Cognoscitis valorem

Дома я первым делом (после того, как переоделся, разумеется), задвинул шторы, включил свет, достал "Cognoscitis valorem", устроился на своем любимом кресле. Прежде чем открыть книгу, я по привычке прощупал обложку, погладил ее - надо же, на ощупь как настоящая кожа! - принюхался к запаху недавно купленной книги... Он отличался от обычного. Если обычно недавно купленные книги пахли новой бумагой и чернилами, то эта пахла так, как у нас в школьных мастерских. Странно. Подумав, что это очередной стилистический ход, я открыл первую страницу.
Мама родная!
С первой страницы на меня смотрело мужское лицо, умело нарисованное черными чернилами. Даже создавалось впечатление, что это просто черно-белая фотография. У лица не было волос, глаз в глазницах, ушных раковин и носа - они были отрезаны. Лицо исказилось в гримасе невероятной злобы, отчаяния и ненависти. Казалось, что оно стремиться вырваться со страниц книги. Я прямо почувствовал, как тяжело этому бедняге.
Подумав, что это всего лишь иллюстрация, я перелистнул страницу, но там тоже было нарисовано-сфотографировано лицо. На этот раз женское, но так же без волос, глаз, носа и ушей. И с такой же смесью нечеловеческой злобы, отчаяния и ненависти. От страницы даже, кажется, доносилось шипение.
С целью эксперимента я полистал "Cognoscitis valorem" еще, но на каждой странице книги были эти перекошенные обезображенные лица: мужские, женские, детские, лица стариков, подростков... Всякий раз, когда я открывал страницу и видел эти лица, я вздрагивал - до того сильно на них выражались чувства ненависти, злобы и отчаяния. В книге было пятьсот страниц: на четыреста девяносто девяти присутствовали лица, а на последней снова была эта надпись: "Cognoscitis valorem".
"Мда, приобрел, блин, книжечку" - с этой мыслью я закрыл черную книгу, поставил ее на свободное место на полке и ушел по своим делам.

Сегодня мне спалось плохо, снились те лица из книги. На следующий день я вышел на свою работу (я обычный офисный планктон, устроился куда смог), но когда пришел... У всех в офисе лица были точно такими же, как и в "Cognoscitis valorem" - волос нет, глазах в глазницах нет, носы отрезаны, ушные раковины тоже отрезаны, а сами лица выражают те же чувства, как и рисунки.

- Ребята, что с вами случилось? - дрожащим голосом поинтересовался я.
- Да все нормально, Максим, - ответил мой хороший знакомый Семен, повернув лицо в мою сторону. Я вздрогнул, - А чего ты дрожишь, будто привидение увидел?
- Ваши лица... С вами точно все в порядке?
- Да все отлично, что у нас с лицами-то?
- Ваши уши, глаза, носы... их нет!
- Максим, да брось ты придуриваться. Вот мои глаза, - Семен ткнул пальцем себе в пустую глазницу и поводил там, - Вот нос, - Семен почесал кусок оголенной плоти, - И уши, - провел ладонью по сияющей дыре на месте правого уха.
- Да ему плохо совсем, - внезапно произнесла изуродованная Лика, - Максим, ты иди домой, отоспись, мы перед боссом тебя отмажем.
Я не желал оставаться среди обезображенных коллег, поэтому поблагодарил за помощь, ушел из офиса и отправился домой.
Господи! У ВСЕХ людей на улице лица точно такие же, как и в книге! У каждого прохожего нет глаз, лицо каждого прохожего выражает сильную ненависть и злобу. У каждого! У женщин, у маленьких детей! Все! Все изуродованы! Я ускорил темп - эти лица внушали мне самый настоящий, животный, неконтролируемый страх!

Вернувшись домой я запер дверь на три замка, задернул шторы и решил успокоиться, посмотрев телевизор. Моим надеждам не суждено было сбыться - и у людей в телевизоре лица были изуродованы. Господи, да что же это такое?!
Все началось после того, как я прочитал "Cognoscitis valorem" Мортимера Инсаниама. Надо бы посмотреть в интернете, что это за писатель такой и что это за книга. Запустив браузер, я, опасаясь смотреть на фотографии людей, начал поиск. К моему удивлению я не нашел Мортимера Инсаниама в интернете, ответов на мой запрос не дал ни Яндекс, ни Гугл. Набрал название книги - тоже нет результата. Первая ссылка, правда, привела меня к переводу данной фразы.
"Cognoscitis valorem" переводится с латыни как "Познай смысл".
Поразившись внезапной догадкой, я попытался перевести имя и фамилию автора". Mortus" на латыни означает "Смерть", а "Insaniam" - "Сумасшествие"

С этого дня я не мог спокойно смотреть на лица людей - все они казались мне обезображенными и яростными. Постепенно я стал избегать общения с людьми, а в конец уединился в заброшенном здании, в, которое не заходят даже всякие подростки, готы и наркоманы. Выходить из своего укрытия я стал только по ночам, а пропитание добывал воруя или роясь в мусорках, лишь бы не видеть людей, ставших такими ужасными.
Разумеется, от властей не ускользнул тот факт, что в заброшенном здании обитает какой-то псих, всячески избегающий людей. В мое укрытие послали наряд ОМОНа, меня схватили и привели в участок, где изуродованные пытались меня допросить, но от страха перед ними я не смог произнести ни слова. Меня признали невменяемым и упрятали в психушку. Только там, в темной комнате без окон, мягкими стенами, я почувствовал себя хорошо - сюда люди точно не зайдут.
В своей палате я потерял счет времени, но спустя некоторое его количество мне в палату санитары принесли что-то, завернутое в упаковочную бумагу, попросили раскрыть и ушли. Я разорвал упаковку и увидел ту самую книгу, из-за которой я сюда и попал. Любопытство побудило меня полистать книгу. Ничего не изменилось - те же обезображенные лица. Но заглянув на последнюю страницу я увидел... свое лицо, тоже изуродованное, тоже выражающее злобу, отчаяние и ненависть - даже сильнее, чем остальные лица.
Внезапно я почувствовал, что сердце начинает пропускать удары. Кислорода стало не хватать, зрение ослабло, а сам я, потеряв силы, рухнул на пол палаты. Сердце билось все реже, сил оставалось все меньше, а в глазах все покрыло черной дымкой. Я не испугался смерти - она избавит меня от страха перед изуродованными лицами. Перед тем, как тьма полностью поглотила мое зрение, я увидел, что книга покрылась кровью, раздалось громкое шипение, а после "Cognoscitis valorem" испарилась из палаты.