Страшилка

"Изобретения рождаются из воображения изобретателя и кучи мусора, имеющегося у него под рукой".
Томас Эдисон.

Меня зовут Артем Сергеев, в прошлом году я закончил "ПГАСА" на архитектора. Как вы уже наверняка знаете из всевозможных СМИ, в 2013 году в городе Днепропетровск при загадочных обстоятельствах бесследно исчез 22-летний студент, англичанин Альфред Джонатан Меррик. Его исчезновение осталось загадкой, а дело было благополучно закрыто. Что ж, я пролью свет на события, произошедшие 22 апреля 2013 года, так как больше не в силах хранить столь ужасную тайну. К тому же, я просто обязан поведать правду, ведь по моим следам идут головорезы древнего ужасного культа, которые намериваются, во что бы то ни стало, скрыть ее на навеки.
Мы с Альфредом познакомились на пятом курсе. Это был веселый жизнерадостный парень, говорящий с легким акцентом. В городе жила его девушка Таня, с которой они познакомились в Англии. По окончании учебы Альфред намеревался забрать ее в Лондон. "Толя только между нами, я собираюсь сделать Танюхе предложение, но не банальное кольцо в бокале, а нечто грандиозное!" - говорил он приятным тенором, а его красивое лицо украшала искренняя улыбка. Мы встречались по нескольку раз на неделе; дорабатывали совместные проекты, обсуждали любимые книжки, сочиняли скетчи для нашей команды КВН и просто общались по душам, потягивая разливное пивко в "Бирхаусе".
Я занимался спортом, пропадая вечерами на тренировках, а Альфред, не разделяя моих спортивных интересов, с головой погружался в изучение средневековой алхимии и всевозможных трактатов по демонологии. "Молот ведьм" Генриха Крамера, был единственной знакомой мне книгой в его необычной коллекции.

Вечер. Почти ночь. Семь часов вечера. Улицы погрузились в пучину темноты и холода. Сейчас темнота властвует. Темнота живёт, она не нуждается в нашей вере. Она просто властвует. Захватывает своими скользкими и цепкими лапами, наши жизни, сознания и сердца. Бывало ли так, что ты просыпаешься ночью, сердце бешено стучит и ты оглядываешься вокруг, оглядываешься в поисках?.. В поисках чего? Непонятно. Просто чувство страха разбудило и заставило озаряться. Не удивляйся, это темнота немножко подпиталась, за счёт тебя. Ей нужна энергия. Темнота - это сила, это власть. Убийства, похищения, кражи и многое другое, происходят именно ночью. Я не говорю сейчас про мистику, я указываю - темнота пробуждает не только демонов, из ряда "мистики" она пробуждает и демонов в людях. Не так давно я не задумывалась об этом. Жила своей жизнью, пусть и отличающейся от других. Но жила. А теперь... А теперь я просто существую. Я сижу, дома и боюсь выходить из него, даже в светлое время суток. Еду мне носят родственники или же соседи. Если не могут принести питание родные, они оставляют деньги соседям и те помогают "несчастным родственникам, сумасшедшей девушки, которая ночью орёт без причины".

Я не в курсе с чего именно это началось. Я просто была дома, читала мистические истории. Внезапно услышала лёгкое царапанье за окном. Сердце от ужаса сжалось. Понеслись мысли "что за монстр?". Истории этому поспособствовали. На цыпочках я подошла к окну. И отдёрнула занавеску. Окно царапала ветка. Я открыла окно и зачем-то осмотрелась. Убедившись, что всё хорошо, я негромко рассмеялась, всё ещё глядя в окно.

Даша стояла как вкопанная. Её больше пленял не страх, а удивление. Она достала мобильник. Я покосилась на него.
- Как и ожидалось, связи нет. Супер. - подруга поджала губы.
Я лишь вздохнула. Тут проблема - я всегда верила в фантом. Меня пробрало дрожью до мозга костей.
- Бу! - крикнула Даша.
Я взвизгнула. Эта девчонка захохотала. Везёт пофигистам. Ни во что не верят, на все глубоко плевать. Даже на этот... снова мурашки - лабиринт.
Впрочем, мы заметили что остальные, кто ехал в лагерь уже шли в наше суровое убежище.
Кто-то из них шептался, кто-то шел понурив голову. Я и Даша шагали молча.
Вечерело. Лес, который днем казался просто большим парком, начал темнеть, ведь солнце падало на деревья сзади. Дул прохладный ветер. Подошвы обуви шуршали по гравию. Все обратилось в мрак. Я вышла из раздумий и глянула на лабиринт. Да-а... днем еще куда ни шло, но сейчас... аттракцион казался как будто самым настоящим лабиринтом минотавра. Мурашки побежали по телу. Я отставала, стало жутко. В связи с этим, я нагнала Дашу.
- Чего, Саш, страшно? - к моему удивлению, это был не сарказм. Это был искренний интерес.
- Есть немного. - я попыталась сделать невозмутимое лицо и отвела взгляд в сторону.
- А вот мне жутко, хоть убей. - я удивленно посмотрела на нее.
- Чего выпучилась? - Даша смутилась. - Вон, смотри дошли уже.
Подруга головой указала на заброшенный аттракцион. Он был прямо перед нами. Я начала жалеть о поездке.
- Заходим, заходим, не стесняемся. - подбадривал вялых детей, подростков и взрослых водитель равнодушным тоном.

Баю-баю, засыпай
Ручкой сердце прикрывай.
Снова тварь эта придёт,
Твоё сердце заберёт.

Раз-два, три-четыре,
Ищу нож по всей в квартире.
Пять-шесть, семь-восемь,
Будешь помнить эту осень.

Девять-десять и двенадцать,
Буду сильно изгаляться,
Разрез вдоль и поперёк.
Наплевать мне на упрёк.

Корчась во гробе от костной ломоты,
Морща лохмотья изъеденных жил,
Брызжа фонтаном кровавой блевоты,
Он наконец крышку гроба пробил.

Дряхлые руки сквозь доски цепляют,
Серую глину и мокрый песок,
Мертвые челюсти жадно кусают,
Стлевшего савана грязный кусок.

Струпья и гной, геморрой почерневший,
Желочь зрачков умерщвляет червей,
Выпал из черепа глаз потускневший,
Лимфа сочится из-под бровей.

Изнемогая весь от натуги,
Ногти срывая из всех своих сил,
Выполз наружу от голода, скуки,
И на луну хриплым басом завыл.

Эта история произошла лет 15 назад, а я до сих пор с содроганием вспоминаю те события, словно это было вчера. Моя жизнь изменилась после той страшной ночи. Наверное нам - простым смертным, для осознания каких-то вещей, сначала нужно пережить что-то шокирующее, что-то, что как бы встряхнёт нас. Только после подобного мы "просыпаемся" и начинаем думать иначе, начинаем ценить то, что раньше казалось обыденным...

Мы были совсем молодые, только что окончили институт. У меня всегда было много поклонников, мужское внимание мне безумно нравилось. Однако я выбрала его - хулигана и острого на язык Димку. Любовь у нас с ним была довольно сложной. Часто ссорились, я постоянно уходила от него, но потом снова возвращалась. Дима был человеком очень резким и вспыльчивым, к тому же, женским вниманием он был сполна одарен буквально с детского сада, так что мне приходилось с ним не сладко. Завистливым подругам я не могла поплакаться в жилетку, в сложные периоды наших отношений, так как знала, что они меня не поймут и возможно, даже порадуются, что всё у нас с Димой не так гладко. Своими бедами я могла поделиться лишь с Лёшкой - моим лучшим другом детства. Я знала, что он был влюблён в меня, но скрывал это. Лёшка всегда был рядом в самые трудные моменты жизни, поддерживал во всём и всегда. Он мог бросить все дела, если мне нужна была любая его помощь. Таких друзей и за всю жизнь можно не встретить. Однако, я прекрасно понимаю, что мои отношения с Димой отравляли жизнь моего лучшего друга. Но, молодость довольно глупа и слепа, совершать ошибки ей свойственно...

Очередная ссора с Димой и он всё бросает и уезжает в другой город к своему другу. Я почти уверена, что там он быстро нашёл себе "временную замену" мне. Я в слезах и расстроенных чувствах побежала к Лёше, который, разумеется, не отвернулся от меня. Чтобы отвлечься, он позвал меня на природу с его друзьями, отдохнуть. Я согласилась.

Никто не запомнил, как в 128-ю квартиру вселились новые жильцы. Да и вообще, они были тихие, никому не мешали, внимания не привлекали, так что их толком не знал никто. Только их маленький сын иногда сталкивался в подъезде с соседями - светленький, невзрачный, пугливый, неулыбчивый. Соседи, поглядывая на него, покачивали головами, а старушка с первого этажа как-то перекрестилась, посмотрев вслед пробежавшему мальчонке. Все с нетерпением ждали, когда из проклятой квартиры снова раздадутся крики и приедет милиция. Нет, соседи не были плохими и кровожадными людьми, просто, когда беда случается с чужой семьёй, греет мысль, что у самих такой беды нет. Они бы даже, столкнувшись в подъезде, рассказали новым жильцам, о том, что они уже не первая семья, которая въезжает в 128-ю и у них у всех были дети. Были. Потому что все дети, жившие в 128-й умирали ужасной смертью. Мальчику оставалось жить совсем немного, потому-то обитатели подъезда и смотрели на него сочувственно, да ничего ему не говорили - чего его пугать, бедного, что он может поделать против таинственного существа, которое разрывало детей на части и съедало сердце. Вот если бы удалось перекинуться словом с родителями, но они как-то всё не попадались на глаза.

Соседи шептались, а обитатели проклятой квартиры так и жили в неведении, что их ребёнок - приговорён к чудовищной смерти.
Однажды ночью мальчик лежал в своей кроватке, свернувшись в клубочек и никак не мог уснуть. Он, вообще, очень плохо спал ночами, но никогда никому не жаловался. Без толку. Как будто кто-нибудь о нём когда-либо позаботился бы. Родители не укладывали его спать, он сам переодевался в тёплую пижамку и укладывался, никто не целовал его на ночь, не ждал после школы, не расчёсывал смешные непослушные вихры. Он так давно был заброшенным и одиноким, что не представлял, каково это быть любимым и кому-то нужным. И теперь он лежал с полузакрытыми глазами, думая о чём-то своём.

Тут-то к его кроватке и приползла Тварь. У неё не было имени, облика, только голод. Тварь поднялась чёрным сгустком над головой мальчика и сказала:
- Проснись! Жертва нужна была ей бодрствующей, тогда она была перепуганной, трепещущее сердечко куда вкуснее спокойного и сонного. Мальчик открыл глаза, протёр их, потом наконец, всмотрелся в темноту.
- А ты кто? - спросил он.
- Твоя смерть. - издевательски сказала Тварь.
- Хорошо, - ответил мальчик, - иди сюда.

В тот день я возвращалась домой поздно. Было десять часов вечера или около того. Уставшая, но в довольно в хорошем настроении шла по улице. Темнело рано, поэтому вокруг царил полумрак. Приятно было чувствовать прохладу слабого ветерка.
А вот и мой дом. Старенькая серая пятиэтажка. Шарю по карманам. Где же ключи? Куда они подевались? Ах, да, я их в сумку положила. Наконец, открываю дверь. Как обычно, нигде нет света, а мне нужно на пятый этаж. Но ничего, уже привыкла. Неслышно переступаю ступеньки. Лишь тусклый свет, слабо струящийся из грязных подъездных окон и тишина.
Но вот, когда я нахожусь уже между третьим и четвёртым этажами, до меня доносится какой-то скрежет, словно по металлу проводят острым ножом. Прислушиваюсь. Снова тишина. Вдруг слышен стук в дверь на пятом этаже. Это меня немного настораживает, ведь звука шагов не было всё время, что я шла по подъезду. Останавливаюсь. Снова стук и скрежет. Чуть дыша, понимаюсь на четвёртый этаж, а затем и немного на пятый. Стук в дверь заглушал звук моих шагов. Теперь я могу при слабом свете уличного фонаря рассмотреть ночного визитёра.
Стучат-то, оказывается, мне! Удивляюсь, кто бы это мог быть? Приглядываюсь получше. Что?! Гость, однако, не человек! Эта тварюга двух метров ростом, передние конечности со сверкающими, словно лезвие ножа, когтями! Да она уже не просто стучит, а долбится в дверь, оставляя обширные вмятины и царапины! Без паники, спокойно!..
Спускаюсь медленно и неслышно на четвёртый этаж. Но нервы сдают, по щеке текут слёзы и я, рыдая и стуча каблуками, бегу по лестнице вон из дома. Тварь, услышав, кидается за мной.

- Ну ты и гадина, Елена Гунива.
Лена ухмыльнулась.
- Ты ответишь за свои слова.
- Что? Ты мне угрожаешь? Меня ты так не проведешь, как Свету и Евгения Сергеевича. И возьми себе это на заметку... Ты превратилась в таких, как они. - Настала минутная тишина. - Боже... БВК, оно в тебе было, есть и будет. Поэтому ты такая!
- Уже.
- Что "уже"?
- Уже провела.
- Не понял.
- Кофе, вкусное?
Миша улыбнулся и спокойно положил кофе на стол.
- Ты такая предсказуемая.
- Да, правда? - Лена сделала изумленное лицо и вместе с тем улыбнулась.
- Да. Можно поинтересоваться, ты мне что туда подмешала? То же, что и я тебе? - Лена уже с фальшивой улыбкой посмотрела вниз.
- Что?..
- А ты думала, что я вот так просто тебя на кофе пригласил, поговорить?
- (...)
- Что молчишь? На тот свет не охота отправляться?
- Миш, тебе бы уже привыкнуть. Я не такая дура, как твои руководители. Я никому не доверяю, поэтому употребляю одно вещество. Я не смогу умереть.
- И что это за вещество такое волшебное?
- А ты не забывай, все-таки я гений. Не зря я здесь.

Я захожу в дом. Тихо, телевизор не работает. Брат спит уже? Поднимаюсь на второй этаж, неслышно открываю комнату. Так и есть: Костя уснул, мама тоже. Аккуратно закрываю дверь, выхожу в сад.
Ура! Можно гулять хоть до полуночи. Может, в лес сходить? Нет, страшновато. Пытаюсь сделать пару снимков ночной природы, но без вспышки темно, а со вспышкой некрасиво. Тишина. Так приятно летом в одиночестве наслаждаться темнотой.
Но вот сидеть на земле наскучило, а идти спать ещё не хочется. Обхожу кругом дом в поисках новых развлечений. Точно! Быстро лезу на крышу веранды по приставной лестнице, оставшейся после ремонта трубы на ночь. Я в восторге. С высоты смотреть на природу ещё лучше. Тёмная крыша ещё не остыла. Рассматриваю дом напротив.
Но что это? На конце улицы, у леса, заметно какое-то движение. Кто-то вышел на ночную прогулку? Интересно. Всё, всё было бы хорошо, если бы не это любопытство! Но я внимательно смотрю туда. И вскоре это выходит в свет фонаря. Огромная черная тварь больше любой собаки. На лапах у неё когти, как ножи Фредди Крюгера. Фотоаппарат выскальзывает из рук. Вот теперь по-настоящему страшно! Такой грохот невозможно не услышать: камера свалилась прямо на водосточную трубу. Моментально распластавшись и закрыв рот ладонью от страха, жду, что же будет дальше?! Как на съёмке замедленного действия тварь неторопливо поворачивается. Её видно во всей красе: на ужасной морде светятся бледно-голубым светом огромные глаза, из ноздрей капает слизь, а белоснежные клыки не умещаются в пасти.