Страшилка

Говорят, что призраки приходят в наш мир, если они что-то не успели сделать при жизни или оставили очень дорогих родных в мире живых. Иногда, призраки приходят, чтобы передать какое-то послание. Случай, который я сейчас расскажу, выходит за рамки обычного. Случилось это с моей подругой Никой.
У Ники была младшая сестра, настоящий ангел. В их семье никогда не было ссор, в общем, жили они отлично. Ангелине (так звали нашего Ангелочка) было 7 лет, когда автобус, в котором она ехала вместе с мамой, попал в автокатастрофу. Автобус столкнулся с легковой машиной. И все не было бы так трагично, если бы не грузовик, который как раз вывернул из-за угла. Автобус и легковая машина со всей силы врезались в грузовик, который в свою очередь завалился на бок и, в конце концов, рухнул.
Тут же приехали полиция и "карета" скорой помощи. Маму Ники спасти не удалось, а вот Ангел выжила, но находилась в тяжелом состоянии в реанимации. Ника и я провели целую неделю в напряжении. Ангел все еще оставалась в реанимации.. В дождливый осенний день, нас настигла ужасная новость. Ангелу стало хуже. Спасти ее не удалось..
После похорон я пыталась всеми силами поддерживать Нику, но что я могу сделать?
А теперь самое интересное. Уже через год...

Когда я была маленькой, родители на каждое лето отвозили меня к бабушке, в деревню. У бабушки был старый деревянный дом, разительно отличающийся от соседних дач. Но даже с покосившеюся крышей, древней замшелый сруб выглядел крепостью. Бабушка говорила, что еще ее прапрадед - приходской священник, заложил его лет двести назад. Рядом через поляну протекала сверкающая радугой река, на которую я бегала купаться с девочками с соседних дворов. За рекой был лес, переполненный ягодами. Дом не был мрачным, утопающий в зелени, среди яблоневых и вишневых деревьев, до семи лет это было самое яркое и теплое место моего детства...
Но начиная лет с семи, дом стал меня пугать. С наступлением сумерек его стены будто становились плотнее, а потолок нависал так, словно хотел раздавить меня. Не знаю почему но, даже наплававшись в речке, набегавшись с подружками по лесу, я стала беспокойно спать в доме бабушки. Я старалась, как можно больше времени проводить вне дома, оттягивая игры на улице допоздна.
- Алина, домой! - голос бабушки, раньше ассоциирующийся у меня с добрыми, теплыми руками, запахом травяного чая и пирогов, с некоторого времени стал предвестником неотвратимого страха. Страха перед домом, перед сном...
- Ну, еще чуть-чуть, ба...
Входя в дом, я будто сама отдавала себя в руки громадного чудовища, которое сжимало меня деревянно-стропильными клешнями. Я старалась не показывать страха, потому что еще до конца не осознавала его. Раньше я просто боялась остаться в комнате одна, мне казалось что дом сжимает меня, пока я не получила подтверждения своему страху. Как обычно, в полумраке, вжавшись в угол кровати, я сжимала как щит подушку, словно пытаясь, защитится от тяжелых стен.

Пистолет стреляет вновь
Снова льется чья-то кровь...
Школа чертова горит
Смерть поет, а лес молчит.

Был Савельич очень прав,
Но сложил скелеты в шкаф...
Все смеялись, но потом
Трижды вспомнили о нем...

Мало выжило людей...
Если бы тогда, скорей...
Если бы тогда ушли,
Смерть свою бы обошли...

Перешучиваясь, мы вышли из машины и направились через лес к дому. На этот раз вместе. Это больше напоминало прогулку, хотя и не приятно было думать о том, что сейчас я встречусь с Джулиет. Было еще очень холодно, но небо впервые за неделю было абсолютно безоблачным. Не добавляло настроения разве то, что на земле было сплошное болото.

- Какая она, Грейси? - спросил вдруг Брайан.
- Милая, скромная. Но меня пугает другое. - смотря под ноги, ответила я.
- Что? - улыбнулся Брайан.
- Она... хорошая. Не такая как я, понимаешь?
- И ты боишься за нее. - сказал он серьезно. - Ведь Джулиет может навредить ей.
Я кивнула, сдерживая ужас.

- Но так же ты боишься и за себя? Поэтому не решаешься отказаться от предложения Джулиет?
Ужасно не хотелось смотреть ему в глаза в тот момент.

Кто теперь сможет заменить Элвиса? Кто?! Наверное, это был единственный человек, которому удалось объединить всех выживших... Теперь, когда его не стало, я начал осознавать каково это... Управлять людьми, у которых нет ничего: ни денег, ни еды, ни воды, ни семьи... Ничего...

Люди продолжали стрелять, но Тени не собирались отступать. Они шли ровным строем, никто из них не боялся смерти, они были похожи на машины для убийств. Ничего не пугало выживших как неприступность Теней. Тени были готовы на все, только лишь убить людей. Словно подчинившись кому-то они двигались, их товарищей сражали пули, но они даже не смотрели в их сторону. Только прямо. Толпа людей начала отступать ко входу в бункер. Наверное все... Наверное это конец...

Вдруг из толпы вышла фигура. Она пробежала мимо кустов, спряталась за деревом. Я еле успевал следить за ее движениями. По веткам и коре фигура залезла на крупную ветку и вышла вперед, только тогда я смог понять, кто это был... Это была Эмма... Примерно за 30 метров до этого дерева медленно подходил строй Теней... Толпа остановилась, Эмма готовилась сказать речь.

Моя подруга Катерина два раза пыталась покончить жизнь самоубийством, на третий раз ей это удалось. Причина для многих покажется глупой и несерьезной - безумная любовь к своему молодому человеку Максиму. После того как он бросил ее ради другой, она не видела смысла жить дальше.

Нашел ее в ванной с перерезанными венами утром ее младший брат Алексей, спасти Катю не удалось. Я ругала себя за то, что не приехала к ней вечером, не поговорила, не помогла ей... Обещала ей приехать завтра и вот приехала - к гробу Катерины. Максим на похоронах появился со своей новой девушкой и произнес такие слова: "Ты сама сделала такой выбор, мне очень жаль... пожелай мне счастья".

Прошло три месяца после смерти Кати, как стали мне снится странные, даже страшные сны. Катя стала сниться мне каждый день, она то плакала, то смеялась, то благодарила за память, иногда даже ругала, расспрашивала меня о моей жизни, предсказывала будущие события. День ото дня Катя становилась настойчивее, не хотела, чтобы я общалась с кем-то еще, кроме нее. Я стала болеть, мои нервы были на пределе, в то время я училась в институте, состояние мое ухудшалось каждый день. Мама, подруги, мой парень, поняв, что дело серьезное, начали действовать. чего-только мы не делали: заказывали сорокоуст, ставили в церкви свечки за упокой, но они отчего-то сразу гасли, ходили к бабкам - все без пользы.

Дело было на даче знакомого в глухой деревне во многих километрах от Рязани. От нее еще около сорока километров по полям и лесам до некой заброшенной деревни. Кто ее забросил и почему - не знаю, люд просто оттуда уехал, когда перестройка началась. Живет там один охотник - точнее, не живет, а днем приезжает отдыхать. Он местный егерь, так что обязан весь лес знать. Егерь этот друг деда моего знакомого - так мы с ним и познакомились. Он нас возил в эту деревню много раз, мы там по баночкам стреляли и просто гуляли. Но как-то приспичило ему сказать нам - ребята, вы тут только на ночь не оставайтесь. И, конечно, после таких слов нам надо было остаться. К тому же на вопросы он особо не отвечал, просто говорил: "Не надо и всё".

Итак, несколько десятков километров до людей. Недалеко лес и болота - с них, кстати, иногда ночью жуткие звуки доносятся, кто знает такую птичку маленькую, которая издаёт замогильные звуки, тот поймет, о чем я. Мы сидим в доме - пять-шесть домов пригодны для жилья, а один обустроен был охотниками, собственно, в нем мы и были. При нас двустволка - стреляли по баночкам днем. В доме электричества, конечно, нет - только свечи. Сидим, играем в карты возле окна и вдруг за окном что-то промелькнуло.

Однажды осенним вечером я возвращался из дачи в город. Дача у меня расположена километрах в двадцати от города, так что ехать нужно было довольно приличное расстояние. На дороге было темно, я включил дальний свет. На дороге не было машин, поэтому я прибавил газу. Может быть, немного и превышал скорость...

Когда бледная собака выскочила прямо перед машиной, я не успел затормозить и сбил ее. Остановил машину на дороге чуть дальше. Несколько секунд я не мог пошевелиться. Я был в шоке. Почему-то был уверен, что это была домашняя собака и мне придется сказать ее хозяевам, которые вот-вот выйдут из обступающего дорогу леса, что я сбил их любимца.

Я вышел из машины. Спереди с пассажирской стороны была вмятина и потертости. Хотя вмятина была заметной, все же я ожидал худшего, сбив собаку на такой скорости. Тогда у меня возникла надежда, что и с собакой все может быть не так уж и плохо. Я разглядел её чуть впереди на дороге и направился к ней.

Животное дергалось. Чем ближе я подходил, тем больше оно, похоже, приходило в сознание. Поначалу я предположил, что оно пытается встать, но потом заметил: что-то было не так. Шкура существа - теперь я увидел, что это вовсе не собака - была лишена шерсти, бледная, почти серая и полупрозрачная, плотно обтягивающая кости. Кроме того, для собаки это существо было слишком крупным.

То, что со мной случилось, изменило меня навсегда. С тех пор не прошло ни дня, чтобы я не вспоминал об этом...

Я сидел вечером дома за компьютером. Завтра было воскресенье, никаких дел не намечалось, так что я мог сидеть у монитора допоздна. Часы показывали около трех ночи. Я накинул на себя ветровку, вышел на балкон и со вкусом закурил. Стояла тёплая ночь - зима сменялась весной. К ночи город опутал вязкий туман, закрывая вид на город. Из частного сектора поблизости доносился лай. Вообще, собаки там лают постоянно, но в этот раз это было больше похоже на вой или плач, будто собаке наступили на лапу.

Я уже почти докурил и собирался вернуться в комнату, как вдруг из тумана донесся девичий голос, называющий меня по имени: "Серёжа"... Я машинально повернулся назад и увидел как из тумана вышла девочка. А я ведь живу на седьмом этаже! Это была маленькая девочка лет семи, может восьми, в простом платьице, какие дети носили в советские времена, с бантиками на голове и кукольным личиком. "Серёжа"...

Ужас сковал меня. Я попытался развернуться, но конечности налились тяжестью, вместо крови будто текла холодная ртуть, я не мог даже дышать. "Серёжа, впусти меня", - она медленно шла по воздуху, так же твердо, как по земле, ее большие черные глаза смотрели прямо на меня. Мне хотелось закричать или заплакать, но я не мог. "Серёжа, впусти меня!" - она говорила все настойчивей и громче, я практически перестал соображать. "Впусти меня, впусти, он прячется у тебя, я знаю"...

Как-то я пошёл гулять по улицам. Дойдя до Краскова, пошёл обратно и свернул на улицу Гоголя, по которой дошел до путей. Оттуда я прошёлся по полупустой дороге до Некрасовки, где решил дойти до своего дома (живу на окраине Люберец), срезав путь - через коллектор. Дальше метнулся в сторону некрасовской больницы, от которой направился вглубь дачного посёлка (или как это называется).

И тут-то началось самое странное: миновав стройку, я оказался в каком-то пустынном месте, разделенном забором, вдоль которого вились следы; в конце концов, мне пришлось пролезать под забор и я еле-еле смог забраться на пригорок, после чего вновь оказался в ловушке - на второй коллектор не смог забраться, хоть он в этом месте и низенький.

После этого я обратил внимание на следы и мне чуть не стало плохо: следы были не собачьими, как мне казалось, а человеческими. Ступала босая нога и, судя по размерам следов, детская. Следы поднимались на коллектор и нигде не было прибитого снега, то есть, то, что взбиралось на насыпь, поднялось на неё с первого захода, нигде не упало и даже не хваталось руками за склон. Вдобавок, из-за самой насыпи слышались какие-то голоса, но когда я позвал на помощь (не хотелось оставаться в той самой ложбине надолго), никто не подошёл, а голоса стихли.