Страшилка

На этой неделе мне нужно было посетить мою Бабулю. Ее состояние здоровья за последнее время намного ухудшилось, поэтому я поехала к ее большому особняку, который располагался на окраине города. Ее дом был настолько большим, что в детстве представлялся мне целым замком. Бесчисленные коридоры, в которые мало попадало света, тянулись из комнаты в комнату. Несмотря на то, что я уже не ребенок, мне все равно было страшно находиться в бабушкином особняке.

Дорога к ее дому проходила через лес. Он казался настолько мрачным, что мне стало немного не по себе. К тому же, обволакивающий туман дополнял атмосферу обреченности.

На пороге особняка меня встретила Бабуля в ее больших очках. Она выглядела очень забавно и ее глаза казались очень большими в них.
- Милая, не забудь закрыть дверь, - предупредила меня бабуля, - в наши дни очень опасно находиться вдали от города.

Когда нибудь вам хотелось умереть? Когда нибудь было настолько худо, что хотелось лечь на рельсы, чтобы быстрый поезд прикончил вас, закончив ваши страдания? Наверное, такое было у всех. Такое было и у меня. И знаете что? Жизнь прекрасна. Это лишь слова, когда смерть зажмёт вас в тиски, вам захочется жить. Захочется. Мне хочется. Мне хочется жить. Жить...
Я женился рано. Мне было всего девятнадцать лет. Моя жена была прекрасна. Марго была младше меня на год. У неё была самая тонкая талия во всём нашем городке. Прекрасный бюст, бёдра, красивые длинные ноги. Тёмно-русые кудрявые волосы струились по её шее, плечам. Зелёные глаза пронизывали насквозь. Я и сам удивился, когда стервозная Марго позвала меня на танец. Потом я проводил её до дома и она поцеловала меня. Да, после дня знакомства!
Всё было быстрым, как в водовороте. Она не стояла на месте.
Через год мы поженились.
Марго никогда не была примерной женой. Она была прекрасна, но внутри неё жил настоящий демон. Она могла закатить истерику с пустого места, из-за того что я просто посмотрел на кого-нибудь на улице, хотя сама могла гулять с другими парнями до самого утра, несмотря на замужество со мной.

Хромающий, избитый мужчина бежит по коридору заброшенной больницы. Ну, как бежит? Это больше похоже на разминочный бег, чем на именно бегство. Этот серо-голубой лабиринт из плитки никогда не закончиться. Есть только один вариант. Окно. Лучше сдохнуть быстро и безболезненно, чем страдать в руках маньяка...
За мужчиной медленно шел черный силуэт. В тусклом освещении, лишь его злобные фиолетовые глаза были нормальным источником света, пускай и смертельным.
Мужчина начал плестись быстрее и сиганул прямо в окно... Он выжил... Это плохо... Он уже собирается прыгать, прямо на него. И он это делает...
Ноги резко касаясь его живота, давят все внутренние органы, из-за чего всю голову покрыло блевотной массой, кровью и ошметками органов...

Полицейский отряд штата Небраска без понятия, что происходит. Ни улик, ни следов... Только кошмарный труп и несколько выцарапанных надписей. Такие преступления уже случались в 5 разных штатов, но самыми жестокими по праву считаются так называемые дела "Кровавое серебро Канзаса" и "Станция маньяка из Оклахомы".

Тени прошлого
То утро принесло с собой много нового. Во-первых, из лагеря вернулись ребята и воспитатели. Хромой не думал, что их будет так много, и сначала даже испугался, поместятся ли они все. Во-вторых, Цербер разрешил Арши перебраться в отдельный домик.
– Только найди, с кем будешь жить. Вас должно быть хотя бы четверо.
Четверо их было. Бесы, сама Арши и Хромой. Поэтому весь вечер они готовились к переезду. В восемнадцатом домике на приготовления троих сожителей смотрели косо. Иногда спрашивали:
– Куда это вы собрались?
Тогда Хромой и Бесы гордо поднимали головы и таинственно отвечали:
– Узнаете.
А утром, вместе с вернувшимися, они занесли вещи в домик №3 на улице старших. Арши была уже там, вместе с тряпками, вёдрами с водой, шваброй, старым радиоприёмником, внушительной стопкой газет, кистями и банками с краской.

Жди меня, брат. Я приду сквозь грёзы.
Я приду сквозь самые злые дожди.
Я приду сквозь самые горькие слёзы.
Я приду к тебе, брат. Ты, главное, жди.
Арши

– Ты какой-то хмурый, – Лис догоняет Мёда на полпути к дыре в заборе. К той, которая во дворе, а не в саду. – Даже для себя. Что случилось?
Мёд косится на друга:
– Да всё то же самое.
Лис кивает. Он в принципе и не ждал откровенности.
– В Лабиринте опять неладно, слыхал?
– А когда там было ладно? – уточняет Медовар, перекладывая руки из карманов джинсов в карман толстовки.

«Для детей я был построен,
Что живут в огромном доме,
Чтоб они во мне играли
И ни слёз, ни бед не знали».
Написано всё той же чёрной ручкой. Без шифра. Я иду вдоль домиков старших, перебирая в голове возможные варианты. Спортивная площадка? Двор? Просто улица? Первым решаю проверить двор, доверившись форме мужского рода в первой строчке.
И оказываюсь прав. Очередной конвертик обнаруживается приклеенным к нижней части сидушки качелей. Продолжения рассказа в конверте нет, но есть листочек с рисунками и подписями. Стрелочками, солнышками, лунами и какими-то закорючками. Намёк понят. Будем идти по знакам.
Первый я вижу, развернувшись на 180 градусов, нарисованный маркером на перилах горки. Пустой круг. Обозначение Площади. Придя туда, не нахожу ничего, кроме палочек, сложенных в стрелку. Иду в заданном направлении и сворачиваю за новой стрелкой на стене домика. Спортивная площадка? Ну ладно. К волейбольной сетке, которую после выпуска вообще-то сняли, а не оставили висеть там, где нахожу её сейчас я, примотан листочек. Одно-единственное слово: «Помнишь...» И символ ворот на обратной стороне. Значит, к въезду в Приют.

Тени прошлого

Оказалось, что ровно, без проплешин, стриженые волосы способны придать человеку божеский вид, а девочка в солнечных очках может помочь обожжённому мальчику справиться с накатившим чувством одиночества. Она заставила его отвлечься от жалости к себе, показала много интересных мест, где можно подолгу сидеть и болтать обо всём подряд. Старый чердак Особняка, его крыша, подвал, берег речки. Они стали встречаться там каждый день, уходили после завтрака, набрав хлеба с сыром или яиц и чего-нибудь попить, а возвращались перед ужином.
Днём они шатались по Приюту и его окрестностям, а вечером и ночью не обращали внимания на насмешки соседей по комнате. Хромой не обращал. Его спрашивали:
– Где это тебя носит целыми днями?
– Бегаешь с собаками за забором?
– Решил, что эти мешки с блохами лучше людей?

Арши

Услышав тихий скрип двери,
Ты не иди за мной по следу.
Я ухожу. Ты не зови,
Но помни – я вернусь к обеду.
Арши

Серые стены, обрушивающие свои яркие послания на каждого проходящего мимо. Холодный каменный пол, лишь чудом не замораживающий босые ноги. Коридоры, способные увести тебя в такие места, о которых рассказывают сказки. В основном страшные, но это не важно. Двери, скрывающие от посторонних глаз доверенные им тайны. Не всех эти двери останавливают, но лучше так, чем если бы их не было совсем.

- Брайн!! Брайн!! - кричал Дэйв, только что забежавший в лес...
Но друга он там не нашел. Дэйв продолжал звать Брайна. За ним забежала Кейт.
- Дэйв? Где Брайн?! - спросила она
Дэйв, будто не заметив ее, пошел вглубь леса. Он брел в его чащу и звал Брайна. Он вышел на пустую поляну. Парень стал крутиться как карусель, продолжая звать Брайна.
Кейт смогла догнать нашего обезумевшего героя, который уже перестал крутиться и смотрел в лес.
- Что с тобой, Дэйв?! - спросила девушка
- Там... - сказал Дэйв, продолжая смотреть в лес
Он начал шагать в сторону куда он смотрел. Подойдя к самому ближнему дереву, Кейт и Дэйв смогли наблюдать помятый лист А5 в линейку, приклеенный к дереву скотчем.
Дэйв сорвал лист и разглядев его хорошенько, он воскликнул:
- Этого... Не может быть!!
На листе было написано "Помоги мне!" и три черточки снизу, перечеркивающие маленькое имя: "Дэйв..."

Случай с Мишей и Лизой каким-то образом замяли, да и голова Андрея была забита другим. Срок поджимал, Аня вскоре могла умереть, хотя собрана была всего лишь половина суммы. Парень устроился на вторую работу, очень уставал, но все равно стоял на своем и не рассказывал о последствиях обряда Мише. Вскоре из-за недосыпания и загруженности у него начались галлюцинации.
Приходя с работы и поднимаясь по лестнице на родной пятый этаж, Андрей неоднократно замечал в подъезде Аню, одетую в черный пуховик, серую шапку с шарфом такого же цвета, светло-голубые джинсы с огромными дырками на коленях и темно-синие ботинки. В первую их встречу парень очень удивился, это было не похоже на девушку, обычно она одевалась более женственно.
- Что ты здесь делаешь? – Андрей, поеживаясь после салок с ледяным ветром, подошел к ней, но она шарахнулась от него и выбежала на улицу.
Поднявшись и зайдя в квартиру, Андрей обнаружил, что Аня, закутавшись в плед, дремлет на диване.
Он считал, что это проделки старухи. Он несколько раз подходил к двери подвала, но та была заперта.
«Ведьма взяла себе заслуженный отпуск» - рассеянно усмехался парень по этому поводу и, потупив взгляд, медленно брел по лестнице.