Страшилка

Один человек продавал шляпы. У него покупали шляпы истинные богачи. Один раз он пришел посмотреть на завод, как же производят эти шляпы. Только он зашел, пустили некий газ. Все люди, кроме этого продавца - умерли. Вот и решил он забрать эти шляпы себе. Как обычно он торговал... И вдруг к нему подошла полиция.
- Во-первых, то что вы продаете - незаконно. Во-вторых, - выяснилось, что люди, которые покупали у вас эти шляпы, умирали. Каждый до единого! Мы просто вынуждены вас арестовать.
- Но... Как... Я не...

Он сидел за решёткой и никак не мог понять, за что он здесь и надолго ли...
Скрип тяжелой тюремной металлической двери посреди ночи прервал грустный сон заключенного.
- Какого черта? - сказал с испугом и злостью он. - Кто это может быть?
Из-за двери он услышал очень сладкий, монотонный голос. Голос манил его.
Его разум помутнел. Но голос все маняще повторял:
- Иди к нам... Мы принесем тебе свободу... Ну, давай... Иди к нам... Сделай это...
Он всячески пытался не вестись на эту чью-то провокацию (как он считал).
Но всё же тот голос взял свое. Он вышел. Тихо идя за этим голосом, он понял, что голос привел его на кладбище. Поднялся жуткий туман. Он даже не мог разглядеть свои ноги. Как вдруг он начал улавливать звуки... Только это уже был не тот сладкий голос, а гул, эхо, жуткое завывание. Туман резко исчез...

Сделаю небольшое интро. Главные герои рассказа, то есть я и мой друг Сергей, которого все зовут Серым, ищем в заброшках оставленные людьми вещи и забираем эти трофеи себе. Решил предупредить на будущее, что мы занимаемся сталкерством, во избежание лишних вопросов.
Теперь к делу. Было время, когда я экономил на спичках. Жалел денег практически на всё... Вот и поплатился. А началось всё как?..

Однажды поздней осенью мне пришлось задержаться в городе N. Гостиница казалась мне дорогим вариантом, особо тратиться не хотелось. Но не беда. Кто ищет, тот найдёт. Чудом договорился с хозяевами вполне даже отличной квартирки, даже удивился низкой цене, но вскоре придумал себе объяснение: может, история у этой квартиры нехорошая, с криминалом связана или что ещё. Мне-то всё равно было, я лишь на пару дней.
- Ну, тогда в понедельник созвонимся, и вы оплатите.
- Конечно! Я вас наберу, не беспокойтесь.
Мне вручили ключи, и мы распрощались. Перед тем как собеседник скрылся из виду, я заметил промелькнувшее на его лице неуместное сочувствие. Сейчас я, конечно, понимаю, что это было не просто совпадение...

Утром следующего дня я сразу пошёл на кухню, собираясь сделать себе чаю да почитать книгу. Был выходной, никаких планов у меня не было, и я никуда не торопился.
Однако меня несказанно удивила немытая чашка с недопитым кофе – я его не пью, да и посуду мою за собой. Может, пока я спал, заходил хозяин? Но нет, я бы услышал, да и не стал бы тот заходить, не предупредив при этом меня. Кстати говоря, имевшаяся в квартире «Мока» была чистая, а вышеупомянутый «кофе» выглядел каким-то... слишком густым.
Нелепую теорию с грабителями я сразу исключил, так как совершенно представить не мог, что кто-то станет красть у меня. Кроме того, неразумно это с их стороны было бы – вот так улики оставлять. Я решил взять свой телефончик и набрать лучшего друга.

Я давно работаю в психиатрической больнице, видел много разных больных людей. Каждый страдает своей болезнью, у каждого свои прихоти.

Совсем недавно, было новое поступление пациентов, причем, один из них показался мне весьма уникальным. Он выглядел юно, со стороны казался вполне вменяемым человеком. Вместе с ним сотрудники привезли стопку бумаг, среди, которых наблюдалось заключение нашей больницы, а так же листы неизвестного характера. Эти вещи заинтересовали меня...

Во вторник мне выпала возможность побеседовать с уникальным пациентом. В ходе нашей вполне разумной беседы, я осознал, что пациент обладает хорошими качествами психолога и что ему удалось подвести все к тому, что вопросы задавал он, а не я.

Чтобы выйти из проигрышного положения, я попросил взглянуть на бумаги. Он улыбнулся и одобрительно кивнул. В них я обнаружил свое имя и фамилию, а так же разнообразные диагнозы:

"Аркадий Ротенберг Борисович:
Год рождения: 1978

Диагнозы:
У пациента имеется синдром чужой руки, совместимо с некоторой (незначительной) нервозностью. Также наблюдается наличие нарушений сенсорного восприятия. Распад процессов мышления и эмоциональных реакций. Успешно проходит курс лечения в клинике 10".

Я открыла глаза. Они разлиплись нехотя, вокруг все еще пахло тиной и гнилью. В метрах двух от меня горел слабенький огонек, недалеко маячила фигура. Приглядевшись, я ее узнала: это Эрик. Он стоял, прислонившись спиной к дереву.
- Ты как? - его голос прозвучал немного резко, из-за чего голова немного заболела.
- Просто чудесно... - я удивилась, каким слабым был мой голос. Немного подождав, я спросила. - Как я здесь оказалась?
Эрик улыбнулся, но лишь на секунду. Его лицо снова приняло серьезное задумчивое выражение.
- Ты так орала, что тебя было не возможно не услышать.
Я хотела сказать, что когда перед тобой такой ужас и под ногами мертвецы, то орать только так и надо, но передумала. Все-таки, он меня спас...
- А где остальные? - поинтересовалась я. Во мне не было столько эгоизма, чтобы забывать о друзьях.
Мне показалось, что это слегка его смутило.
- Не знаю. Надо их найти.
- Да, надо. Я без них не уйду. - Согласилась я.
- Я бы посоветовал остаться тебе здесь... - Эрик посмотрел на меня, поймал мой укоризненный взгляд, вздохнул и продолжил. - Но ты ведь все равно меня не послушаешь.

Нынешнее продвинутое поколение, небось, никогда не сталкивалось с объектом под кодовым наименованием "советская телефонная будка". Напоминаю: в канувшем в прошлое СССР таковая имела вид железной остекленной коробки, в которой на стене висел тяжелый телефонный аппарат. Сбоку или сверху на рычаге лежала трубка. Сверху торчал монетоприемник. Обычный звонок стоил две копейки, междугородний - пятнадцать. Звонок в скорую и милицию был бесплатным. В сущности, нынешние таксофоны весьма похожи на своих древних предшественниц, только вместо монеток в них суют кредитные и телефонные карточки. Сооружение не отличалось элегантной кондовостью английских телефонных будок, единственная стенка в нем обычно была изрисована похабенью и символами любых спортивных команд, а стекла разбиты.

Скромные будочки втыкались около оживленных магазинов и перекрестков, рядом с кинотеатрами и школами. В девяностые годы их поголовно снесли, даже следа не осталось, лишь смутные воспоминания.

Вот почему меня так удивила затаившаяся в сиреневых кустах будочка во дворах на Петроградской. Я галопировал по делам, эдакая офисная креветка с портфельчиком и папочкой наперевес, а будка стояла себе, никого не трогала. Прежде вроде ее тут не было и я затормозил, подивившись уличному раритету. Позабыли о ней, что ли? А что, местечко укромное. Никого, кроме тихих алкашей, вон и бутылки в кустах поблескивают. Натыкаешься порой в Питере на такие места, где время словно остановилось. Не поймешь, какой год и век на дворе. Заросшие лебедой брошенные стадионы, закрытые на вечный капитальный ремонт школы или бывшие киношки. Старые облезлые афиши на стенах, ржавые указатели, ностальгия во весь рост.

Чертова ностальгия и толкнула меня в спину.

Как обычно я шёл после школы домой, на улице довольно темно и прохладно (учусь я со второй смены). Прихожу домой, кидаю портфель в угол и заваливаюсь на кровать. Полежав чуток обессиленный я и не заметил, как уснул. Проснулся я от звонка на мобильный. Нащупав телефон в кармане я глянул на него. На дисплее высветился номер моего друга Никита.
- Даааа? - сонным голосом протянул я.
- Андрюх! Быстро без вопросов давай ко мне на хату, тут такое!
- Мммм... Хорошо, через 15 минут буду у тебя...
- Ага, давай жду!
По голосу я понял, что Никита явно был обеспокоен и напуган. Через 9 минут я уже стоял у его квартиры и звонил в дверь. Простояв так 2 минуты, я решил позвонить ему на мобильный, но он был недоступен. Это меня очень сильно насторожило. Я начинал подозревать, что дело тут не чисто и поэтому решил войти в квартиру.
Войдя внутрь, я чуть не упал. По всей квартире царил хаос и беспорядок! Все Никитины вещи были в плачевном состоянии и раскиданы по полу. Я тихонько вошёл в зал. При попытке включить свет, ответом мне было лишь эхо от выключателя. Я встревожился не на шутку! И тут совершенно неожиданно для меня в комнате Никиты зазвонил телефон. Его телефон! Хотя я точно помнил, что ещё 7 минут назад он был недоступен!

Дети бегают по всему городу в нелепых костюмах привидений, вампиров и мертвецов. Выклянчивают у людей сладости, громко смеются над испуганными "жертвами", а подростки ходят по заброшенным домам и больницам, рассказывая друг другу страшные истории. И такое веселье может продлиться всю ночь. До тех пор, пока что-нибудь не случится...
Луна была яркая, как никогда. Фонари на улице освещали ночным путникам дорогу. В воздухе витала прохлада, осенние листья разлагались в сухой траве, придавая ночи еще более необычный запах. Деревья в парке склонили свои когтистые лапы, на них уже практически не осталось листвы. Где-то там, за многолетними кленами и елями, горели ночные огни города, в нем и проходило празднование Хеллоуина.
Судя по-всему, в частности по холодной луне высоко в небе и звездам, был наверное третий час ночи. Старый парк пустовал. Даже в Хеллоуин сюда не очень любили заглядывать. На это было три причины: многочисленные тропинки, расползающееся по всей территории парка и многие из них вели в огромный сосновый бор, а некоторые - на кладбище. Жутковато. Но пока что мертвые не выбираются из своих могил. Ну и конечно же, люди просто боятся забрести куда-нибудь не туда. А вот и вторая причина: если вы заблудитесь здесь, то маньяки всегда будут рады поживиться либо вашими деньгами, либо девственностью, либо жизнью. Решать им, а не вам, хе-хе. И третья причина. По этой причине многие маньяки все же стараются обходить старый парк стороной. Я...
Уже полмесяца я навожу на людей этого небольшого городка страх. Они боятся меня, серийный убийца, отправивший человек шестнадцать на Тот Свет. Не включая мою семью. Целых полмесяца. До самого Хеллоуина. Это будет незабываемый праздник...

В детстве родители каждое лето отправляли меня в детский лагерь. У меня никогда это не вызывало восторга, я сложно заводил новые знакомства, был замкнут и любил читать, а не гулять. Так что друзей у меня было очень мало и я не умел контактировать с ровесниками. Неудивительно, что в лагере меня травили. Первая июльская ночь 2000-го года оставила глубокий шрам в моей психике. Комнату (мы их называли "палаты") я делил с тремя не очень умными, но жутко хитрыми в своей отвратительной злобности дворовыми гопниками. С самого начала у нас не задались отношения.

К первому июля мы жили вместе уже около недели и каждый день они пытались меня как-то поддеть или заставить делать что-то, над чем можно было бы посмеяться, пока один из них не бросил все попытки поиздеваться надо мной и не предложил подружиться. Никита был главарем этой небольшой шайки, поэтому остальные тоже перестали меня поддевать, начали делиться печеньем и сладостями. В общем, я успокоился и ослабил защиту.

После вечернего отбоя Никита предложил побегать наперегонки по огромному общему балкону, выход, на который был из каждой "палаты", - по утрам там проводили зарядку. Мы вышли, как были: сразу из постелей, в майках и трусах. На счет "Три!" я побежал туда, куда мы договаривались бежать, а Никита и его друзья - обратно в комнату. Они заперли дверь и смеялись так, что один из тех двоих, чьих имен я не помню, упал на пол, схватившись за живот. А я стоял в одном белье, чувствуя ночной холод и огромную обиду за это предсказуемое предательство. Утром, когда меня увидел один из воспитателей, той троице изрядно досталось, а я переехал в другую комнату, -то была настоящая комната, одна из предназначенных для вожатых и воспитателей. В тот же день туда поселили Ванюшу.

Однажды я решила узнать, что же всё-таки происходит, когда мы спим? Я поставила камеру в своей комнате и ещё в ванной, так как я постоянно слышу, как из неё доносятся звуки. Ну, вот и стемнело... Я поужинала и пошла спать. Я включила камеры и заснула. Утром я решила просмотреть материал и увидела я следующее: дверь в ванную медленно открылась, а спустя два часа снова закрылась. Я была в шоке...

На следующую ночь я снова включила камеры и потихоньку стала засыпать. Где-то в час ночи я проснулась от того, что в мою комнату кто-то стучал и этот стук постепенно усиливался, но вдруг внезапно прекратился... И дверь с сильным ударом открылась и с громким звуком ударилась о стенку. Я просто онемела... На стенке я видела, что какая-то тень приближается ко мне, а когда она была уже очень близко, я потеряла сознание.

Проснулась я в ванной, которая была немного наполнена водой. Ноги у меня болели зверски! Я обнаружила, что у меня все ноги в огромных ожогах и шрамах! Я еле вылезла из ванной и доползла до своей комнаты. На часах было 9 утра. Я села на кровать и стала просматривать видео. Я увидела, как я потеряла сознание и это нечто отнесло меня в ванную. Оно тащило меня по полу, а дверь в ванную с таким же громким звуком открылась, потом оно положило меня в ванну и включило кипяток, но только до уровня ног, поэтому в ожогах только они.

Дочь и мать стояли друг напротив друга. В глазах обоих отчетливо читался гнев, страх, раздражение, неприязнь ко всему на свете. Света не то чтобы трудный подросток, но у нее особый характер. Она отличный друг, талантливый художник и неплохо учится. Родители Светы тоже обладают чертами своего характера.
В итоге, каждый день из-за таких мелочей, как например: забыла полить цветок, получила недостаточно хорошую оценку, пришла домой позже или раньше обычного или просто ляпнула не то слово и случались конфликты.
Ссора начиналась с игнорирования, затем следовали россыпи щедрых "цензурных слов" и под конец слезы и следы от побоев.
"Странно, до сих пор на меня никто не кричал..." - подумала Света, встав в воскресенье утром с кровати. Обычно сразу ее заставляли делать уроки и наводить чистоту в доме. Конечно же, девочка была голодная, поэтому пошла на кухню. Там сидела мама. Даже не обернувшись, она спросила:
- Ты съела французские конфеты, которые я приготовила для врача?
Надо сказать, Света часто болела - у нее были проблемы с сердцем. Потому каждый месяц надо было ходить к врачу, наблюдаться.
Чувствуя зреющий скандал, Света, не замедляя, четко ответила:
- Нет, я их не ела. Я же знаю, для чего и как дорого они стоят.
- А кто по твоему их съел, я что ли?! Или может отец?! - Руки ее нервно вздрагивали.
- Это была не я. Ты обвиняешь меня в том, что я не совершала. У тебя нет никаких доказательств, - Видно было, что Света все больше и больше злилась, набирая громкость голоса, переходя на крик. - А может, это и была ты? А теперь валишь на других? - Все ее тело напряглось, ожидая удара.
- Я когда-нибудь тебе врала? - мать спрашивала ее, все также сидя на стуле.