Отражение
Ветер. Нежный ветер треплет его белокурые волосы. Луна освещает лицо и её блики отражаются в его голубых глазах. Он так красив... Ох, что-то я забылась. Вы наверное не понимаете о ком я говорю и кто я сама. Сейчас мы сидим на холме возле озера. Ночь. Я - герцогиня Лобренджина-Антуанетта Люксез, обладательница последней магии на Земле. Он - граф Эдвард Ландонский, последний оборотень в нашем мире. А началось всё ещё несколько месяцев назад...
- Лобренджина! Скоро подъедет твой экипаж! - голос моей мамы раздался снизу.
Я не была рада своей поездке. Мне предстояло пробыть целую неделю в поместье графов Ландонских, чему я противилась. Но всё было решено. Я уже давно собрала вещи. В честь моего прибытия там даже устраивали бал, но это уже слишком. Я спустилась, попрощалась с матушкой и вышла на улицу. Было пасмурно, поэтому я побыстрее села в карету и откинулась на бархатные подушки.
Проснулась я когда экипаж подъехал к воротам. Мне снился сон без сновидений, поэтому я не придала своему необычному ощущению в душе значения. На пороге меня встретила красивая девушка в фиолетовом платье. Мы поприветствовали друг друга и Жанна (так её звали) повела меня в одну из-зал. Проходя по коридору я заметила, что нигде нет ни одного зеркала. В зале стоял рояль, только светлый и сидела женщина в бордовом платье и чёрных перчатках.
- Лобренджина! Скоро подъедет твой экипаж! - голос моей мамы раздался снизу.
Я не была рада своей поездке. Мне предстояло пробыть целую неделю в поместье графов Ландонских, чему я противилась. Но всё было решено. Я уже давно собрала вещи. В честь моего прибытия там даже устраивали бал, но это уже слишком. Я спустилась, попрощалась с матушкой и вышла на улицу. Было пасмурно, поэтому я побыстрее села в карету и откинулась на бархатные подушки.
Проснулась я когда экипаж подъехал к воротам. Мне снился сон без сновидений, поэтому я не придала своему необычному ощущению в душе значения. На пороге меня встретила красивая девушка в фиолетовом платье. Мы поприветствовали друг друга и Жанна (так её звали) повела меня в одну из-зал. Проходя по коридору я заметила, что нигде нет ни одного зеркала. В зале стоял рояль, только светлый и сидела женщина в бордовом платье и чёрных перчатках.
- Мисс Лобренджина- Антуанетта? Я рада видеть Вас здесь.
Женщиной была мать Эдварда, которого я никогда не видела в живую.
- Это честь для меня, - я сделала реверанс.
- Что ж, сыграйте нам, миледи, пока мой сын не пришёл с охоты.
Мне пришлось подчинится, хоть играть я не любила. Я села на табуреточку, прикоснулась пальцами до холодных клавиш и начала играть. Я играла, не останавливаясь и не слыша шёпота Жанны и миссис Дейны. Только закончив играть, я заметила, что в углу стоит новая фигура. Эдвард.
- На второй ноте нужно играть до-фа, а не до-соль, - сказал он, после небольших, явно не восторженных аплодисментов.
Я фыркнула и встала:
- На обед я не приду, спасибо. Я не голодна.
На обед я не пришла. Весь день я просидела в свои аппартаментах, обдумывая сегодняшние действия. В глазах Эдварда я заметила странный блеск.
Приближалось время бала. Я надела светло-голубое платье, не особо украшенное, белые туфли и распустила свои длинные волосы, украсив их диадемой из топазов и жемчуга. В зал я вошла с толпой щебечущих дам. Бал ничем не отличался от других: закуски, оркестр, обязательные танцы, пустая болтовня. Аж душно становится. Поэтому, незаметно выскользнув на балкон с лестницами, ведущими в сад, я отдышалась.
- Устала? - спросил Эдвард из-за моей спины. Я даже не услышала его шагов.
- Совсем нет, - обернулась я и заглянула ему в глаза. Он отошёл.
- Прогуляемся?
- Не откажусь.
Мы спустились вниз и пошли по выложенной серым камнем дорожке. Молча. Он разглядывал знакомые ему кусты, я внимательно следила за ним. Когда мы дошли до озера и присели у воды, я ополоснула лицо прохладной водой и посмотрела на Эдварда. А потом на его отражение. На озёрной глади ясно проглядывался образ белоснежного единорога. Я мотнула головой. Нет, в озере отражался единорог! Краем глаза я заметила ухмылку на лице Эда (мысленно я называла его так). Он встал и протянул мне руку. И тут послышался крик испуганных птиц. Целая стая вспорхнула в ночное небо и стала медленно приближаться к нам.
Я встала. Вороны окружили нас плотным кольцом и закружились оглушительным вихрем хлопанья крыльев и караканья. Эдвард как-то странно и очень ярко засветился светло-голубоватым светом, от которого птицы скрылись в высоких кронах бука, а Эд стал единорогом, таким же, которого я видела в отражении озера. Сама того не понимая, я вскочила на его спину. Эдвард понёсся во тьму сада, а на полянку высыпали люди, привлечённые светом и шумом. А мы скакали уже далеко-далеко, по просторной степи. За нами гналось странное существо, смердящее и отдающее в спину жуткий, загробный холод. Из его кровавой пасти вырывался сдавленный рык, глаза сверкали яростью, а само оно было цвета темнее самого тёмного мрака. Я тряслась от страха, Эдвард задыхался. Чудовище гнало нас до ближайшей деревни в 60 милях от поместья Ландонских.
Наступил рассвет, чудовище ушло в тень и совсем исчезло с первыми лучами, а мы свалились без сил в каменной прохладе окраинного сеновала...
Женщиной была мать Эдварда, которого я никогда не видела в живую.
- Это честь для меня, - я сделала реверанс.
- Что ж, сыграйте нам, миледи, пока мой сын не пришёл с охоты.
Мне пришлось подчинится, хоть играть я не любила. Я села на табуреточку, прикоснулась пальцами до холодных клавиш и начала играть. Я играла, не останавливаясь и не слыша шёпота Жанны и миссис Дейны. Только закончив играть, я заметила, что в углу стоит новая фигура. Эдвард.
- На второй ноте нужно играть до-фа, а не до-соль, - сказал он, после небольших, явно не восторженных аплодисментов.
Я фыркнула и встала:
- На обед я не приду, спасибо. Я не голодна.
На обед я не пришла. Весь день я просидела в свои аппартаментах, обдумывая сегодняшние действия. В глазах Эдварда я заметила странный блеск.
Приближалось время бала. Я надела светло-голубое платье, не особо украшенное, белые туфли и распустила свои длинные волосы, украсив их диадемой из топазов и жемчуга. В зал я вошла с толпой щебечущих дам. Бал ничем не отличался от других: закуски, оркестр, обязательные танцы, пустая болтовня. Аж душно становится. Поэтому, незаметно выскользнув на балкон с лестницами, ведущими в сад, я отдышалась.
- Устала? - спросил Эдвард из-за моей спины. Я даже не услышала его шагов.
- Совсем нет, - обернулась я и заглянула ему в глаза. Он отошёл.
- Прогуляемся?
- Не откажусь.
Мы спустились вниз и пошли по выложенной серым камнем дорожке. Молча. Он разглядывал знакомые ему кусты, я внимательно следила за ним. Когда мы дошли до озера и присели у воды, я ополоснула лицо прохладной водой и посмотрела на Эдварда. А потом на его отражение. На озёрной глади ясно проглядывался образ белоснежного единорога. Я мотнула головой. Нет, в озере отражался единорог! Краем глаза я заметила ухмылку на лице Эда (мысленно я называла его так). Он встал и протянул мне руку. И тут послышался крик испуганных птиц. Целая стая вспорхнула в ночное небо и стала медленно приближаться к нам.
Я встала. Вороны окружили нас плотным кольцом и закружились оглушительным вихрем хлопанья крыльев и караканья. Эдвард как-то странно и очень ярко засветился светло-голубоватым светом, от которого птицы скрылись в высоких кронах бука, а Эд стал единорогом, таким же, которого я видела в отражении озера. Сама того не понимая, я вскочила на его спину. Эдвард понёсся во тьму сада, а на полянку высыпали люди, привлечённые светом и шумом. А мы скакали уже далеко-далеко, по просторной степи. За нами гналось странное существо, смердящее и отдающее в спину жуткий, загробный холод. Из его кровавой пасти вырывался сдавленный рык, глаза сверкали яростью, а само оно было цвета темнее самого тёмного мрака. Я тряслась от страха, Эдвард задыхался. Чудовище гнало нас до ближайшей деревни в 60 милях от поместья Ландонских.
Наступил рассвет, чудовище ушло в тень и совсем исчезло с первыми лучами, а мы свалились без сил в каменной прохладе окраинного сеновала...
(голосов: 9)
Категория: Страшные звери
