Страшилка

Парень сидит у окна и смотрит как крупные капли осеннего дождя перегоняя друг дружку быстро катятся по стеклу.
- Блин, опять моя продула! - пронеслось в голове Славика, когда одна из капель пришла к воображаемой линии финиша. Он поправил наушники, поднялся и направился к дверям. По радио задорно напевал Найк Борзов про "Маленькую лошадку" и Слава шепотом подпевал артисту. Объявили остановку, парень выпрыгнул в распахнувшиеся двери и нырнул под козырёк остановки. Небо плотным серым киселём заволокли тучи, и дождь не собирался заканчиваться. Славик присел на облезлые доски скамейки. - Придётся переждать дождь здесь. - подумал парень, зонт он как всегда забыл дома. Ветер срывал с деревьев редкие оставшиеся листочки и кружил их вместе с каплями дождя в предсмертном танце, затем бурные грязные потоки дождевой воды уносили их прочь.
Слава думал о везении, совпадениях, карме. Думал почему определённые вещи происходят именно в определённые моменты и меняют ход событий и жизни в целом. Что или кто влияет на это? Почему так часто и так заметно жизнь людей делится на полосы чёрный и белые?! И бывает происходят вещи, которых как будто и не могло быть? Дождь, барабанящий по козырьку остановки, и деревья, теряющие остатки буро-жёлтой листвы, грустно аккомпанировали глубоким размышлениям Славки. Он сменил радиостанцию, и в наушниках бойко заголосил Линкин Парк. - И вот же, в тему! Такой талантливый музыкант Честер, так рано ушёл из жизни! Почему? Чего ему не хватало!? Наверное, многое нам не дано понять.
Внезапно Славика как-будто начало сжимать изнутри, бешено застучало сердце, мир перед глазами затрясся и закружился, он попытался встать, закрыл глаза и закричал что есть силы. - Аааааа!!!! И тут вокруг всё погасло. Как будто выключили свет. И звук. Полная темнота и всепоглощающая тишина.

Я зеркала полюбила с самых ранних лет. Я ребенком плакала и дрожала, заглядывая в их прозрачно-правдивую глубь. Моей любимой игрой в детстве было-ходить по комнатам или по саду, неся перед собой зеркало, глядя в его пропасть, каждым шагом переступая край, задыхаясь от ужаса и головокружения. Уже девочкой я начала всю свою комнату уставлять зеркалами, большими и маленькими, верными и чуть-чуть искажающими, отчетливыми и несколько туманными. Я привыкла целые часы, целые дни проводить среди перекрещивающихся миров; входящих один в другой, колеблющихся, исчезающих и возникающих вновь. Моей единственной страстью стало отдавать свое тело этим беззвучным далям, этим перспективам без эхо, этим отдельным вселенным, перерезывающим нашу, существующим, наперекор сознанию, в одно и то же время и в одном и том же месте с ней. Эта вывернутая действительность, отделенная от нас гладкой поверхностью стекла, почему-то недоступная осязанию, влекла меня к себе, притягивала, как бездна, как тайна.

Меня влек к себе и призрак, всегда возникавший предо мной, когда я подходила к зеркалу, странно удваивавший мое существо. Я старалась разгадать, чем та, другая женщина отличается от меня, как может быть, что моя правая рука у нее левая, и что все пальцы этой руки перемещены, хотя именно на одном из них-мое обручальное кольцо. У меня мутились мысли, когда я пыталась вникнуть в эту загадку, разрешить ее. В этом мире, где ко всему можно притронуться, где звучат голоса, жила я, действительная; в том, отраженном мире, который можно только созерцать, была она, призрачная. Она была почти как я, и совсем не я; она повторяла все мои движения, и ни одно из этих движений не совпадало с тем, что делала я. Та, другая, знала то, чего я не могла разгадать, владела тайной, навек сокрытой от моего рассудка.

Часть Первая

- Томаш? Томаш! Том!
Голос разбудил молодого чешского паренька, который лежал на холодной твердой земле возле потухшего костра.
- О, господи, Том! Ты так нас напугал! - голос явно принадлежал девушке
Разум еще отуманен, в глазах расплывчато, все тело болело
- Том, очнись! - голос уже мужской, но его обладатель явно был младше 20
Наконец-то Томаш издал протяжный стон, после чего он устроился в сидячее положение и прохрипел:
- Где я? Что случилось?

Послышался звон в ушах, который перебивал рассказы приятелей Тома, поэтому тот еще раз простонал и рухнул на землю. Распластавшись на ней, Томаш пытался восстановить нормальное зрение, поморгав несколько секунд.
Потом парень потряс головой, чтобы "вытряхнуть" этот мутнящий сознание "туман". После Томаш начал потягиваться, из-за чего суставы хрустели так, будто их ломают огромной наковальней, все время падающая с неба.

Стук в дверь. Точнее не стук, а стуки. Непрерывные, настойчивые. Дверь открывается. В комнату входит секретарша, Люси.
- Мистер Тео, вы видели сколько времени? - волнующе спросила Люси. - Уже поздно, вам пора домой.
Психиатр Тео кивнул, и после этого Люси закрыла дверь. Собрав чемодан, мужчина уже хотел одеть своё кожаное пальто, но его телефон зазвонил. Весёлый рингтон наполнил весь кабинет. Подойдя к столу, на телефоне высветился контакт. Кейтлайн Фредерик.
"Почему она звонит так поздно?" - сразу после этой мысли, Тео решил взять трубку. Мало ли, вдруг девушке плохо или ей надо выговориться. Мужчина не стал отклонять вызов.
- А-а-алло... - голос хрупкой девушки заставил Тео чувствовать себя тревожно.
- Здравствуй, Кейт. Как ты поживаешь?
- Всё хорошо. - в голосе Кейт была нотка тревожности.
- Ты уверена, ты себя плохо чувствуешь?
- В-в-всё отлично. - это было сказано так, будто девушка была взволнована. Но чем? На этот вопрос не мог ответить Тео.

Дмитрий Бесстрашный в звании лейтенанта проснулся от страха только что увиденного сна. И ужаснулся еще раз, потому что заснул на рабочем месте. А это чревато выговором от начальства. Но, слава Богу, некто не заметил этого.

Дмитрий был достаточно суеверным парнем и вовсе не оправдывал фамилию Бесстрашный. Он был трус по жизни, и казалось, будто боится даже своей тени. Стать милиционером ему пришлось по наставлению родителей. Они всегда мечтали, чтобы сын служил закону. Боясь их гнева, он не воспротивился. Вот и сейчас он мчался по коридорам к кабинету Сергея Алексеевича весь красный и мокрый от пота. Сердце казалось, выпрыгнет сейчас из груди.

Но каким бы он не был трусом, работа превыше страха.
Вот эта самая дверь, сейчас он ее откроет, а там Алексеевич лежит мёртвый в луже крови, а Михаил поворачивается, улыбается и говорит «Ты следующий, лейтенант».

Раздался телефонный звонок. Человек в белом халате, вздрогнул от неожиданности, отложил папку и поднял трубку.
- Я вас слушаю.
На той стороне провода хриплый баритон проговорил:
- Сергей Алексеевич, - к вам сегодня, должны привести подозреваемого Михаила Андреевича, - вы готовы, сейчас его принять?
- Это тот, который убил свою девушку? - и изображает слабоумие?
- Да, Сергей Алексеевич, - так вы готовы его принять?
- Да. Ведите его прям сейчас, - только снимите с него наручники.
Баритон немного поубавился, но все с той, же хрипотой звонивший спросил:
- Вы уверены? - это может быть опасно, - ему уже нечего терять.
- Я уверен, - подозреваемый должен чувствовать себя свободно, тогда он быстрее откроется мне.

Я хочу рассказать вам о Даше, но начну с другого.

Кто я такой и почему решил вести дневник?
Я - Николай Поляков, врач-психиатр, никудышний врач-психиатр. Почти сразу после своего обучения и практики, по распределению я попал сюда, в психолого-неврологический интернат поселочка N.
Работаю здесь всю свою жизнь. Последние лет десять, может и больше, я лишь формально выполняю свои обязанности. Пациенты приходят к нам уже после обследования, с установленным диагнозом и даже показаниями. По сути они просто направляются к нам жить, лечения как такового здесь не проводится, они просто живут, а мы пытаемся держать их под контролем, в том числе и медикаментозно.
Я совершенно не годен к работе. Дело даже не в моей профессиональной несостоятельности, а в откровенном невыполнении мною своих обязанностей. За годы работы я остыл к профессии. Я даже не знаком с историями болезни своих подопечных, не говоря уже о знакомстве с ними самими.
Вот и с Дашей и ее делом, событиями ее жизни до поступления к нам, я не был знаком до прошлого понедельника. Познакомиться пришлось после того, как Даша пропала. О дальнейшем я и решил рассказать вам.

Глава 1

У палача юбилейная сотая казнь. Он так тщательно наточил топор, что лезвия вообще не видно — такое тонкое. Подвели приговорённого, палач опустил топор ему на шею.
Приговорённый: Что, уже?
Палач: Да!
Приговорённый: А почему я ничего не чувствую?
Палач: А ты кивни!
(Старый анекдот)

Девочке снился страшный сон, будто за ней гонится лев, бесшумно, и лишь свист кисточки на конце его хвоста изредка выдавал могучего хищника. Она бежала, боясь даже вскрикнуть или выдать себя, но он подходил всё ближе и ближе, неотвратимо настигая свою дичь. Тут девочка не сдержалась и пронзительно закричала, и кусты стали безмолвными свидетелями прыжка тёмного тела прямо на неё...

- Он утверждает, что у меня не в порядке с головой! Никакой поддержки от этого человека! Он ещё смеет называть себя моим парнем... - Джейн, сидя в удобном кресле напротив стола психиатра, пыталась доказать свою абсолютную адекватность.
- Мисс Ли, прошу, успокойтесь, - доктор говорил медленно, внятно, с интонацией. - Ваша вторая половинка немного обеспокоена Вашим поведением. Я просто пропишу вам таблетки, а Вы должны будете принимать их тогда, когда почувствуете резкий прилив эмоций.
Он открыл правый ящик стола и достал оттуда небольшой пузырёк с таблетками.
- Возьмите, - сказал доктор, протянув их Джейн.
- На этом, я так понимаю, сеанс окончен?
- Да, можете быть свободны.
Джейн Ли молча встала со своего места и вышла из кабинета. Доктор еще минуту смотрел на дверь, а затем взял из кармана пиджака мобильный телефон и набрал номер возлюбленного пациентки.
- Кристофер Вуд, время сеанса с Вашей девушкой только что закончилось. Я довольно тщательно ознакомился с её особенностями поведения и уверенно заявляю о том, что Вы можете продолжать свою работу над покушением. Она ни о чем даже не подозревает...

Пролог

- Маааам! - крик Олега заставил Ирину мгновенно сорваться с кровати и броситься в комнату сына. Распахнув дверь, она увидела, что мальчик сидит на кровати, закутавшись в одеяло. Его дыхание было тяжелым, прерывистым, в глазах читался смертельный ужас.
- Олежка, что случилось? Ну, не бойся, мама рядом.
Понемногу мальчишка начал успокаиваться, прижавшись к матери. Потом он поднял голову и посмотрел ей прямо в глаза:
- Я видел его, мамочка, я снова его видел.

За неделю до этого

- Слева, Олежка, вали его! Да что же ты делаешь, блин?! - Коля был крайне недоволен игрой друга. Уже третий раунд подряд они проигрывали из-за того, что Олег постоянно на что-то отвлекался, в результате чего погибали оба персонажа.
- Да ладно тебе, - мальчик засмеялся и похлопал Колю по плечу. - Как говорил Андрей Никитич, главное - не победа, а участие.