Страшилка

Маленькая девочка обливалась слезами, захлебываясь своим страхом и ощущая, как часть ее ужаса поглощает старая, еще бабушкина, большая кукла в черном платье. Мама утверждала, что эта кукла просто кукла и не более. Но дочь видела все это. Глаза. У куклы они были янтарно-карие. С каждой ночью они становились все ярче и ярче, подпитываясь педиофобией девочки.

- Мама, мамочка, кукла смотрит на меня! - в слезах орала девочка, будя соседей и мать.
- Не придумывай, милая, она не живая... - устало вздыхала мать.
- Да, мама, точно - не живая! Мертвая! - вдруг вскрикнула дочь, испуганно глядя на маму.
- Ну, вот, видишь... - немного облегченно вздохнула мать, плюя на то, что кукла была названа мертвой.
- И смотрит мертво.

А на следующее утро... Нет, девочка не погибла и не бесследно исчезла. Она лежала в кровати и смотрела в глаза кукле, которые светились в темноте ярко-оранжевым светом. Глаза самой девочки тоже были карими. Были... Когда мать нашла куклу в доме погибшей бабушки, глаза девочки и куклы были примерно одного тона. А теперь... Глаза девочки стали серыми, что мать списала на изменения с возрастом, пусть и очень странные, а вот глаза куклы были яркими. Очень яркими. Светились в темноте. Как настольная лампа. Янтарным светом...

Посмотри мне в глаза -
Я мертва,
Ты мертва.

Кукла ты,
Кукла я,
Тишина,
Тишина...

В глазах пустота -
В глазах ничего,
Глаза все молчат,
И тихо, тихо...

Безвольная кукла,
Застывшая я,
И мертвая девочка,
Тут пустота.

Вечерело. Я прогуливалась в компании моей однокурсницы Марии, мы не то что бы были большими друзьями, но много времени проводили вместе. Она просто хороший человек. С нами были еще двое юношей, которых я не знала, но меня не смущало их присутствие - так будет веселее и безопаснее.
Сумерки сгущались.
В воздухе стоял не привычный запах свежести и чего-то старого, позабытого временем.
Нас окружают дома, на вид не ухоженные, в сером цвете, кое-где отвалились сами стены и только крыши отличались диковенностью.
Пустые окна, в которых давно никто не включал свет.
Пустая, запорошенная песком улица. В некоторых местах освещенная фонарями, свет исходящий, из которых иногда мигал и пропадал вовсе на некоторое время.
Мы шли, плотно прижимаясь друг к другу плечом. Не то чтобы кто-то боялся, но и отставать не хотелось.
Машка все время вертела головой и вглядывалась в темноту и пустоту глаз жилых домов.
Как нас сюда занесло?
Внезапно мы практически разом увидели не так далеко от нас дом. С виду не такой как остальные.
Он был большим, так же стар как те, но выглядел намного лучше, как будто его отреставрировали.
Мы переглянулись. Я запомнила лицо Машки - озадаченное и в то же время любопытное.
- Пошли проверим что там. - Предложил парень с краю, а я замялась.
Они минуту советовались и все-таки меня с большим трудом, но уговорили.

В каждом классе есть ребенок - подросток, выделяющийся из коллектива. Припоминаете? Определенно в вашем классе тоже была такая "белая ворона". Этому человечку живется трудно - над ним издеваются морально, издеваются даже физически. Особенно горько, когда изгоем становится слабая девочка, не имеющая возможности защититься.

У Алены было слабенькое здоровье - с детства её мучили приступы астмы. Говорила она тихо, словно боялась, что кто-то может обратить на её слова внимание. Ей всегда было сложно заводить друзей и общаться со сверстниками, она словно разговаривала на другом языке.

Ситуация ухудшилась, когда девочка перешла в седьмой класс. Одноклассники стали группироваться по интересам, а Алена осталась не удел. Сначала девочке просто перемывали кости, называли её "странной, психом - одиночкой", а потом начали обзывать в лицо. Алена молча терпела, опускала голову и молчала, а когда приходила домой - горько плакала. Она совсем замкнулась в себе, свободное время уделяла книгам - в них ведь можно было почувствовать себя совсем другим человеком.

Со временем моральное давление переросло в физическое. Одноклассники стали позволять себе мерзкие поступки по отношению к девочке: в её волосы плевали и кидали кругляшки использованной жвачки, могли подойти и толкнуть или забрать портфель и выкинуть его в окно. А однажды, одноклассник Денис даже ударил её кулаком в глаз, зачем спросите Вы? Да просто так, чтобы развеселить своих друзей. Им именно нравилось издеваться над бедной девочкой. Алена не могла попросить защиты даже дома. Отец её умер несколько лет назад, мать от горя спилась, девочку воспитывала старенькая бабушка, которая тратила на неё последние копейки, называющиеся пенсией. Девочка не могла даже представить, как рассказывает бабуле о том ужасе, который ей приходиться испытывать.

В детстве я, стыдно вспомнить, была очень капризной и вредной девчонкой: чуть что не так - и в истерику. Натуральную такую истерику, со слезами в три ручья, диким ором, падениями на пол и разбиванием всего, что бьётся. А главное, по мне так и не сказать было-очаровательная такая малышка, вся в кучеряшках, кружавчиках, бантиках. Дед ремнём погрозит - и сразу же растает, мол, ну как такого ангелочка бить. А ангелочек, как что не понравится - опять за старое.

И вот однажды осенью вышла такая история. Мы с мамой стояли на остановке, совсем рядом с магазином игрушек. Помимо нас, на остановке стояло ещё человек пять - много народу, в общем. Но меня это не смутило: тогда я как раз сломала одну из старых кукол и принялась верещать, мол, купи новую, всё равно магазин рядом. Мама, естественно, никуда не пошла, просто шикала на меня то и дело "Замолчи, замолчи", а люди косились, но молчали. Неловко делать замечания чужим детям и всё такое.

А потом к нам подошла та женщина. На цыганку похожа - волосы длинные, чёрные, вьющиеся, сама смуглая, на руке широкий браслет, серьги крупные, ещё и в платке поверх куртки. Улыбается и золотой зуб изо рта торчит.
- Ай, какая хорошая маленькая девочка, такая красавица, вся в маму! - она ещё говорила так странно - слова тянула, как будто напевала. - А у меня для хорошей девочки подарок есть.

И достаёт из-под платка куколку - крохотную совсем, с её ладонь где-то. Главное и куколка сама странная - они обычно беленькие все, улыбаются, а эта черноволосая, лицо хмурое и платок поверх платьица повязан такой же, как у самой женщины. Я сразу плакать перестала, хвать куклу - и давай разглядывать. Мама вздохнула, за кошельком полезла, да только цыганка её остановила:
- Не надо денег, красавица! Дарю, уж больно дочка у тебя хорошая!

Кукла сидела
Кукла мечтала
Кукла детскую сказку читала
К кукле девочка тихонько подошла
Девочка у куклы книжку забрала
Кукла сказала ей не спеша:
- Девочка, книжку быстро отдала!
Но девочка куклу слышать не хотела
Книжку взяла и тихо в комнатку ушла
Куколка разозлилась, из носа кровь пошла
К девочке она не медля подошла

Эта история произошла в маленьком городке в начале девяностых годов прошлого столетия. Она быстро была забыта и вскоре стала городской легендой, какими наполнены небольшие города.
В то утро, когда всё началось, Антон "выгуливал" своего младшего брата - так он это называл. Он сидел на качели и наблюдал за тем, как его брат радостно бегает по детской площадке. Антон был очень зол, ведь он мог сейчас со своими друзьями сидеть в кафе, если бы родители не заставили его "выгуливать" брата. Антон лениво бросил взгляд на младшего брата, мирно игравшего в песочнице и о чём-то задумался. Спустя какое-то время, Антон посмотрел на циферблат наручных часов, которые сообщили ему, что уже полдень и, облегченно выдохнув, позвал брата.
- Всё, твоё время вышло, пора домой. - Крикнул Антон, слегка повернув голову вправо.
Тишина... Ни угрюмых шагов нехотя идущего мальчугана, ни просьб о том, чтобы задержаться тут еще на пару минут. Ничего.
Антон обернулся. Медленно поворачивая голову, он оглядел площадку. Брата нигде не было. В голове Антона вспыхнула паника. Он побежал к песочнице, где всего мгновение назад резвился парнишка. Следы. На песке очень хорошо были видны следы, ведущие от песочницы к лесной зоне, находившейся неподалёку от детской площадки. Антон что-то увидел вдалеке. Это точно была кепка его брата. Он побежал. Кепка была окроплена кровью. Рядом с кепкой валялась какая-то карточка. Это была визитка. Антон прочел на ней: "КУКОЛЬНЫЙ ТЕАТР ВЕСЕЛЬЧАКА ЛУИ". Он машинально сунул кусок бумаги в карман. После этого Антон поднял кепку и упал на колени, по его щекам заструились слёзы.
К вечеру того же дня весь город был усыпан объявлениями о пропаже мальчика. Витрины магазинов, остановки, столбы, рекламные стенды - объявления были всюду. Правда, ничем эти объявления не помогли. Никто ничего не видел, а полиция бессильна - слишком мало зацепок.

Возвращаюсь домой после жутко - тяжелого дня. Фуф, ну и холодрыга на улице... Странно, почему-то так неестественно неспокойно на душе. Вот он и дом! Как же тут тепло. По давно заведенному обычаю, проверяю с трепетом почтовый ящик. Чудо! Письмо.
- Так и кому оно? Ну конечно же мне. - сердце колотилось бешено и ноги сами собой перешли на бег, так я быстро добежала до 17 этажа.
Бухх на диван. Нужно перевести дух. Уже порядком стемнело и единственным источником света была тусклая, едва работающая лампа. Любопытство оказалось сильнее и я вся пребывая в трепете, вскрыла заветный конверт. Зачитаем: "Привет, Катя. Мне очень тебя жаль, особенно жаль, что именно ты, такая красивая, умная и работящая, попалась у меня на пути. Такова твоя судьба. Это последнее письмо, которое ты прочтешь, в своей жизни, увы. А ведь у тебя больная сестра? Куда она без тебя... Ну... Не буду больше тратить на тебя чернила. Т.С".
Насторожило меня письмо в целом и то, что незнакомец знает мое имя и то, что знает про сестру, что угрожает мне... На меня напала паника.
Выпив пятый стаканчик пустырника вперемешку с валидолом, наконец уснула.

Всем добрый вечер. Меня зовут Артур, мне 26 лет и я устроился ночным охранником в пиццерию, где главной "изюминкой" были аниматроники, которые развлекали народ днём, в основном, это был медведь, заяц, утка и лиса.
Я сидел в своей комнате возле выхода из магазина и, положив ноги на стол, пил кофеек, на часах было 12:00 ночи, вентилятор дул в лицо. Сразу скажу, моя комнатка небольшая, передо мной стоит письменный стол, на нём вентилятор, подставка для планшета и кофейник, по бокам комнаты стоят дверные проёмы, которые закрываются стальными дверьми, возле проёмов есть окна с толстым стеклом. В основном это была моя первая смена с 12 до 6 утра, я сидел, никого не трогал, пил кофеек и изредка поглядывал в планшет (сразу скажу, планшет служебный, с него можно было только смотреть из камер за заведением, никаких игр или даже рабочего стола не было).
Вдруг от скуки решил посмотреть с камеры на склад (там, где и хранятся роботы-игрушки), смотрю я - все стоят на месте, как вдруг лампочка замигала, а позже свет потух, у меня появился холодный пот на лбу, дальше был белый шум, спустя 5 секунд свет снова врубился, но пропал кролик...
Я в истерике, думая, что схожу с ума, треснул себя по лицу кулаком и посмотрел в камеры ещё раз - нет, это была реальность...
Немного успокоив себя, я начал просматривать камеры и увидел - кролик (эти "куклы" были по 2 метра ростом и шире человека, так что тень от них была огромная), а точнее его силуэт, он стоял в столовой, держа что-то в руке, я начал пристально следить за ним, он не шевелился, прошло полчаса.

- Милый! Иди ужинать, все готово! - Лиза кричала мне с кухни на первом этаже. Я сидел в своем кабинете и читал. Потянувшись, крикнул - Уже бегу!
Мы поужинали, поболтали о всяком разном и решили устроиться на диване перед камином. Дом у нас был не очень большой. Два этажа: на втором этаже наша спальня и детская, в которой жил наш сын пяти лет; и мой кабинет. А на первом этаже кухня и гостиная. Для камина место, в общем, нашлось. Жена прекрасно обуютила дом, поэтому я и помыслить не мог куда-то переезжать. Даже в отпуск вроде бы не хотелось, так нам было хорошо. Эдакая идеальная семья в идеальном доме. Мы с Лизой понежились у камина и решили все-таки идти спать, время позднее, да и устали за целый день. Я вызвался вымыть посуду, а жена пошла укладываться.
Сквозь шум воды, пока мыл посуду, я услышал звук. Вроде бы, кто-то сверлит стену. Мне показалось это странным, так как время уже почти полночь, какой к черту ремонт? Дома, конечно, не стена к стене стоят, но можно было бы услышать, если бы кто-то занимался прикручиванием саморезов или деланием дыр в стенах. Только почему ночью-то? Закрутив кран, я прислушался - действительно. Короткие по продолжительности звуки: вжжж, вжжж. Немного свистящие. Ну, точно, кто-то орудует дрелью. Впрочем, ладно, подумал я, мало ли, что срочно им там пришлось сверлить. Завтра выясню, если не забуду. Я домыл посуду и отправился спать.
- Ты там картину что ли вешал? - спросила меня Лиза.
- Я? Ааа, ты тоже слышала? Нет, это не моих рук дело. Соседи, наверное, решили ремонт затеять. В ночи. Ну, как раз "самое время".
Мы посмеялись.