Страшилка

Эта история произошла лет 15 назад, а я до сих пор с содроганием вспоминаю те события, словно это было вчера. Моя жизнь изменилась после той страшной ночи. Наверное нам - простым смертным, для осознания каких-то вещей, сначала нужно пережить что-то шокирующее, что-то, что как бы встряхнёт нас. Только после подобного мы "просыпаемся" и начинаем думать иначе, начинаем ценить то, что раньше казалось обыденным...

Мы были совсем молодые, только что окончили институт. У меня всегда было много поклонников, мужское внимание мне безумно нравилось. Однако я выбрала его - хулигана и острого на язык Димку. Любовь у нас с ним была довольно сложной. Часто ссорились, я постоянно уходила от него, но потом снова возвращалась. Дима был человеком очень резким и вспыльчивым, к тому же, женским вниманием он был сполна одарен буквально с детского сада, так что мне приходилось с ним не сладко. Завистливым подругам я не могла поплакаться в жилетку, в сложные периоды наших отношений, так как знала, что они меня не поймут и возможно, даже порадуются, что всё у нас с Димой не так гладко. Своими бедами я могла поделиться лишь с Лёшкой - моим лучшим другом детства. Я знала, что он был влюблён в меня, но скрывал это. Лёшка всегда был рядом в самые трудные моменты жизни, поддерживал во всём и всегда. Он мог бросить все дела, если мне нужна была любая его помощь. Таких друзей и за всю жизнь можно не встретить. Однако, я прекрасно понимаю, что мои отношения с Димой отравляли жизнь моего лучшего друга. Но, молодость довольно глупа и слепа, совершать ошибки ей свойственно...

Очередная ссора с Димой и он всё бросает и уезжает в другой город к своему другу. Я почти уверена, что там он быстро нашёл себе "временную замену" мне. Я в слезах и расстроенных чувствах побежала к Лёше, который, разумеется, не отвернулся от меня. Чтобы отвлечься, он позвал меня на природу с его друзьями, отдохнуть. Я согласилась.

- Хоть раз посиди дома, - сказала Ребекка, зайдя в дом с дочкой, - Надеюсь, теперь ты поняла, до чего доводит твое упрямство.
Сара села на одеяло в углу и, уткнувшись в коленки, дала волю слезам. Она слышала, как ее мать судорожно собиралась, как просила прощения у портрета отца, за то, что не уберегла сына, а затем она ушла, тихонько прикрыв дверь. Сара слышала, как снаружи перекрикиваются взрослые она слышала лай сторожевых собак и плач детей. Мужчины, а так же родители пропавших детей, ринулись в лес на поиски.
Девочка плакала тихо. Она чувствовала, как с каждой слезинкой она успокаивается, уходит в забытье. Вернувшись, Ребекка застала дочь в том же углу. Девочка так просидела весь вечер. Проведя мимоходом рукой по портрету мужа, Ребекка завернулась в одеяло, прям как маленький ребенок и заплакала. Сара поняла, что Томми не нашли.
Девочка продолжала сидеть, не шевелясь, вслушиваясь во всхлипы матери. На дворе темнело, приближалась глубокая ночь. Плач матери затих, теперь девочка сидела в полной тишине. Снаружи гулко ухал филин, слышался шелест листьев. Сара встала и, поднявшись, посмотрела на мать. В темноте она различила родные черты и, наклонившись, поцеловала маму в лоб. Сара подошла к портрету папы, она не знала, что говорить Сара никогда не вслушивалась в молитвы матери, поэтому, девочка про себя попросила Бога, чтобы папа поскорее вернулся и помог пережить им эту утрату. "Которая случилась из-за меня" - подумала с отчаяньем Сара. Пред глазами мелькал образ любимого брата, словно повинуясь какому-то порыву, Сара накинула себе на плечи куртку и, не оглядываясь, покинула родной дом.
Она стояла у самого края леса и смотрела в лесную тьму. Между стволами клубился туман, а сосновые ветки кололи ее лицо. Слез на лице Сары не было, весь ее разум был занят маленьким счастливым мальчиком, которого звали - Томми. Она чувствовала, как изнутри ее гложет страх, как неприятный холодок обволакивает ее с ног до головы и, чтобы не передумать и не показаться самой себе последней скотиной, Сара шагнула в лесную темень.

- С ума сошел, - было видно, что Лейзи, даже лень удивляться подобному бреду, - Ты просто спятил, Джордж, вот и все.
- Лейзи права, - послышались голоса. Потом неуверенный гул стих.
- Если никто не хочет, то я пойду один, - медленно проговорил Джордж, - И сделаю все, чтобы мы зажилили спокойно.
- Ты просто строишь из себя героя, - добила его Лейзи, - Все дело в этом.
- Раз не хотите, то и не надо, - Джордж побледнел, но голос его был спокойным и решительным, такие голоса редко бывают у испуганных до смерти десятилетних детей, - Я уже сказал, что пойду один, а вы, трусы, можете оставаться здесь рядом с мамочками.
В лес двинулись всей толпой. Никто не хотел казаться трусом.
Сара была против, точнее она была против того, чтобы с ними шел Томми, она буквально умоляла его остаться, но он был непреклонен. Даже сейчас стоя перед тяжелыми сосновыми ветками на краю леса и глядя во тьму между стволами, Томми не желал идти домой и казаться последним трусом.
- Я не могу! - резкий крик заставил всех вздрогнуть, - Я не могу туда идти, - у Лейзи явно начиналась истерика.
- Оставайся, - заметил Джордж, - В случае чего зови взрослых.
Но Лейзи размазывая слезы по щекам, не уходила.
- Лейзи, никто не счет тебя трусихой, тебе и вправду лучше остаться, ты позовешь на помощь, если вдруг мы пропадем надолго, - у Томми дрожали коленки, но говорил он убедительно.
Лейзи отступила обратно на дорогу.
- Идем, - шепнул всем Джордж. И вереница из девяти человек двинулась вглубь леса.

- Где мама? - плакал Томми.
- Тшш... Мама скоро придет, - Сара боялась, что всхлипы брата, привлекут это визжащее нечто к ним в комнату, - Мама придет Томми только, пожалуйста, тихо.
Но наволочка не приглушала плач брата. Дверь со скрипом приоткрылась, поняв, что натворил Том, закрыл рот рукой. Сара выглянула из-под простыни и, хоть в комнатке было темно, разглядела костлявый силуэт, на фоне открытой двери.
- Розааа, Розочкаа, - сладко гундосила соседка, - Иди ко мне доченька. Мама больно не сделает.
Спятившая соседка начала озираться.
- Ты хочешь поиграть в прятки малышка? - прошелестела тоненьким голоском бывшая мать, - Тогда ты... Здесь! - заглянула под стол.
Через секунду раздался разочарованный визг.
- Здесь нет, - прошептала она, ни к кому конкретно не обращаясь, - Где же моя малышка?
Томми всхлипнул. Соседка резко повернулась.
- Кто там под одеялом? Уж не моя ли крошка? - и вытянув вперед костлявую руку, она начала приближаться.
Сара закрыла ладонью рот брата, но тот видимо уже поняв, что их нашли, рыдал ей в руку, даже не пытаясь быть тихим. Сара это тоже понимала, но продолжала сжимать рот брата, слушая его мычания и судорожные всхлипы.
Когда рука соседки уже держала одеяло, под которым прятались дети - раздался знакомый им голос.
- Здесь нет твоей Розы, Рада.

- Что узнала уже? - спросила мать Сару, когда та вернулась домой, - Так и знала, что во дворе будут говорить об этом, вы дети, слишком любопытные и ушастые, до добра это может не довести.
- Я случайно услышала, мамочка, - начала оправдываться Сара, - Во дворе только об этом и болтали.
Вздохнув, мать, встала и направилась в угол комнаты, где на полу лежала куча тряпок и одеял.
- Ложись-ка спать, доченька, - молвила она, - Завтра поговорим.
Сара молча повиновалась. Она поняла что ни обеда, ни ужина сегодня будет и хоть на улице было еще светло - девочка чувствовала, что у нее слипаются глаза.
Сара проснулась резко сев на куче тряпья, ей показалось, что кто-то кричал.
Тут же громкий протяжный крик повторился. Кричали на улице.
- Роза! Розочка! Господи, как же так?! - причитания перешли в горестный вой.
- Сара что происходит?
Повернув голову, девочка увидела, что сонный братик испуганно таращится на входную дверь.
- Успокойся, Томми, я постараюсь узнать, - с этими словами Сара прошла на цыпочках до двери и осторожно приоткрыла ее.
Сначала девочка не могла понять, что за странное существо сидит посередине дороги, но вскоре до нее дошло...
- Тетя Рада, что случилось? - неуверенно промямлила Сара.
Услыхав детский голос, тетя Рада зашлась рыданиями.
- Моя доченька Роза! О Господи нет! - и она закричала, так что у Сары заболели уши.

Война закончилась пять лет назад, но деревня, в которой жила Сара со своей семьей так и стояла полужённая, с множеством разрушенных домов. Сама Сара жила с мамой и младшим братиком в одном маленьком деревянном доме и хотя продовольствия, денег и других потребностей им частенько не хватало - Сара, была вполне довольна жизнью. Но в один день, она изменилась, как и жизнь всех жителей этого забытого Богом местом. Сара сидела и глядела в пыльное окно, она была погружена в свои сказочные, детские мысли. Вдруг резко хлопнула дверь, обернувшись, девочка, увидела на пороге дома свою мать.
- Мамочка! - воскликнула Сара и бросилась обнимать мать.
- Тише, доченька, братика разбудишь, - прошептала мать Сары, но все же крепко обняла любимую дочь.
- Он спит около часа, - так же шепотом ответила Сара, - Я пойду на улицу, позови, когда будем обедать.
Мать внимательно посмотрела на дочь, она думала, как сказать малышке, что обеда не будет. "Как все не вовремя, задержка продовольствия, а теперь и самоубийство этого несчастного мальчика, а вдруг и мои дети не выдержат" - думала с ужасом мать. Сара заметила, что мать напугана.
- Мамочка что случилось? - осторожно поинтересовалась девочка. Вместо ответа ее мать пересекла комнату (на это потребовалось два шага) и, поцеловав портрет юноши в военной форме, начала молиться. Сара шмыгнула во двор. Она не хотела мешать маме молиться за папу. Сама девочка не знала ни одной молитвы, но каждую ночь она просила Бога, чтобы он помог папе вернуться домой.
На улице она и узнала правду.
Во дворе стояла толпа ребятишек активно что-то обсуждавших, заметив Сару, они тут же подлетели к ней.

В детстве мне казалось, что моя сестра жила на самом краю мира. Повзрослев, я перестал в этом сомневаться, правда, край мира теперь назывался немного по-другому. Моя сестра - Кэрол жила в забытой Богом деревушке, которая практически сливалась с густым и темным лесом. Кэрол была старше меня на восемь лет и в детстве, когда я приезжал к ней и к бабушке, сестра пугала меня историями про местного людоеда, рассказывая, она боялась не меньше меня, но с возрастом мы позабыли про эту древнюю байку. Последний раз я видел Кэрол, когда мне было четырнадцать, увидел вновь, когда мне исполнилось двадцать шесть, именно та поездка отложилась в наших головах на всю жизнь.
В гости к сестре я приехал на стареньком автобусе, электрички в те места не ходили. Сестра встретила меня на остановке. Мы шли к домику Кэрол, доставшейся ей после смерти бабушки, идя по самому краю леса, я впервые услышал его. Громкий нечеловеческий рев из самой чащи леса. Я подскочил и отпрыгнул подальше от леса. Кэрол, которая шла рядом, рассказывая какую-то веселую историю, мгновенно стихла и помрачнела.
- Что это за чертовщина? - воскликнул я.
Кэрол посмотрела на меня извиняющимся взглядом и сказала:
- Наверно, не стоило тебя тащить ко мне.
Разумеется, я стал требовать объяснений.
- Помнишь, когда мы были маленькими, у нас излюбленной страшилкой была байка про местного людоеда...
- Вот только не надо мне говорить, что у нас завелся психованный каннибал, - перебил я, - Зверь какой-то появился и все, ничего надумывать.

Страх... Страх, невероятный, холодный, пронизывающий... Страх, который проходит по всему телу... Страх... Страх, который сковывает движения, проникает в каждый уголок мозга... Страх... Страх, подчиняющий волю, страх, парализующий тело, страх, заставляющий душу трепетать... Это неизвестность, это ужас... это невозможность спастись и невозможность убежать...
Это тьма, которая окутывает тебя с ног до головы, которая зовет и манит тебя...

Я хочу рассказать свою историю, которую довольно долго держал в себе. Я хочу поделиться переживаниями и, надеюсь, от этого станет легче. Время пришло.
Это произошло довольно давно, когда я был еще школьником, учился в 7 классе и жил с родителями в подмосковном поселке. В этом возрасте мальчики часто стараются проверить, испытать себя, залезу ли я на это дерево, переплыву ли реку, окажусь ли сильнее в драке? И Я не был исключением.
Была зима, очень снежная, холодная, декабрь. Это был субботний вечер, я сделал все уроки, успел погулять с друзьями и уже начинало темнеть, когда я решил вернуться домой. Я шел по окраине поселка, который стоит на берегу небольшой речки и уже подходил к дому как взгляд мой упал на тропинку, уходящую в лес. Я много раз ходил по ней в дневное время и летом и зимой и она была мне хорошо знакома. Эта тропинка вела прочь от домов нашего поселка, дальше через длинный лес, к роднику, который стекал с небольшой горы в речку...
А что если... подумал я. Хватит ли у меня духу и смелости дойти до родника вечером в темноте? Я точно знал, что не встречу там ни одного человека, так как даже днем это случалось редко, родник лежал за лесом и вдалеке от какого-либо жилья людей и это придавало мне азарт и интерес.

Маленькая Стина сидела на пеньке и плакала. Она плакала тихо, уткнувшись покрасневшим носиком в коленки. Три часа криков и просьб о помощи не дали результатов и Стина не видела ничего другого как, наконец, дать волю слезам.
Лес, в котором заблудилась малышка, был очень старый и густой. Высокие вековые дубы и сосны тянулись вверх навстречу кровавому закату. Где-то в ветвях сидели птички и их звонкие голоса переговаривались друг с дружкой. В лопухах и папоротниках то и дело шуршали мышки и прочие грызуны.
Стина боялась мышей, поэтому сидела на пеньке, обхватив ноги руками и тыкая в высокую траву палкой. Девочка подняла голову, сквозь густую листву просвечивали последние лучи заходившегося солнца. Семилетней Стине предстояло провести ночь в лесу. Моля всю Высшую силу, чтобы в лесу не водились хищные звери, Стина нарвала лопухов и соорудила себе мягкую подстилку. Расположившись, девочка легла и закрыла глаза, в лесу быстро темнело. Но заснуть Стина не могла, она вздрагивала от малейшего шороха, а слезившиеся глаза щипало. Вскоре у девочки начало чесаться все тело, смахнув с него полсотни муравьев, Стина погрузилась в беспокойный сон.
Послышался тихий смех. Промычав что-то, девочка повернулась на другой бок. Смех стал громче. Открыв глаза, Стина зажмурилась от ослепительного света, перед глазами все плыло, а голова казалось, стала свинцовой. Девочка встала и осмотрелась. Ее окружали маленькие огоньки, они мелькали перед глазами с неимоверной скоростью. Стина наклонилась. Теперь она разглядела что огоньки, это маленькие человечки, которые снуя под ее ногами, рассматривали нежданную гостью.

Здесь стонут деревья,
Здесь плачут цикады.
Здесь ангельские перья,
Здесь каждому рады.
Здесь тихо, спокойно,
Сердца здесь не дышат.
Здесь мирно и ровно,
Миллионы больше не слышат...
21.09.2009

Мое имя Кирстен Анджел и в места столь отдаленные меня привело мое любопытство. Упустив часть, как я росла и карабкалась по жизни до сегодня, я поведаю своим немым читателям начало моей жизни и ее конец.

Я проживала в Лос-Анджелесе, где окончила сначала школу, а затем и институт, факультет журналистики. Моим первым самостоятельным журналистским расследованием стал проект "Море деревьев". С неделю назад я совершенно случайно набрела на ссылку "Аокигахара: стонущие деревья". Пробежав взглядом краткую заметку, уже следующим утром я стояла в аэропорту, сжимая в руке заветный билет.