Страшилка

Вы когда-нибудь чувствовали себя одинокими? Раздавленными. Униженными.
Желание уничтожить вся и всех терзает вас каждый день.
Для вас утро не бывает добрым. У вас нету определенной цели в жизни.
Каждый день как нескончаемый кошмар. Посещающие мысли о суициде не дают вам покоя.
А теперь представьте на минуту, что это все терзает меня каждый день в 10, а то и в 100 раз сильнее, чем любого из вас! Я не могу спать, не могу что-то делать по дому! Все к чему я прикоснусь - ломается или бьется! Этот взгляд, это прикосновение холодных как лед рук, эти глаза темного цвета... Боже! Ну сколько, сколько можно??! Я не могу сделать себе кофе, не пролив кипятка себе на руку. Не могу насыпать кофе с ложки, поскольку руки трясутся как у алкаша. Каждую ночь закатываться в одеяло... Под три!!!.. только бы лишь оно ушло...
Вы считаете меня сумасшедшим? Наверное, вы правы. Я - псих... Ахахаахаха!!
Никто меня не понимает. От меня отвернулись все - родные, друзья, моя любимая девушка.
Нету ни помощи, не поддержки, ничего...

Все произошло 4 месяца назад. Я возвращался домой после ночной смены. Было где-то 7 утра. Глаза слипаются. Спать хочется жутко, вырубаюсь каждую секунду. Только закрываю глаза, как вижу сон. Не спать! Главное не спать!
Осталось совсем чуток до дома. Доеду, высплюсь. Чертов лес! Нифига же не видно!
Дорога, темнота, горит одна фара и только ближним светом. Никак не успеваю поменять. Хорошо что хоть дорогу выучил. Дырявое дерьмо, а не дорога! Повсюду ямы, я устал покупать резину, устал жить в доме, похожий на сарай, слушать свою тупую девушку, своих убогих друзей, мол, Сережа, не беспокойся! Все будет хорошо! Продашь этот дом, переедешь в другое место... Госпади! Лучше бы я сдох! Достал из бардачка фляшку с коньяком и щалпом, сделал глоток.
Мгновение. Сильный удар по кузову. Педаль тормоза в пол. Тишина. Везде темнота. На переднем стекле пару пожелтевших листиков и капли моросящего дождя. Решил выйти из машины.
Что это было? Неужели есть тот, кто ночью здесь обитает? Может лось или медведь?
А может просто пень не увидел. Чертовы дыры в дороге.

Пять подруг - Яна, Катя, Аня, Таня и Кира собрались устраивать вечер страшных историй. Они любили часто собираться вместе, делать ночевки друг у друга, смотреть ужастики - в общем, были очень хорошими друзьями. Вот только не ладилось что-то в их коллективе. Яна, как лидер и заядлый тусовщик, чувствовала это. Но потом забыла и стала веселиться. "Мысль материальна, - думала Яна, - надо развеяться и разогнать грустные мысли".
Все началось ненамного позже, в ночь, когда они решили вместе побыть до поздней ночи (а впоследствии - и утра) у Киры.
Они выбрали, по их мнению, ну саый страшный фильм, взяли попкорн (так они называли сухие кукурузные хлопья) и сели смотреть его. Фильм, по их мнению, получился на твердую четверку - довольно оригинальный подход, но качество подкачало, да и актеры играли не так талантливо. В общем, они ожидали большего, но остались довольны.
- До скольки собираетесь не спать? - спросила Катя.
- Не знаю. Часиков до пяти утра, наверно... А что такое? - поинтересовалась Кира.
- Что-то мне нехорошо, - пожаловалась она. - Голова раскалывается. Если тут не требуется моего срочного присутствия, я, пожалуй, пойду. - Девушка взяла телефон и удалилась.
- Эээ... Ну ладно, - замялась Яна. - Спокойной ночи.
- Спокойной ночи, - Катя взглянула на нее чуть ли... не с презрением?
Они пытались продолжить веселье, но пустое место, там, где должна была сидеть Катя, пугало девушек, словно призрак. Вскоре улыбки стали походить на гримасы, которые были пострашнее всяких мрачных клоунов. Внезапно раздался звонок на телефон Киры. "Номер не определен". Она взяла трубку. Отошла и попросила сделать звук тише. "Может, не стоит отвечать?". Голос был, как у робота - четкий, холодный и бесстрастный:
- Здравствуй, Кира. Ты умрешь первой. Повинная в грехе Второго круга Ада, у тебя есть 3 дня, чтобы молиться об упокоении души. Кира... - эхо было непривычным, оно шло в обратном направлении, - Кир... Ки... К... пфффф. - звонок окончен.

Дорогой читатель, если ты читаешь этот дневник, значит я уже мёртв! С уважением, Женя!

Встав утром с кровати, я по привычке пошёл завтракать со всей семьёй. Съев борщ мы принялись пить чай, но обнаружили что дома нету сахара и меня отправили к соседям за сахаром. Одев свои тапки, я вышел в коридор и постучался в соседнюю дверь, но мне никто не открыл. Тут я обнаружил, что дверь не заперта и я решил зайти в эту квартиру.

- Есть тут кто?! - прокричал я, но так и не услышав ответа. Пройдя дальше на кухню я увидел мёртвую женщину, но её поза... Она стояла и держала в руке нож, которым резала морковь! После смерти её мышцы не расслабились. Меня охватила паника и я мгновенно выбежал в коридор, затем зайдя в квартиру я рассказал обо всём папе. Он зашёл туда, всё осмотреть, после чего вернулся к нам.
- Надо звонить в полицию! - проговорил он.
- Что там произошло? - спросила его мама.
- Там стоит мёртвая женщина с ножом, которая резала морковь. Её никто не убивал! Я обыскал там всё! Нет никаких следов убийства, такое ощущение словно она погибла от болезни!

- О, Боже, у тебя кровь!!! - вскрикнула Катрина.
- Да что ты?! А я не знала что при ударе ножом пойдёт кровь! - с сарказмом сказала девушка.
Агата ударила себя между рёбер и алая кровь распространялась большим пятном на её одежде, медленно стекая на пол. Девушка посмотрела на меня и натянуто улыбнулась.
- Ну наша фея-спасительница теперь твой ход. Мне нужно что бы рядом оказался Джон - фактом сказала кареглазая.
Мне нравилась её целеустремлённость, то что она понимала всю безвыходность положения и была готова на всё. То что она не боялась меня и позволяла себе говорить со мной в таком тоне. Хотя я могла легко её уничтожить. Увы, но она мне нужно для совсем неблагородных целях. Как и все остальные.
- Конечно - снисходительно улыбнувшись, сказала я.
Я мгновенно оказалась около неё и схватив за руку щёлкнула пальцами и мы оказались совершенно в другом месте.
- Пробежишь, поэтому коридору и его покои не упустишь из виду. И да девочек я доставлю позже - бросила я и сделала вид что ухожу.

Я щёлкнула пальцами и пропала из вида. Агата ещё смотрела в мою сторону, но потом чуть не упав от боли, направилась быстро как она могла по коридору. Она не знала что я не ушла, а просто стала невидимой и шла за ней. Меня всегда поражала способность пораниться в аду. Ты вроде мёртв, но у тебя может пойти кровь. "Плоть нужна для того, чтобы наказывать и делать больно", вспомнила я как-то фразу Элизабет, которую в свою очередь она тоже услышала от кого-то. У меня не было время думать об этом. Бедные девочки, они даже не знают, что этот спектакль был поставлен ещё задолго до них.

У меня есть одна не очень хорошая привычка. Она состоит в том, что на улице я вечно поднимаю с тротуара каждую вещицу показавшуюся мне интересной. Затем рассматриваю её и по мере моего любопытства выкидываю или беру с собой, чтобы хорошенько разглядеть её дома. В моей комнате уже накопился целый склад таких вещей. И хотя я уже однажды пожалела об этой привычке, я никак не могу от неё избавиться. Кстати, об этом "однажды" и пойдёт речь.
На тот момент мне было лет 14 или 15. Я прогуливалась с подругами Лизой и Жанной (хотя в этой истории они не сыграют большой роли, имена я всё же назову...). по парку, впрочем, как и каждый вечер. На часах было уже пол-девятого, когда подходя к дому я увидела на дороге какую-то странную тетрадку. Я подошла и подняла её. Тетрадь была заляпана какими-то красными пятнами. Большого значения этому я не придала, так как валялась она около забора, который только недавно красили. Забыла упомянуть, что больше всего из потерянных на улице вещиц меня привлекали именно тетрадки и всякие блокнотики. И следуя своему пристрастию я положила тетрадь в сумку и побежала домой.
Родителей дома не было. Для меня это не было новостью: мама несколько недель назад уехала в командировку, а папа с работы приезжал только в 02.00. Вдруг раздался радостный визг.
- Саша пришла! Ура, Саша дома!
Из комнаты выбежали мои младшие: Рома и Вика. Обоим было тогда по 4 года. Они - двойняшки и я как старшая должна за ними следить. Но я устала как собака, поэтому накормив их ужином, оставленным моим отцом на плите (папа готовил очень хорошо, а вот я вообще не умела. Да впрочем он и сейчас хорошо готовит, а я и сейчас могу сделать максимум яичницу) и уложив спать я убежала к себе в комнату.
Я включила ночник, достала из сумки тетрадь, села за стол и открыла её на самой первой странице. Лист был пустой. "Что?! Неужели она пустая... - пролетали мысли в моей голове. - Ладно. Посмотрим дальше".
Я начала листать тетрадку. Уже на втором листе появились какие-то рисунки, странные знаки. Ещё через несколько листов появились... записи. На английском, затем на французском, потом на польском... а дальше пошли языки, которых я не знаю вообще. И вдруг появилась запись на русском. Но не та, что на тех языках. Это можно сразу определить. Тут были какие-то цифры, а ведь если я не ошибаюсь числа на всех языках одинаковые... Но задумываться об этом я не стала и сразу начала изучать последнюю запись.

На часах за полночь, на лицо Анны падает серебристый лунный свет. В дрожащей руке - треснутая чашка с кофе, она не должна спать. По коридору разлился ядовитый белый свет, слышны торопливые шаги. Детские стоны и плач до сих пор стоят в ушах. Со сломанного душа без остановки течет вода. На дворе зима, а в школе все еще нет отопления. Из-за этого ее слабые детки- Мариночка и Сашенька сейчас легли в больницу с пневмонией. Сама Анна была здорова и вынослива от рождения, никогда не болела ничем серьезным, в пять лет ее отдали на спортивную гимнастику, в десять папа подарил горный велосипед, в пятнадцать Анечка уже участвовала в некоторых соревнованиях и занимала призовые места. Но жизнь повернулась так, что сейчас она всего лишь библиотекарь, а ее дети цепляют на себя любую заразу. В 19 лет ее изнасиловали сзади школы. Сильная на первый взгляд девушка сломалась как тростинка на ветру. Беременность девушка заметила поздно. Ложиться под нож на аборт было страшно, Аня натянула время и срок аборта истек. Родился Сашенька. Первый раз малыш загремел в больницу в шесть месяцев. С тех пор и начались мучения молодой мамы и ее нежеланного сыночка. Спустя три года Анна вышла замуж и родила Мариночку, но во время беременности случилась беда - Анна упала на лестнице. После рождения такой же нездоровой девочки муж Ани умер - попал под машину. Сейчас ей 32 года, жить не хочется. В палате помимо ее детей лежат еще трое незнакомых малышей. Анна тихо поднялась с табуретки и наклонилась над девятилетней Мариной. Мать ощущала на себе горячее дыхание дочери и дрожь ее тела. Анна подошла к кровати Саши. Он укутался с головой в одеяло и крепко спал. Анна побежала за медсестрами.
- У моей дочери сильный жар и она вся дрожит! Помогите! - глаза женщины наполнились кровью, она еле сдерживала слезы. Медсестры разбудили девочку и дали несколько таблеток.

Семья, в которой родился и вырос Тото, переехала совершенно в другое место. Оно отличалось и климатом и людьми. Там, где раньше жил Тото, люди были молчаливые и мрачные, но тут все были совсем другими. Все всегда здоровались и улыбались, былые вежливы и общительны. Для Тото, мальчика не общительного и довольно не обычного, сложно было привыкнуть к новому месту жительства, но тем не менее он как-то смог найти себе друга. Это был добрый и общительный парень. На внешность, полная противоположность Тото. Длинные светлые волосы, аккуратные, но заметно мужские черты лица и голубые глаза. Сам Тото был коротковолосым брюнетом, с вполне обычным лицом, но ярко зелеными глазами. Они встретились совершенно случайно и сразу разговорились. Это был первый настоящий друг Тото...
- Мам, я ушел, - Крикнул Тото стоя в прихожей своего дома. Он хотел скорей встретится с Наем, так звали его друга.
- Ты с Наем? Ну да, с кем же еще... Ладно, иди.
Ответила мама, даже не спрашивая ни о чем сына.
- Сама спросила, сама ответила...
Ехидно сказал Тото и хмыкнув, вышел на улицу. Погода была очень хорошей, ничего не предвещало дождя и он решил что сегодня будет здорово. Тото еще не знал, что же случится этим вечером...
Выйдя из дома, Тото направился к месту встречи, коим являлся небольшой скверик около дома Ная. Жили они недалеко друг от друга, так что парню дойти не составляло труда. Через несколько минут он уже был на месте, Най тоже подошел, как выяснилось совсем недавно.

- Да будьте вы все прокляты! Вы и ваши дети до седьмого колена! - кричала старуха-ведьма, к ногам, которой кидал хворост палач.
- Господь милосерден к заблудшим, покайся! - воскликнул молодой инквизитор, пока палач не кинул в хворост горящий факел.
- Я родилась ведьмой, я жила ведьмой, я и умру ведьмой! - не унималась старуха.

Толпа удивленно ахнула. Еще никто, никто не говорил подобного. Все только оправдывали себя, надеясь, что инквизиторы смилостивятся, но ответ был всегда один:
- Карай.
Палач лишь кивнул и бросил к ногам ведьмы горящий факел. Хворост мгновенно воспламенился и затрещал. Старуха взвыла от боли и, резко повернув голову в сторону инквизитора, прошептала:
- Sed caritas, cum animus tuus non quietatur nisi in lacus aqua rubet inquinavi... *
Ее глаза на секунду из мутно-зеленых стали красными. А после ведьма, совершенно забыв об инквизиторе, взвыла, ведь огонь подобрался к ее ногам.

Я и моя лучшая подруга Верка поступили в университет. В общежитии мест не было и мы нашли тесную однушку у какой-то бабули. Квартирка была страшненькая, тёмная, запущенная, но зато платили мы за неё копейки. Обустроили немного, вроде даже и уютно стало. Бабка к нам заходила редко, да и что там было ценное портить, мебель старая, всё разваливается, хоть бери да выкидывай.

Год проучились как отличницы, а потом Верка вошла во вкус жизни без родителей. Нашла парня байкера, ночами пропадала с ним, носились по городу. А мне эти её гонки никогда не нравились, как чувствовала я.

В тот вечер Вера готовилась особенно - её парень должен был знакомить со своими родителями. Заехал за ней, она вся сияла от счастья. Я ей напомнила, что завтра зачёт и чтобы она не засиживалась. Пригласила к себе однокурсника, мы хорошо дружили и вместе готовится к зачёту было проще.

Очень плодотворно провели вечер, рылись в интернете, потом Лёшка сбегал за пивом, мы писали шпаргалки, веселились, придумывали куда б их незаметно спрятать. Так заигрались, что не заметили, как пробил час ночи. Решили, что Лёшку можно положить на пол, а завтра вместе в универ пойдём. Верке кое-как поможем с зачётом.

Здравствуйте, дорогие читатели. Вы, наверное, уже ознакомились с первой моей мистической историей: "Домофон". Если нет, то лучше прочтите, для полного смысла. Хотя, о каком смысле я говорю? Он бесконечен. За одним мистическим событием, сразу следует другое. Но я привыкла. Да, я живу только в мире мистики. Другого мира у меня не существует. Почти... Иногда мне дают "отпуск".
Сейчас я сижу за столом с чашечкой кофе и думаю, как вам получше описать следующее событие. Оно плавно исходит от события в первой части.
Ладно, начнем с того, что я очнулась в палате. Оказывается, тогда, я все-таки нажала на кнопку домофона. И все. Я впала в кому. По крайней мере, мне так там сказали.
Значит, очнулась я в палате. Просто пустая, белая, чистая палата. Я попыталась встать, но сразу рухнула на пол. Ужасная слабость, так хотелось есть! Я доползла до двери и медленно дотянулась до ручки. Приоткрыв дверь, я посмотрела через щель. Кто-то заехал мне дверью в лицо. На пару секунд все потемнело. Пока проявлялся свет, я чувствовала, как этот кто-то взял меня на ручки и бранился на себя. Когда я более-менее пришла в сознание и все вокруг проявилось, я уже лежала в кровати. Доктор сидел рядом я рассматривал моё лицо.
- Больно? - спросил он у меня.
- Уже не очень... - еле был слышен мой голосок, - А что я здесь делаю?
- Ты впала в кому. - Сказал доктор. Я огляделась.
- А где медицинские аппараты, которые показывается частоту сердца, специальные штуки, которые лепятся на кожу?