Страшилка

Боль в груди. Вкус метала. И терзания в душе.
Именно это и почувствовал вампир-ультра. Когда по неизвестной причине, переместился в неизвестное место, на пару с злобным и тщеславным вампиром убийцей - Харлаусом.
Питер почувствовал странную боль, он же вампир, он не мог умереть от металла, но силы покидали его, разум тускнел, вскоре ноги подкосились... вампир упал. И неизвестно, что с ним случилось... ведь он был не один...

Тем временем, семья Питера, вместе с семьей Керк пытались противостоять многочисленной армии людо-оборотней. Казалось надежды на спасение уже нет, силы вампиров ослабли, жертвуя собой погибла и Несси... Но тут пришла помощь, откуда не ждали...
Семья Градери, из Южной Африки. Проделав такой путь, пришла на помощь свои старым родственникам. Градери отличались большей силой и ловкостью, они были машинами для убийства. Теперь у вампиров были шансы, но они выбрали другую тактику...
Теперь они медленно отступали к городу на берегу, там, каждый житель был вампиром, злобным и жаждущим. Так вампиры могли бы победить в войне, но основные надежды возлагались на Питера. Который в данный момент, был в ином мире затменья.

Эта история передана мне письмом через знакомых. Рассказана она молодым человеком лет тридцати, не пожелавшим назвать свое имя.

Музыкой я интересовался всю свою сознательную жизнь, а к окончанию школы имел за плечами несколько лет обучения в музыкальном кружке, где и изучил нотные азы. Именно там я и познакомился с ребятами, мечтавшими создать свою собственную группу, которая способна была бы превзойти популярный в то время (начало 90-х) "Ласковый май". Но, как оказалось впоследствии, из всей этой компании больше всего этого хотел именно я. Работал я тогда, как одержимый, успевая не только сходить в школу, но и самостоятельно, путем нечеловеческого упрямства учиться играть на гитаре. Естественно, что мое старание заметили преподаватели и начали меня ставить в пример остальным, что очень не понравилось нашему лидеру, который до меня был тут любимчиком. В общем, после недолгих угроз он просто выгнал меня из группы, хотя к тому времени большая часть материала, который мы готовили для альбома, была придумана и написана мной.

В итоге, после исключения из команды мне пришлось также уйти и из кружка. И только после того, как я несколько недель не приходил туда, меня вызвал на разговор преподаватель, который расставил все по местам. Как раз в то время мне в руки попала интересная книжка детского писателя Джанни Родари (наверное, многие помнят о мальчишке по имени Джельсомино, обладавшим разрушительным голосом). Меня, конечно, мало заинтересовали бы его фантазии, если бы не один рассказ, в котором говорилось о двух разбойниках, которые, записав пластинку с "психотропной" музыкой, запросто смогли ограбить всех посетителей магазина, которые при этом ничего не могли вспомнить. Меня заинтересовал не сам факт применения подобной музыки - я ничего криминального не замышлял - а то, как она действует на подсознание. Тем более, что до этого я читал в одной из газет о человеке, который, подбирая различные мелодии, лечил людей. И у меня появилось огромное желание, какое только может быть у парня старшего школьного возраста, его превзойти. Тем более что ноты я тогда уже знал не хуже, чем какой-нибудь выпускник консерватории.

Она плакала! Наша учительница плакала! Мы огляделись и вдруг поняли! Его не хватало! В классе не было Димы Батракова! Мы приблизительно представляли что нас ждёт, но такого никто не ожидал! Именно тот момент врезался мне в память! Его больше нет! Он погиб! Он утонул! Девочки плакали, а пацаны тупо молчали. Все любили Димку, этого весёлого мальчугана, который распевал неприличные песни с Каримовым Владом! И вот, место рядом со мной пустовало!

Прошла неделя, большинство класса надело чёрные наряды, кто-то вспоминал его характер, кто-то просто тихо плакал в сторонке, только я была бледна.

В тот день я проснулась посреди ночи под чьим-то взглядом. Я привстала с постели и увидела его! Он стоял как раньше: в рубашке и джинсах, только неестественно бледный. Он что-то бубнил, когда я попросила его сказать громче он сказал: "Ты пойдёшь со мной, не сейчас, через год я вернусь, но не один, со мной будут твои страхи!" И он ушёл!

Я шел по темному, старому парку в час ночи. Иду я себе в наушниках, сигарету покуривая. И вдруг мне показалось что кто-то за мной пристально наблюдает. Я повернулся назад, но рядом никого не было. Я подумал что все мне это показалось, ну или из-за сигареты, табак старый. Но меня сильно волновало ощущение что кто-то правда, идет позади меня, дерево к дереву, и пронзает взглядом. Я обернулся, достал телефон и все осветил им, чтобы убедить себя в том, что это воображение разыгралось.

И в правду, я посмотрел под всеми деревьями, которые были близко, никого там не оказалось. Я даже посмеялся над собой, о я такой взрослый уже 20 лет, а я пугаюсь как трехлетней малыш.

Иду я дальше, вдруг услышал шаги позади себя, обернулся и увидел уродливое существо, похожее на зомби. Его лицо было все в шрамах и изо рта текла черная кровь, словно из вены. Я как его увидал, сразу же побежал со страху. Я бежал и бежал, до дома оставалось метров 200. Вдруг я почувствовал его руку на моем плече, он меня догнал.

Это происходило в 2006 или 2007 году, мне тогда было 11 или 12 лет - я точно не помню. Мы с родителями жили в одном из спальных районов на севере Москвы. Я училась в школе и после уроков или по выходным любила кататься на роликах по дворам или просто гулять. Мама иногда отправляла меня в магазин по мелочи - хлеб, еда для кошки и т.д. Ну и, чтобы в разные магазины не заходить, я всегда ходила в небольшой крытый рынок. Там разные отделы были - с продуктами, зоотоварами и хозтоварами.

Однажды я пошла в очередной раз за хлебом. Стою в очереди, думаю о чём-то и тут меня кто-то по плечу хлопает. У меня особо друзей не было, которые могли бы меня тут встретить, поэтому я заведомо настроилась на оборону. Поворачиваюсь и вижу - надо мной навис высокий, худой, немного уродливый (особенно запомнился длинный узкий нос крючком) молодой человек лет двадцати пяти с явными признаками психического отклонения (глаза у него горели безумно, бр-р-р) и улыбается так мерзко, тихо посмеиваясь (хотя я до сих пор не уверена, что это можно назвать смехом - звук был такой, какой обычно дети с синдромом Дауна издают, удивляясь чему-либо).

Я в ужасе, сказать ничего не могу, потому что была очень стеснительная. Сердце как бешеное колотится, что делать - не знаю. Стояла секунд пять, а он мне рукой так машет очень медленно, как будто у него с координацией проблемы и говорит: "Привет!". Потом опять это "гы-гы-гы". Тихо так. Я бежала так быстро, что до дома добралась минуты за три. Прибежала с глазами по пять рублей и маме стала рассказывать. Она отмахнулась, сказала, что по весне много всяких ходит, но велела аккуратнее по улице гулять.

Не замечая никого, я буквально ворвалась в знакомый двор. Остановившись лишь перед кордоном полиции и стоявшей чуть дальше скорой помощи. Блики спецсигналов, отражающиеся в окнах, на миг ослепили меня, а вой сирен вернул слух. Я приостановилась и, запахнувшись в плащ, медленно подошла к тусовке спецслужб и праздно-любопытных до чужой беды, у родительского подъезда...

- Это просто из ряда вон! У женщины отрезали голову! Крови как с заколотой свиньи! Самой головы нет! Муж в психозе, никого не узнает, твердит про проклятье рода, - доносилось вокруг явственно, но словно через вату.

Продолжая идти, задевая подолом плаща грязный асфальт, я вслушивалась в происходящее вокруг. Отголоски разговоров, словно в тумане, разгоняемые цветными огнями, долетали до меня обрывками фраз, обсуждаемые полицией и врачами. Позади них стояли бабушки и тетушки - те, которым всегда надо влезть, поохать и обсудить сплетни.

Когда я появилась, шагая сквозь толпу, все смолкло, только сине-красный свет огней машин кидал причудливые блики на серую толпу, что расступалась предо мной, не пряча ужас и страх на лицах. Краем глаза я заметила ворона на крыше кареты скорой помощи. Это было безумием, но казалось, его клюв, был изогнут в полуулыбке. Он молча провожал меня взглядом, но взглядом не пустой глазницы с разбитой части головы, а черным зрачком, в котором отражались блики света, превращавшиеся в огонь, пламя ярче солнца.

Кто здесь?.. Откуда?.. - зачем ты задаёшь эти глупые вопросы? Сам ведь прекрасно знаешь что в квартире никого из людей нет, дверь закрыта... В твоей голове появляются нотки испуга, душу поедает этот уже давно знакомый тебе червячок волнения... Успокаиваешь себя мыслью о глюках, о розыгрышах друзей, ремонт соседей. Но при этом сам прекрасно понимаешь - не то!

Ну вот зачем, зачем ты оборачиваешься назад каждую минуту?! Понимаешь же, что за спиной никого нет, хотя как нет? А как же я! Значит люди ещё не лишились животных инстинктов - и самого главного - инстинкта самозащиты. Но ты ведь понимаешь, что никого ты там, за спиной не увидишь. Думаешь, если резко повернёшься, то застанешь меня? Не смеши, мой бедный сшитый ротик! Я читаю твои мысли, с затылка, вижу как по позвоночнику бегают мурашки-бикорашки. Мои верные помощники. А в этот момент ты думаешь о родителях, нет, не о том как они там... О том, почему они не купили тебе ноутбук и почему стол поставили к окну - так ты сидишь спиной к дверям, а по факту к неизвестности...

Однажды тётя Наташа попросила посидеть меня с моими племяшками Ариной и Евой, т.к. они с дядей собирались пойти на празднование юбилея своего близкого друга в тот вечер. Они жили в небольшом двухэтажном домике, в тихом районе города. Конечно я с удовольствием согласилась, хоть мне и надо было ехать в другой конец города.

Я обожаю возиться с детьми, а особенно со своими племяшками. Мы договорились, что я подъеду в пол-восьмого вечера. Заранее заехав в магазин, я подготовилась к вечеру, который собиралась провести за просмотром нового фильма.

Проводив тётю с дядей, искупав малышек, я пошла укладывать их спать. Удостоверившись, что дети уснули, я спустилась вниз, включила телевизор, открыла пакет с заранее купленными чипсами, налила газировки и приступила к просмотру фильма. Как только начался фильм, я услышала Аришин крик сверху. Поднявшись, я спросила в чём проблема. Ариша сказала, что она боится, потому что мужчина ей нашептал, чтоб она пошла в родительскую спальню.

Я посмеялась и сказала, что ей это приснилось. Ариша была напугана и попросила меня остаться с ней.

- Чего? - неосознанно пробормотал я. Обернулся... хммм пусто.
Свернул листок засунул в карман куртки и вышел наружу.
Я нашел Мишель по запаху. Она сидела у костра, уткнувшись носом в коленки. Кажется заснула...
Я присел рядом на землю и увидел рядом плед. Улыбнулся, накрыл им девушку и встал.
- О... привет, а... Миша верно? - сказал чей-то наивный голос сзади.
- Михаил. - поправил его я. Обернулся. Сзади стоял парень. Явно младше меня. Ему лет 15-14... хммм, - А ты меня знаешь?
- Мне о тебе Мишель рассказывала... - улыбнулся он.
Вдруг к парню подошла женщина, схватила его руку и, обронив несколько грозных слов на другом языке, оттянула мальчика прочь. Мне было не понятно ее поведение.
- Ты уже вернулся... - сказала тихо Мишель. Я обернулся.
- А ну да... - почесал голову я и подошел.
- Что-нибудь нужное нашел? Хотя, это мое дело... если хочешь, не отвечай, - вдруг опомнилась она.
- А да нет... блин, не знаешь почему та женщина оттянула того мальчишку от меня?

- Ну где же она... где же... - Стейси рылась по всем тумбочкам и ящикам в поисках папки. Но, как назло, её нигде не было. Она бегала кругами, пока не заметила что камин (мисс Гройфленд решила сделать себе кабинет уютней, средств у больницы достаточно, почему бы и не побаловать себя?) горел ярким пламенем из-за того, что в нем что-то горело. Приглядевшись, она увидела папку. Схватив кочергу, она долго провозилась, чтобы как-то изъять уже совсем сгоревшую вещь. К сожалению, папка была сильно испорчена и сгорела полностью.
- Блин, как же я узнаю об неком карантине?! - она села, схватившись за голову.
Так просидела пять, десять, пятнадцать... и т.д. минут.
Неожиданно раздался душе раздирающий крик.
Она вздрогнула и вскочила с места. Что-то произошло...
Тем временем...
Один из-зараженных очнулся в странной комнате, перед его глазами плавали круги и всевозможные галлюцинации. "Где... я... Кто... я... Ч... ч... что... проис... ходит..." - в голове всплывали эти вопросы. Молодой человек лет 24 с поседевшими от пережитого волосами, прикован был к странному стулу. Память возвращалась к нему.
"Мое... имя... Леон... да, точно. Помню", - он облегченно вздохнул, еще не понимая, что с ним. Еще немного покопавшись в своих мыслях, пока зрение не восстановилось. Осмотревшись, его взяла паника. Язык был вял, но он мог говорить, в данном случае кричать: "Какого черта?! Где я? Что происходит?! Эй!"