Страшилка

Меня зовут Сергей. Живу я в лесу. Однажды вечером я сидел у камина и смотрел телевизор. Было так тихо и спокойно. Вдруг позвонил телефон. Я подошел к телефону и поднял трубку. Голос произнес: «Уезжай отсюда, а то будет поздно». Я подумал что это чей-то розыгрыш и сел смотреть телевизор.

Через час после этого я услышал страшные звуки в лесу. Я взял фонарь и пошел в лес. Я шел в ту сторону, откуда доносились звуки и вдруг я увидел такое... Эта картина была ужасна. Меня чуть не стошнило! Это был волк с оторванной шеей и разорванный на части. Я побежал домой!

Войдя в дом, я увидел, на стене кровью было написано «ПОЗДНО». Я взял вещи и побежал из дома в город. До города надо было бежать 40 километров. Я бежал долго и устал, решил передохнуть. Вдруг я увидел силуэт. Из леса вышло оно и сказало: «Я тебя предупреждал». Это был не человек и не животное.

Парень с девушкой ехали по отдалённой просёлочной дороге на машине. Пока они ехали, наступила ночь, а они заблудились и оказались в лесистой местности, которая была им незнакома. Потом машина и вовсе заглохла - закончился бензин. Девушка начала пугаться и попросила парня что-нибудь сделать. Тот вышел из машины и огляделся. Они были посреди глухого леса. Он сказал ей, что ему придется идти назад к главной магистрали и привести подмогу. Он велел ей запереться в машине, пообещав, что вернется так быстро, как только сможет. Девушка видела, как ее парень уходит и исчезает во тьме ночи.

Проходили часы. Девушка сидела в машине, боясь каждой мимолетной тени и шороха. И вдруг она услышала звук удара по крыше автомобиля. «Тук, тук, тук».

Девушка была слишком напугана, чтобы выйти и разобраться, в чём дело. Она смотрела в стекла окон, но снаружи было слишком темно, чтобы увидеть хоть что-нибудь. «Тук, тук, тук».

Стук всё усиливался. Девушка заплакала от страха и отчаяния. «Тук, тук, тук».

- Да, у нас аппарат сломался, а маме давление мерить нужно. Ну... Слегла два дня назад. Ага. Ну так, восемьдесят восемь лет все-таки... У Марины? Хорошо, хорошо. Я сегодня часов в одиннадцать освобожусь, у тебя есть ее номер? Дай мне его, я запишу. СМС-кой вышлешь? Ну, прекрасно. Хорошо. Жду.
Екатерина - привлекательная, полноватая женщина лет сорока, - убрала телефон в карман и некоторое время задумчиво стояла в тамбуре. Трудно представить, сколько проблем навалилось на нее одну за последние несколько дней. Мама слегла с приходящим инсультом, Мишу (ее сына) отчисляют из института, сидеть со старухой некому. Миша не особо стремился помочь, его вообще интересовали только клубы и друзья. Он был одним из тех, кого нынче называют "мажор". Да, он обещал последить за бабушкой, но доверие к нему пропало после ряда случаев и у Екатерины было очень неспокойно на душе. А еще работа...
Женщина поправила сумку, зашла в очередной вагон и пригляделась к пассажирам. Наметанным глазом определила единственного нового и направилась к нему.
- Мужчина! Мужчина!..
Выглядел тот совершенно ужасно: весь в крови, потрепан и к тому же пьян. Часто приходилось иметь дело с такими, но Екатерину все равно напрягало подобное общение.
- Мужчина! Ваш билет...
Тот слабо поднял голову, но глаз не открывал.

- А ты?
- Я буду стрелять. Их нельзя подпускать слишком близко, потому что я должен успевать перезарядиться, но и слишком загодя палить не стоит - могу промахнуться. А патроны на вес золота.
- Им плевать на мои удары, - покачал головой я. - Они почти неуязвимы.
- Им надо раскрошить бошку, - для наглядности Митя похлопал ладонью по лбу. - Для этого я должен точно стрелять и не промахиваться. Вот и все.
- Я постараюсь помочь.
- Уж будь добр, - кивнул Митя, но тут же резко и почти зло поглядел мне в глаза. - Хотя вообще нет, не надо стараться помочь. Мы не картошку копать идем и не сарай строить. И помогаешь ты не мне, а себе. Вот так.
- Понял тебя. Не придирайся к словам.
Толстяк не ответил и снова поглядел в окно.
- Страшно, - проговорил он. - Кто же они такие...
- Знаешь, - неуверенно протянул я, - а ведь мне удалось поговорить с одним из них.
Митя удивленно вскинул брови:
- Серьезно?
- Ага.
- И что же они тебе сказали?

- Я, знаешь ли, моряк. Да! Неделя, как из Северной Зеландии - клянусь!
- Северная Зеландия?
- Ну да. Она же на двух островах, не считая мелочи. Северный Остров и, соответственно, Южный. Я был на Северном, причем в теплые месяцы - с февраля по апрель. Там знаешь, как? - он задорно глянул на меня. - О, это настоящий рай! Зелени - тьма. Как там замечательно... Как там хорошо! Горы, горы, горы - везде горы. Там ведь тоже есть Альпы, ты не знал?
Я покачал головой.
- Они находятся на Южном Острове, да так и называются - Южные Альпы. Но и на Северном тоже хватает гор. Они не высокие, но все такие красивые. Такие... - Митя замолк на несколько секунд, потупившись в пол. - Наверное, я хотел бы жить там, хоть и повидал много стран. И непременно переехал бы, но тут родня. Мамка, тетки, племяши, братья. Да и Россия опять же, окаянная, - он снова замолчал, но вскоре продолжил. - Потом мы двинули обратно, зашли в Токио... Знаешь, какие там проститутки, а?
Не сдержав улыбки, я опять отрицательно покачал головой.
- Ого, какие они там! Девчонки работают сутками, почти без отдыха, уверяю тебя! А если одна девчонка устанет, то к тебе придет другая (клянусь!) и доплачивать не надо. Небольшие такие, в коротких юбчонках и, казалось бы, куда им до наших минерв? Но, нет! Из каждого, из тебя и из меня, а понадобится - то и из нас обоих эти бестии выжмут все соки, до последней капли. Вот так!

Придя в себя, я снова пережил то неприятное чувство, когда заново знакомишься с реальностью. Я прислушался к своим ощущениям. Тишина. Ветер не дует. Я где-то в помещении. В безопасности. Мне даже удалось каким-то образом выспаться. Да, тело невыносимо ныло и болели раны; да, голова трещала и с трудом переваривала любую информацию, но общее состояние улучшилось. Утомление прошло.
Я долго лежал с закрытыми глазами, не желая окончательно просыпаться. Отчаянно хотелось перевернуться, но тогда, скорее всего, мой спутник разбудил бы меня (я чувствовал его присутствие рядом). А мне не хотелось пробуждаться.
На фоне страха и боли, на фоне пережитого ужаса мне вдруг стало грустно. Я вспомнил о своей крохотной квартирке и любимой жене. Что она делает сейчас, моя милая полнушка? Что приготовила на обед? Скорее всего, суп ("Раз в сутки, суп должен быть в желудке!") и что-нибудь еще. Волнуется ли за меня? Наверняка продумала четкую стратегию, как довести меня до крика, когда я вернусь. Она такая, хоть и не вредная. Моя милая Лида. Я, вдруг, с удивительной четкостью представил себе жену и наш дом. Окна открыты, летает пара мух, детские крики доносятся с улицы. У них в самом разгаре каникулы, радостная пора, что тут скажешь. Лида сидит за кухонным столом, опершись о него локтями и без умолку болтает по телефону с подругой, в то время, как на плите важно булькает аппетитное варево.

Следопыт из меня никакой, но теперь, при свете солнца, я безошибочно находил путь к железной дороге. Рощицы сменялись заброшенными домами, те в свою очередь пустырями и поросшими полевыми цветами оврагами. Казалось, что бег мой продолжается уже целую вечность, но радостный трепет в груди подсказывал - я совсем близко. Вот уже и поезд не спеша постукивает где-то впереди. Заслышав это, я, как мог, добавил ходу. Сил оставалось немного, а легкие скручивало в ужасных спазмах. "Я добрался... Я почти добрался..."
Солнце нещадно припекало, хотя и не достигло еще зенита. Пот заливал лицо, приходилось бежать практически вслепую. Только бы не упасть, не свалиться в траву с солнечным ударом.
Неожиданно солнце скрылось, словно услышав мои стенания. Я не сразу сообразил, в чем дело, а когда понял, было уже поздно. Когтистая лапа впилась мне в спину и жестоко повалила на землю. Над ухом раздалось клокотание, чем-то напоминающее кваканье жабы. Вскрикнув от боли, я отчаянно заколотился в траве, но, не
ощутив на себе лишнего веса, резко перевернулся.
Уродливая, омерзительная тварь парила надо мной метрах в трех, размахивая перепончатыми крыльями. Что-то вроде гигантской птицы с неуклюжим отростком вместо хвоста, на конце которого сжималась и разжималась конечность с длинными когтями. Монстр отдаленно смахивал на птеродактиля, вот только вместо черепушки с продолговатым клювом и отростком на затылке на плечах болталась обезображенная человеческая голова. "Колян, как я мог забыть про тебя? В какую дрянь ты превратился?"

Если бы джин сейчас сказал мне: "Выбирай любое умение. Какое хочешь: летать, быть невидимым, пускать из рук молнии. Какое угодно", - я бы, не задумываясь, ответил: "Проваливаться сквозь землю".
Паши не было. Его не было на полу и на печи тоже. Стараясь не дышать, я одними глазами осмотрел комнату. Может быть, это Никита утащил его в подвал?
Спрятаться Паше было больше некуда. Кроме...
- Ар-р-р-л-л!!!

Паша сзади схватил меня за горло и грудь и швырнул на пол. Я с грохотом повалился, основательно отбив локоть, и в ужасе повернулся. Все, что я увидел, это ожившее тело с кровавой кашей вместо лица, прыгнувшее на меня, как на мягкий матрац. Я заорал севшим голосом и бестолково задергался под весом монстра.
- А-х-р-л-л-л!!! Еда! Еда, еда, еда!!! - заорал Никита и с удвоенной силой стал ломиться головой в крышку подвала.
Тимур за дверью пророкотал что-то нечленораздельное и просунул в отверстие вторую руку, силясь дотянуться до засова. Все они хотели только одного - добраться до меня.
Я отпихнул было Пашу назад, но он, новым стремительным скачком, оказался сверху. Завязалась борьба. В моем сердце, во мне самом проснулась небывалая злоба. Так бывает только тогда, когда борешься за жизнь на последней капле пота. Я готов был сражаться, нести смерть, выцарапывать глаза и делать все, что угодно.

Самый страшный момент. Голова пуста после сна. Нет прошлого и будущего - ничего нет. И вот медленно, густыми, неясными струйками в нее втекают воспоминания...
Зима... Друзья... Мороз и свежесть... Алкоголь...
Почему я сижу на полу? Где я? Почему у меня в руках ружье? Куда делись пацаны?
Я медленно поворачиваю голову в сторону двери. Сколько я спал? Говорят, все сны за ночь снятся в течении нескольких минут или секунд. Этого не могло быть. Это не был сон. Это длилось вечность. Я снова пережил это - лучшие мгновения своей жизни.
Руки, ноги, голова, тело, глаза, уши. Все приходило в себя. За ощущением собственного тела вернулись и воспоминания. Некоторое время я отчаянно боролся с ними. Хотелось верить, что все произошедшее лишь сон, а все приснившееся - реальность. Но нет: я сидел на полу, сжав в руках ружье, а передо мной лежал труп
старинного друга Паши.
- О-х-х, - выдохнул я и вновь закрыл глаза.
Может быть, удастся снова заснуть и оказаться в том прекрасном зимнем вечере?..
Нет.
Я открыл глаза и мрачно огляделся. Старые мысли вернулись валом, усталость навалилась на плечи опытным борцом.
- Снова бежать...

Не так давно, в мае этого года, в моем родном городке пропадали люди. И вот что странно... Все пропавшие были несовершеннолетними, в возрасте от четырнадцати до семнадцати лет, исчезали с промежутками в две-три недели. Предполагаемого педофила тут же объявили в розыск, а подозреваемых задержали и допросили, но результата это не дало. И тут родственники одного из пропавших подростков подкинули еще одну деталь: все ребята пропали в лесу, что находился за городом. Перебрали все версии, от хищных зверей до маньяков-убийц, дошло даже про персонажей городских легенд... Вот тогда-то я и вспомнил о Тощем. Да-да, том самом, которого вы, жалкие людишки, боитесь, сами того не осознавая, и называете его дурацким транслитным именем Слендермен. После первой пропажи я подготовился к походу в лес, надеясь, что предположения мои неверны. Но после того, как исчез пятый подросток, я понял - мои худшие страхи подтвердились. И вот, памятная ночь с 31 мая на первое июня...

Я оделся в камуфляжный лесничий костюм, из дополнительного барахла с собой взял только фонарь, сознавая, что если я встречу Тощего, ни дедовский ТОЗ-34, ни незарегистрированная "Беретта" мне не шибко помогут. Выйдя во двор, я направился к машине, сел внутрь, завел двигатель и дал по газам. "Девятка" обиженно взвизгнула шинами и помчалась по направлению к лесу...

В старой заброшенной лесопосадке было непривычно тихо. Не кричали ночные птицы, не шелестели листья, не шебуршала лесная мелочь. Даже ветер не свистел в кронах деревьев. Три часа я прошлялся по лесу, и эта тишина вместе с темнотой начала давить на меня, мне разом стало неуютно. Я уже хотел возвращаться к машине, поняв, что моя теория была неверна... как вдруг услышал хруст. Это хрустнула сухая ветка под ногой... Не под моей ногой... Сзади...