Страшилка

Когда любимый человек уходит, кажется, что кошки скребутся на душе. Когда ты знаешь, что он скоро уйдет, но не можешь ничего сделать, чтобы этого не произошло, в срок, скребутся не кошки, а львы. Мраморные львы с мраморными шарами в руках воззрились на пробегающего мимо беспомощного молодого человека. Вот-вот они сойдут с места и растерзают его. И вот тогда все будет хорошо. Не будет Ани, Миши, кукол, ничего не будет, только темнота... пустота... спокойствие...
Андрей не успел добежать до кафе до того, как хлынул дождь. В Питере это не в диковинку, но все же пару минут назад ничего не обещало осадков, а тут вдруг... Парень кашлянул, еще раз обернул длинный багровый шарф вокруг шеи и накрыл голову воротом темно-синего пальто. Он бежал сломя голову по мосту, расталкивая прохожих. Ему предстояла встреча с Катей, девушкой, с которой он поступил сегодня утром не очень вежливо. Он не горел желанием увидеться с ней еще раз, но все же бежал, бежал, бежал...
Он прибыл в пункт назначения вовремя, вошел в зал и, увидев знакомое лицо, сел за столик в самом дальнем углу. Катя смотрела прямо, сквозь Андрея, скрестив руки на груди и презрительно поджав губы. Взгляд парня начал невольно опускаться все ниже и ниже и вот он «нащупал» старое доброе декольте Кати и впился глазами в светлую кожу приятных взору округлостей.

- Спектакль? - удивленно спросила я.
- Ты о чем? - спросил Сережа. Он явно осмелел когда Ворон ушел.
- Ну помните он сказал, чтобы спектакль назначили на вторник. И еще он сказал что-то про два дня... Стоп! На рыбалку мы ходили в чт. Да? - спросила я.
- Да. - хором ответили Сережа и Саша.
- Два дня. Если не считать сегодняшний день, то сегодня... суббота! - воскликнула я.
- Как такое может быть? Мы бы все уже давно помирали от голода! - воскликнул Саша.
Я подняла скованные руки (ах, да забыла сказать, что руки и ноги у нас были связаны) и осмотрела их. На вене был след от укола.
"Умно, умно", - подумала я. Организм питается через кровь. И получает только то, что ему нужно. И ничего лишнего.

Марку холодно, его бьет крупная дрожь. Он стоит в одном лишь нижнем белье посреди утреннего леса, а вокруг мужчины клубится туман. Он не помнит, как очутился здесь, но точно знает, что случайностью это назвать никак нельзя. Он понимает, что надо идти вперед и только вперед. И Марк подчиняется чувству. Но уже через несколько минут идти становится куда труднее - туман обхватывает его ноги и, вопреки всем законам физики, будто бы тащит назад. С огромным усилием мужчина, наклонив голову, продолжает идти. Легкий ветер проносится над ним, взъерошив волосы, после чего, опять-таки, против всех законов природы, явственно ныряет в них, и туман нехотя отступает, освободив ноги и перестав казаться рабскими кандалами.

Женский голос, раздавшийся сзади, заставил его остановиться.
Обернувшись, Марк остолбенел. Ведь он увидел кое-кого очень знакомого.
- Мама? - еле слышно прошептал он.

"Ворон!" - с ужасом подумала я. Надежда была. Маленькая, в ней едва ютилось тепло. Но после того как я увидела своего "палача" она исчезла. Растворилась в страхе и ужасе. Ворон. Черный как чернила. С белоснежной кожей и тонкой, жуткой ухмылкой. Его боялись все. Старики, дети, взрослые. Это был хладнокровный, жестокий убийца, отправивший на тот свет немало детских душ. Убивал исключительно детей. Жуткими, изощренными способами. Помните я перечисляла способы отправки наших душ на тот свет? Так вот, к ним прибавилось ещё пару сотен способов. С фантазией у Ворона проблем не было. Прозвали его так потому, что он всегда одевался в чёрный пиджак, такие же штаны и в белоснежную рубашку. Одежда цвета вороньего крыла, тонкий клювоподобный нос, голос, который сравнивают с криком ворона на могиле, ручной ворон на шухере, предвещающий опасность громким криком. Во многих деревнях ворона считали вестником смерти и болезни. Думаю вы поняли почему он называет себя Вороном.

Молодой парень занёс руку для удара над девушкой, что на вид младше его, раздалась звонкая пощёчина и девушка отлетела в сторону, придерживаясь за поаллевшую щёку, по лицу текли слёзы.
- Ненавижу... - процедила она сквозь зубы, зло смотря на своего любовника. Детское личико, с большими черными глазами глядела на все это, держа в руках маленького зайца, дрожа от страха. После чего быстро убежала в свою комнату.

Ссора долго длилась между двумя людьми, но все закончилось звуком выстрела, который услышала маленькая девочка. Быстро вскочив, девочка побежала увидеть, что же случилось. Через дверной проём она увидела ужасающую картинку. Её мать стояла и злобно улыбалась, держа в руках пистолет, а рядом с ней был люк, что был открыт нараспашку. Не трудно догадаться, скорее всего она притаила оружие у себя.

Из них лишь юнга - худощавый рыжий паренек лет 14-16, смотрел на меня с сочувствием.
В глазах остальных было злорадство. С меня стянули пальто. "Чтоб не сбежала" - подумала я.
Вдруг на меня снизошло озарение. Я поняла: эти люди мертвы. Все. Я не знаю, как я догадалась. Я просто это поняла. А еще я поняла, что если пробуду тут еще чуть-чуть, то тоже стану такой. У меня подкосились ноги, и я упала на колени.
- Прошу вас! - закричала я изо всех сил - У меня мама, папа! А как же друзья? - тут у меня началась истерика - Я... не... хочу... умирать! Мне... рано! Мама этого не переживет! Я знаю, у вас ведь тоже были семьи! А я ничего плохого не сделала! Я ни с кем ни попрощалась.
Мужчина в фуражке присел и посмотрел на меня. В его льдистых, холодных глазах промелькнуло что-то, похожее на сочувствие.
- Я понимаю, Настя. Ты права. У нас у всех были семьи. Были. Мамы, папы, друзья, братья или сестры. Ради них нас никто не пощадил. И тебя не пощадят. Никто не хотел умирать. Но все умерли. Не надо делать что-то плохое, чтобы умереть. Наоборот, все добрые, благородные и отзывчивые умирают первыми, а подонки остаются жить. Почему тебя пощадят, а нас нет? Анюта!

Дверь на крышу была открыта нараспашку, алая кровь стекала по ступенькам, смешиваясь с дождём, что капал на землю уже второй день, образуя лужи. С пистолетом в руках находилась юная особа, смотря на труп своей жертвы. Очередной жертвы.
- Задание выполнено. - холодным голосом сказала девушка, брезгливо смотря на свою жертву, что лежала в неестественной позе, смотря мертвыми карими глазами на небо.

Дождь стекал по русым волосам девушки, которые были запачканы в алой крови, ведь это далеко не один человек, которого она убила на этой территории. Сама она стояла на крыше, ближе всего к небу, на сотом этаже.

Кровь потихоньку текла к краю крыши, после чего падая на землю, где люди торопливо бежали домой. Бегло пробежавшись взглядом по трупу, девушка поспешила покинуть здание. Прыгая на такую же многоэтажку рядом. В сумке, которую она приобрела, находился важный документ, который нужен был заказчику.

До этого у меня была обычная жизнь: Любимые родители, бабушка и дедушка, брат и маленькая сестрёнка, дружный класс, много друзей, хорошие учителя... Мой папа работает шеф - поваром элитного ресторана. Посреди учебного года (4 класс) папу перевели из Питера в Москву. Я скучала по дому, по друзьям, учителям, любимому классу...

Новый класс меня не совсем радостно встретил. В классе были три девочки-лидерши: Таня - маленькая "ведьма", управляющая классом. Просто отвратительная девочка с ужасным характером, Диана - настоящая шестёрка Тани, во всём поддакивающая им, Соня - подруга Тани и Дианы, вторая шестёрка Тани с характером Дианы. Эта троица стала для меня главной проблемой в классе... Я вела небольшой дневник, в котором записывала всё, что происходит со мной. Вот мои записи.

Повсюду валялись кости разных животных, но больше всех было человеческих, мы со страхом в душе зашли в пещеру, запах был ужасный, как будто что-то гниёт.

Я сказал двоим остаться на улице сторожить, мы, дрожа со страха, заходили всё дальше и дальше мне казалось, что у этой пещеры не было конца, она была огромная, я каждую секунду смотрел во все стороны боясь, что они могут напасть на нас из подтишка, времени до заката у нас оставалось очень мало мы должны были закончить дело пока они спят, я прислушивался к каждому шороху к каждой мелочи я слышал как капля воды падает с верхней части потолка, как будто у меня от страха открылось шестое чувство, но я таил злобу на них за убитого напарника и все из-за меня, я должен убить их всех, нет, я обязан.

И вот шаг в неизвестность и... Андрей налетел на складной стол, похожие можно увидеть на рынке, на них торговки раскладывают товар. Он легко опрокинулся и упал на пол, Андрей чудом удержался на ногах, а тот, кто сидел за столом с истошными криками отскочил вглубь подвала. Минуту спустя после трагедии щелкнул выключатель, и комнату озарил свет, исходящий от пыльной лампочки, подвешенной к потолку на хлипком проводе. Взору парня предстала маленькая комнатка с разным ненужным барахлом, которое часто жильцы домов оставляют в подобных подвалах. Старый велосипед со странным рулем и спущенными шинами, доисторические шкафы, скрипящие сломанными дверцами, ржавые металлические кровати, ободранные кресла и т.д. Взгляд Андрея упал на грязную штору, скрывающую от глаз приходящих правый угол помещения. Там, освещенные лампочкой, копошились какие-то тени. И все же парень решил взглянуть на человека, которому помешал. Это была старуха лет 85-ти в нелепом старомодном розовом платье с рисунком из голубых цветочков, с заплетенными в две косички седыми волосами и в детском розовом берете. Ее костлявые ноги были обуты в огромные мужские ботинки на шнуровке, на плечах свисала, как тряпка, черная кофта, поеденная молью. В руках она держала фарфоровую куклу, так похожую на Аню. Перепрыгнув через поверженный им стол, Андрей подбежал к старухе и выхватил у нее игрушку.