Страшилка

ПРИВЯЗАНА
Я ненавижу ночь.
Неоновые огни улиц - смех прохожих.
Скользящие тени за спиной; пот, выступающий на лбу:
Холодный, липкий, замораживающий, приводящий к остолбенению.
Хватаюсь за горло - смотрю в землю.
Удушена, изнасилована и зарыта на окраине, где никто и не подумает искать потерянное.
Я - призрак, не нашедший покоя.
Ненавижу ночь!
Но привязана к ней намертво.

МАНЬЯК
Дискотека в самом разгаре.
Я упала и до крови разбила колено.
Подраные колготки напоминают сито.
Встаю и хромая иду в местный женский туалет.
Я одна. Включаю воду - промываю ссадину. Слышу скрип...
Этой ночью ещё одна душа познает ад перерождения из святой в грешную.
Тьма пришла и изорвала непорочное тело отточенными временем когтями похоти.
Больше нет смеха, счастья - пустые глаза смотрят в вечность, а кто-то рядом улыбается.

Весна вступила в свои законные права. От снега остались лишь блеклые воспоминания, на деревьях приятно шелестела зеленная листва, птицы напевали свои серенады. Майор Ермаков вышел из здания ДВД взъерошенным и раздраженным. Он сел в служебный автомобиль и поехал в свое отделение. Несколько минут назад он отчитывался о проделанной работе по делу Кукольника. Жестокие убийства прекратились, но и маньяка задержать не удалось. По факту, дело считается открытым, а Ермаков получил выговор за некомпетентно выполняемую работу. "А что если этот урод уехал в другой город? Как после этого будет выглядеть кустанайская милиция?" - кричал полковник на Ермакова. "Да никак!" - ответил майор сам себе, уже сидя в автомобиле. По городу красовались портреты предполагаемого убийцы, все посты ГИБДД работали в полную силу, наряды ППС шныряли по всем районам. Кукольник исчез. Без следа. Ермаков позвонил своему давнейшему другу Бейсембаеву и слезно попросил его как можно тщательнее проверять всех, кто двигается в сторону границы с Россией. Мероприятия длятся уже больше месяца, а результатов ровным счетом никаких.
Сержант шел по улице вместе с супругой. Она не могла не заметить, как сильно изменился ее муж в последнее время. В глубине души у нее зародилось чувство, что она начинает его бояться. Уровень употребляемого им алкоголя с каждым разом увеличивался, что делало его грубым по отношению к ней. Ей было даже страшно представить, как он относился к окружающим его людям. Они шли молча, изредка обмениваясь незатейливыми фразами. Сержант бесконечно курил. Первое время, супруга просила его не делать этого в присутствии нее, но просьбы были пропущены мимо ушей.

В реке уж с давних пор
Пленница на дне.
Утопил ее
Отчим, что в тюрьме.
Жизнь ее давно
Стала тяготить.
Нет, не умерла -
Стала на дне жить.
Долго не смотрела
Солнцу та в глаза.
Вскоре ослепела
Девушка одна...

Смерть неизбежна и ждет каждого из живущих. Мы все умрем, хотим ли мы того или нет. Но когда приходит время, нам хочется, чтобы наша смерть была героической, достойной или, по меньшей мере, как можно менее болезненной. Кому-то действительно уготовано умереть на поле боя или в лучах славы, однако есть и те, кому судьбою была уготована поистине страшная смерть.

История донесла до нас свидетельства множества ужасных смертей. Особенно богато на них Средневековье, время чрезвычайно жестокое и кровожадное. Тысячи людей были зверски замучены и убиты в ходе крестовых походов, инквизиции, религиозных гонений и банальной политической борьбы. Однако и на этом кровавом фоне одна казнь выделяется своей невиданной жестокостью и может по праву считаться самой страшной смертью в истории - это казнь Дьердя Дожи.

Дьердя Дожи был предводителем крестьянского восстания в Венгрии в начале шестнадцатого века. Начавшееся как крестовый поход простых крестьян и ремесленников против оттоманского владычества на Балканах, оно очень скоро приняло характер антифеодального восстания. После нескольких удачных сражений крестьянское ополчение было разбито, а его предводитель Дьердя Дожи был ранен и попал в плен. Чтобы деморализовать остатки сопротивления, Дьердя был приговорен к ужасающей казни.