обследовании. Так случилось, что меня положили в конце мая и, поскольку в это время отделение немноголюдно, я в палате лежу одна.

Этой ночью мне стало скучно и я решила написать своё имя и телефон где-нибудь в укромном месте (таковы традиции, те, кто лежал ранее в больнице, поймут). Такое место нашлось на внутренней стороне дверцы шкафа. Я включила фонарик, открыла шкаф и начала писать. Буквы выходили корявыми, поскольку на дверце шкафа было несколько трещин, которые мешали писать. Внезапно я зацепилась пяткой об пол шкафа и упала. Я уже собиралась подняться, но моя рука нащупала какую-то бумажку под полом шкафа. Я развернула её и увидела, что она исписана мелким корявым почерком. Во мне загорелось любопытство и я начала читать. Она была приблизительно такого содержания:

"Сейчас я сижу в шкафу, мыслей нет, их заменяет страх... Нет, не страх, а ужас! Да, да, смертельный ужас! Всё, что я могу, так это записать всё происходящие сюда, на этот клочок бумаги, чтобы не дать кому-то кроме меня пойти туда.

У меня есть 2 сестры: старшая Надя и средняя Ирина, а я - младшая, Света. Честно сказать, я очень ненавидела Ирину, бесила уж она меня. И вот однажды нам со старшей сестрой было скучно и мы решили чем-нибудь заняться. И захотелось нам кого-нибудь вызвать. Гномик желаний не прокатил, потому что у нас даже двери и стены белого цвета, да и зеркал слишком много. Кровавая Мэри или Пиковая Дама - было жутко банально. Духи умерших - нам, как ни странно, было жалко бедных Пушкиных/Сталиных/Александров Невских и т.д. - от наших вопросов им точно плохо станет. И вспомнила Надя, что мы видели некую "Полуночную Игру" в интернете. Мы решили сыграть в неё. Нас родители хотели как раз отправить на дачу и мы решили там сыграть. Дача, к слову, была у нас двух этажная, первый этаж: кухня, гостиная и какая-то пустая комната, где стояли только стол и стул. И прохожая и с коридором, конечно же. На 2 этаже была ванная и 3 спальни.

В общем, приехали мы туда. Приготовились к ритуалу. Взяли 2 листка один подписала я, другой - Надя. Всё сделали - свечу поставили, 22 раза одновременно постучали, отрыли дверь, свечу потушили, закрыли дверь и свечку зажгли. И тут со стороны пустой комнаты мы услышали качание стула (он скрипел, когда сидя на нём качаешься). И мы с сестрой как драпанули! Начали бегать по дому, потом побежали до лестницы, зашли в самую дальнюю спальню и сидим, ни слуху, ни духу. Мы зажгли давно потухшую свечу и, немного успокоившись, отправились в приключения по нашей даче.

Даже не знаю, с чего начать. Сейчас всё кажется кошмарным сном, но недавно я, неверующий человек, истинный атеист, поверил во всё то, что считал чушью.

Ещё в детстве мне приснился сон. В то время я находился в деревне. Во сне я оказался в довольно странном месте. Сверху бил яркий свет, но глазам не было больно; спиной я ощущал холод и лёгкое чувство страха. Слева от меня находились странные существа в чёрных балахонах, лиц не было видно, если они вообще были. Справа от меня находились точно такие же существа, но в белом. С обеих сторон подошло по одному существу, они протянули свои руки. В этот момент я очнулся. Тогда я не придал значение сну. Как же я ошибся.

Прошло время. В моей жизни многое поменялось, но нельзя сказать, что всё было хорошо. Я успел натворить много глупостей. Как-то, приехав на дачу, одной ночью мне совершенно не спалось. Я начал рассматривать комнату и на глаза мне попалось что-то странное высокого роста. Поскольку на даче у нас шмотки висели где только можно, меня это не удивило. Я встал с дивана, так как сильно захотелось пить. Как же я обомлел, когда, поднявшись и сделав пару шагов, я увидел то, что я принял за одежду!

- Мам, точно нужно ехать туда? Там нет вайфая, телефон не ловит.
- Нужно-нужно. Нечего с тобой не случится...
- Ну, ладно...

Вроде, всё хорошо но... Бабушка и дедушка не такие хорошие, как кажутся.
Были такие непонятные и даже жутковаты случаи, что мурашки по коже.
Вот как было...

Лет в 11, я соскучилась быть одной в семье. Как сказать одной, одним ребёнком. Мои мама и папа понимали меня. И попросили дедушку Марка и бабушку Джейн последить пару недель за мной. Пришлось ехать к ним в загородный дом. Я всегда любила дедушку Марка за его доброту, а бабушку Джейн - за пироги. Но в один "прекрасный" день они изменились. Дедушка стал более грубым, а бабушка более странной.

Вот сегодня мальчишник, сидим с парнями отдыхаем, уже совсем скоро наша с Машенькой свадьба. Мы с ней прожили уже 4 года и наконец-то решили сыграть свадьбу. Первый раз, поэтому было решено устроить пышную: мальчишник, ресторан, лимузин, много гостей.
Часы уже пробили начало первого ночи, надо позвонить Маше и сказать, что уже будем выезжать домой и чтобы ложилась спать без меня. Выйдя из ресторана, пошли на парковку, подойдя к машине, увидел на заднем стекле нарисовали красиво грузовую машину из снега, сие чудо не хотелось стирать, оставил его так. Сели в машину, поворачиваю ключ зажигания и глухой хлопок, мы переглянулись, я попробовал завести ещё и ещё, но ничего не происходило. Друг решил вызвать такси. Но то не было машин, то не брали трубку. Впрямь кто-кто не хотел, чтобы мы ехали. Я решил попробовать ещё раз завести машину и ура! - она завелась. Мы ехали по пустым дорогом был местами гололёд, я развез друзей по домам и вот уже еду по пустому проспекту к любимой женушке. Но тут машину занесло, но, славой богу, не сильно и я продолжил движение.
Приехав домой, решил не включать свет. Зашёл в спальню и лунный свет освещал кровать. Она была пуста и застелена. Я немного испугавшись включил свет. Дальше было все ещё странней, в квартире было куча пыли, как будет то тут давно никто не жил. Хотя жена убиралась недавно.
Я звал и жену и кота, даже кот не откликнулся.
Я прошёл на кухню и увидел записку, это был почерк жёны: "Дорогой, мы уже в ресторане, мы ждём тебя".
Я, испугавшись, сел и не понимал что происходит. Позвонил жене, маме, другу, в ответ шли длинные гудки. На обратной стороне был адрес ресторана "Анабель", что меня ввело в ещё более непонимание происходящего, ведь этот ресторан тот, куда так не хотела моя жена...
Взял ключи, начал спускаться по лестнице, странно, свет горел только на 3 этаже, но до этого все было нормально, подумав на хулиганов, вышел и сел в машину.

Тело так и не нашли. Зато нашли куклу.
Фарфоровая голова торчала из земли в лесу. Левого глаза у куклы не было. Показалось, что это труп.
Но нет. Это была всего лишь кукла. Улик не было и они отправили куклу на экспертизу в качестве единственного доказательства.
Я помню как адвокат высоко поднял куклу над головой, чтобы все смогли рассмотреть её. Бедняжка, вся в оборванных лохмотьях, выглядела несчастной и потерянной. Я клянусь, что как только я заглянул в её единственный правый глаз, в нём пронеслась череда эмоций. Конечно, сейчас это звучит смешно. Но тогда я был совсем ребёнком. И вещи приобретали совсем иной смысл.
Я совсем не помню, как эта кукла вновь оказалась у меня. Ведь ещё в зале суда её вернули матери погибшей девочки.

Прошло сорок лет после той истории. Все свидетели тех событий давно уже были мертвы. Но кукла, безглазая кукла, продолжала сидеть на полке. Кукла давно перестала меня пугать своей пустой глазницей, придающей зловещее выражение ее лицу. Но если столкнуться с ней взглядом ночью - всё значительно меняется. Ночь и темнота деформируют реальность.
Я бы снова хотел стать ребёнком. Хотел бы, чтобы это чувство страха никогда не проникло в мою жизнь.
Она стала частью моих воспоминаний. Меня до сих пор терзал вопрос. Что же случилось с той девочкой? Почему она оказалась в лесу? Я могу часами сидеть и разглядывать её. Но кукла всегда смотрит на меня тем же безжизненным, неподвижным взглядом.
Её белокурые волосы и поцарапанное лицо, стали уже почти родными.