Страшилка

На окраине одной старинной деревушки стоял дом. Поговаривали, что в нем никто и никогда не жил. Но вот почему - сказать никто толком не мог. Одни говорили, что в том месте когда-то ведьмина хижина стояла, другие придумывали еще какой-нибудь бред. Дом стоял пустой и холодный. С покосившейся от времени дверью и черными окнами, которые ночью жадно смотрели на редких прохожих, словно подыскивая себе жертву для кровавого ночного пиршества.

Так и простоял бы он быть может еще много много лет бездушно и сиротливо, но однажды ранней весной в деревеньку заглянула парочка туристов. По их словам, они сбились с пути и им необходимо было где-то остановиться пока друзья не приедут за ними. Никто из местных жителей не хотел ютить у себя в доме незнакомых людей и сразу же дали понять, что на радушие рассчитывать не придется. Причину тоже объяснили. На что один из туристов, в безвыходном положении решив попытать удачу в последний раз, спросил:
- А кому принадлежит этот старый дом? - И взглядом указал в его сторону.
Ему ответили:
- Да собственно никому. Ничейный он.
- Ну раз он никому не принадлежит, мы можем там переночевать?
Местные жители только пожали плечами.

Я сидела на кровати, вся тряслась. Не могла ни закричать, ни пошевелиться. А те глаза всё так же смотрели на меня в темноте. "Хоть бы это был сон", - повторяла я про себя. В глазах, что смотрели на меня, была кровь, жажда крови. В них я видела родных и близких мне людей. "Почему, почему именно я? Почему со мной?" - всё смешалось в голове. Я не знала кто это и что ему нужно. Оно смотрело на меня так, как будто сейчас растерзает на мелкие кусочки. Всё что я тогда ощущала не передать никакими словами. Но начнём с самого начала...

Я заснула около 12 часов. Мне снился очень странный сон. В нём отец говорил мне: "Спи, родная, спи, сейчас я к тебе приду" - я не могла ничего сделать. Ни проснуться, ни спать дальше. Но всё же чувство страха переполняло меня изнутри. Я соскочила с кровати и побежала на кухню попить воды. Что же это был за сон? И что имел в виду мой покойный отец?! Я утолила жажду и отправилась спать.

Лежу я на кровати, не могу заснуть, как вдруг я чувствую на себе чей-то взгляд. Поворачиваю голову, а там два красных глаза смотрят на меня не отрываясь. Тела не было видно, только две точки смотрели на меня. Спустя минут пять они исчезли. Но стали появляться буквы на стене. Всё было видно расплывчато, да и зрение у меня -2. Я заснула.

Жил-был старик со старухою. И была у них пенсия маленькая, ниже реального прожиточного минимума.
Просит как-то старик:
- Испеки, старуха, колобок.
- Из чего печь-то? Муки нету.
- Э-эх, старуха! По коробу поскреби, по сусеку помети, авось муки и наберется.

Взяла старуха крылышко, по коробу поскребла, по сусеку помела, но не набралось муки и на пригоршню. Только стоит в углу чемодан с ржавым дедовым инструментом. Вспомнила старуха тут рецепт древний, да и испекла колобок из топора.

Классный вышел Колобок, лезвие топориное, правда, скругленное получилось, зато выдвижное, заподлицо.

Взял старик Колобок, приделал к нему барабан от спиннинга с леской и пошел на охоту. Увидит дед зайца, отвяжет Колобка, тот катится-покатится, догонит ушастого, лезвие выдвинет и давай зайца кромсать, до полной расчлененки. Наткнется дед на волка - шмяк Серого Колобком в голову. То в берлогу к медведю дед его спустит, то к белке в гнездо зашвырнет, и, знай себе, добычу на спиннинг сматывает, Колобку косточки оставляет.

Стали дед с бабой поживать и мясца наживать.

Я очень боюсь оставаться одна. Можно сказать - это моя фобия. Об этом знают только мои родные, потому у меня нет репутации "девочки со странностями" и я не хочу чтобы таковая появилась.

Я живу в этой квартире уже 17 лет. И мы с ней ненавидим друг друга.

Скажите, у вас никогда не было такого ощущения, что кто-то смотрит вам в спину? Признайтесь: бывало. А теперь представьте, что значит жить в таком состоянии все время. Как будто оно дышит тебе в спину и сверлит, сверлит тебя! Может это обстановка такая. У нас в квартире полно старых вещей. Я бы назвала их "вещи мертвых". Дело в том, что за несколько лет я растеряла почти всех близких. Раньше в квартире было много людей: я, мама, папа, две бабушки, дедушка... Было тесно, но хорошо. Не было чувства, что кто-то утаскивает тебя в темноту, не было чувства, что кто-то пытается тебя проглотить... Теперь нас трое: я, мама и умирающая бабушка.

Когда я бываю у нее в комнате я ощущаю сладковатый запах. Если порыться в интернете, то можно найти, что именно такой запах источают трупы. Она почти полностью парализована. Тяжело смотреть когда умирают близкие тебе люди. Все умирают. И я молю бога, чтобы он не забирал последнее, что у меня есть. Или дьявола... Я уже не понимаю кому молюсь, ведь все, что меня окружало уже не то: церковь - секта, семья - злость. Мы слишком ненавидим друг друга, чтобы говорить правду в лицо. Пускай так.

Все началось четыре дня назад. Тогда я первый раз прочитала Криппи и открыла для себя новый совершенно оригинальный жанр. Легкий всплеск адреналина для моей бурной фантазии. Мне полночи чудились призраки, но я не придавала этому значения.

1866, Эль-Рио. Совсем недавно завершился конфликт, который навсегда войдет в историю США и будет именоваться "Гражданской войной Севера и Юга". Главный герой, уже не юнец, в прошлом солдат Союза, служивший под началом У.Т.Шермана, а затем У.Гранта, а ныне - простой работник по найму, каких на крайнем юге Дикого Запада полным полно, в последнее время ничем не занимающийся, если, конечно, не считать занятием каждодневное просиживание в кабаке с добрым бутылем текилы.

И этот день для Гарри был совершенно обыденным, во всяком случае относительно... Он, уже почти пропив все заработанное ранее (т.е. до того, как начал опускаться и потерял всякий смысл жизни) решил пустить все оставшееся у него имущество (он даже продал свой старый кортик, подаренный ему когда-то отцом, оцененный впрочем в 55 центов) с одной лишь целью - напоследок набить желудок всякой всячиной и... если повезет, умереть от отравления рвотными массами. Смерть, достойная героя, не правда ли? - Нет. Но наш герой думал иначе.

Встал он очень рано, на рассвете, так как больше 6 часов спать физически не мог, голова его трещала, в ушах звенело, в животе.. урчало. Гарри подумал: "Неплохо было бы подкрепиться!"

Забыл сказать, у Гарри не было постоянного места жительства и он снимал комнату в том самом кабаке, который служил ему и домом, и местом, где он в хорошей компании себе подобных заливал глаза. Да и вообще, у него не было более никакой отрады в жизни, кроме... бутылки. И он нашел свою истину - на ее дне.

Смерть пришла к Ниточкину в самый неподходящий момент, когда он только-только начал писать комментарий к посту своего френда. Его руки на секунду зависли над клавиатурой... и тут сзади донеслось: "Пойдем со мной". Не спавший третьи сутки Ниточкин замер. Как может что-то звучать сзади, если колонки - вот они - спереди?

- Допрыгался, - подумал блоггер, тряся отупевшей за компьютером головой, - слуховые галлюцинации начались. Надо все-таки спать иногда.
- Пойдем со мной, - не хотела сдаваться галлюцинация.

Ниточкин обернулся. После монитора комната выглядела какой-то плохо прорисованной. "Миру не мешало бы заменить видеокарту", - мелькнула мысль и тут же испуганно исчезла - на расстоянии двух шагов маячила черная фигура с сельскохозяйственным инвентарем, название которого почему-то выветрилось из головы, на плече.

- Ты кто? - сфокусировал красные глаза Ниточкин на фигуре.
- Я - Смерть, - торжественно ответила та.
- Смерть, говоришь? - развернувшись к компьютеру, потенциальный покойник снова застучал клавишами, - а как правильно набирать: "smert" или "death"?
- Чего? - слегка растерялась гостья.
- Ну, как набирать, спрашиваю?
- Зачем меня набирать? Я уже здесь. Я сама прихожу, когда нужно. Я - Смерть, - с вернувшейся торжественностью заявила черная фигура.
- Слушай, родное сердце, должен же я посмотреть, с кем дело имею - с кем дружишь, о чем пишешь? - попытался объяснить Ниточкин.

Эта история, про влюбленного парня, которому не ответили взаимностью... Который от несчастья сделал ужасное дело. Какое? Сейчас я все вам расскажу.

Давным давно было это... Тогда, когда еще Запад был диким и делился между американцами и индейцами... Был одинокий ковбой, которого никто не любил...

Вот однажды, он ехал на своей хромой кобылке к себе в полуразрушенный дом, это даже и домом назвать-то нельзя, но все же он прожил в нем свою жизнь и переселяться не собирался... Так вот, едет он по пустой дороге, все тихо спокойно, вдруг он услышал, что где-то вдали кричит девушка... Ковбой не растерялся и поскакал на крик девушки...

Прискакав на место, где был слышен крик, он увидел девушку, на которую наставили ружья двое мужчин...
Ковбой, выхватив свой револьвер из кобуры, сделал три выстрела в воздух...
Мужчины остановились, и испуганно повернули головы...
- Что вы делаете!? - сказал он...
Ковбой посмотрел на девушку, которая была так прекрасна, что у него на время потерялся дар речи... И конечно - он в нее влюбился...

Вдруг девушка засмеялась вместе с мужчинами и сказала:
- Ха, вот ещё один наивный мужичок... Парни, скиньте его с лошади и заберите все, что у него есть!!!

Эту историю мне рассказала тётя и она правдивая. Ее зовут Лена. Буду говорить от её лица.

Поздно вечером я, как всегда, возвращалась с работы. Я работаю в городе, но живу у бабушки в деревне. Мы живем в одной квартире в двухэтажном доме с другими жителями, причем все они старые. Как только входишь в подъезд, то видишь лесенку и 4 двери, и точно также на 2 этаже. Я с бабушкой жила на втором и это дверь справа, самая крайняя, которая выходит на дорогу. Под нами жила баба Маша. Наши соседи были дедушка и бабушка. В остальных жили такие же старики, некоторые помоложе.

Так вот. Возвращаясь с работы, я встретила бабу Машу на лавочке и поздоровалась:
- Здравствуйте, баб Маш, - после я, как обычно, пошла дальше. И тут голос из-за спины.
- А я знала... что ты приедешь так поздно...
Я обернулась, а затем снова пошла домой. Бабушка была дома и смотрела телевизор.
- Баб, а че там баба Маша на лавке сидит?
- Не знаю, сидит, да и пусть.

На следующий день я снова возвращалась с работы, поздно вечером. Прохожу мимо той самой скамейки и захожу в подъезд, поднимаюсь по лестнице на второй этаж и вдруг сзади меня медленно заскрипела дверь и засветил тусклый свет...

Разумеется, долго ли еще вы будете мне интересны, зависит от того, сколь хороши окажутся ваши загадки...
Стивен Кинг «Темная Башня III: Бесплодные Земли»

I

- Как, по-твоему, куда он мог деться?
- Откуда мне знать? Может, любовницу нашел.
- Но ты же все-таки его близкий друг...

Весть о пропавшем человеке расходится очень быстро, но мало кого она волнует. У всех свои дела, заботы, кто-то вообще пропустит новость об этом или же перевернет страницу газеты, чтобы посмотреть, во сколько завтра футбол, при этом приговаривая: «Очередной алкаш пропал. Пади валяется, где нибудь в кустах. Так... ЦСКА - Спартак 22:00... отлично...» Однако близкие друзья и родственники лишь надеялись, что пропавший именно лежит в кустах в стельку пьяный, а не висит на одном из сучьев в лесу с петлей на шее.

- Я, конечно, его друг, но, правда, не могу даже предположить, где он может находиться. - Ответил Сергей, садясь в кресло. - Я побывал во всех местах, где он мог быть, но никаких следов.

Сергей пришел к Юлии, чтобы хоть как-то взбодрить ее, но пока никаких успехов. Юлия приходилась женой пропавшему Виктору, и предположение Сергея на счет любовницы никак ее не затронуло. Наоборот, она даже надеялась на этот поворот жизненного пути, лишь бы только Виктор был жив. Юлия сидела на диване, не далеко от кресла, в котором расположился Сергей, опустив голову и теребя уже вымокший носовой платок. На стоявшем перед ней столике уже полностью остыла чашка с кофе:
- Господи, хоть бы он был жив. - Проговорила Юлия, в очередной раз всхлипнув . - Я ему прощу даже измену... да все что угодно прощу, лишь бы он был жив.

Электрический свет ударил в закрытые веки, и я открыла глаза. Память возвращалась обрывками. Прямо надо мной висела тускло-желтая больничная лампа, освещавшая стандартную больничную палату. Около двери с местами облезшей краской, стоял умывальник. Над ним висели несколько квадратиков синей кафельной плитки. Рядом с моей неширокой кроватью стояла ветхая деревянная тумбочка, а напротив нее сидела моя старая школьная подруга – Ирка Марина - невысокая брюнетка с бледными глазами.

Она с беспокойством посмотрела на меня, и спросила:
- Ну как ты?
Я нервно сглотнула, и спросила:
- И давно я тут?
Мой голос прозвучал хрипло.
Ира громко вздохнула.
- Уже три дня. Мне врач сказал, что тебя завтра выпустят.

И тут память прояснилась окончательно: старый чердак, разбитая стена, глаза вампирши...

Но воспоминания не принесли облегчения. Мой мозг уже интенсивно работал после перенесенного сотрясения. Наверняка эта голодная нечисть не собиралась оставлять меня в покое. А пока она думает, что меня могли специально послать за ней, она и подавно не отстанет.