Так часто бывает. Как и с чего начинаются сны - мы часто не помним. Так и в эту ночь, после беготни по магазинам, не чувствуя ног, я уснула в своей чисто выстиранной, пахнущей вкусным порошком постели.
Странное дело, я как будто никуда и не уходила. Все там же, в моей квартире. В коридоре. Только почему-то вещи и предметы отражались в зеркальном отображении. Словно я попала в Зазеркалье Алисы. И предметы были не на своих местах. Вот и платяной встроенный шкаф, выкрашенный белой масляной краской, почему-то оказался у двери, где вешают вещи. Я открыла дверцу шкафа. Там шевелилось что-то мерзкое, похожее не то на собаку, не то на медведя, скорее же на медведя - с измятым, отекшим в опухолях не звериным, но почти человеческим лицом. Зверь был в крайности истощен. Свалявшаяся рыжая шерсть обрывками мохнатых волос обрамляла его безобразное тело. Заплывшие опухшими веками глаза страшной и даже какой-то чучельной морды неудачного чучела медведя, неподвижно смотрели на меня. Не добро, не зло, скорее безразлично.
- Зачем тут медведь?! - в испуге закричала я маме. - Разве можно держать животное в таких условиях! Он же умирает! Сколько он тут уже?!
- Я уж и забыла про него, - странно ответила мама. - Надо покормить. - Она бросила какие-то отходы из кухни. Чудовище заворчало. Видимо, стало есть.
Я хотела, открыть залепленную краской защелку шкафа, выпустить зверя, чтобы посмотреть, но мама категорически запретила:
- Не открывай, разорвет!
Здесь же рядом суетилась покойная бабушка, видимо, опасаясь, что я все же я не послушаюсь маму и отворю защелку.
Странное дело, я как будто никуда и не уходила. Все там же, в моей квартире. В коридоре. Только почему-то вещи и предметы отражались в зеркальном отображении. Словно я попала в Зазеркалье Алисы. И предметы были не на своих местах. Вот и платяной встроенный шкаф, выкрашенный белой масляной краской, почему-то оказался у двери, где вешают вещи. Я открыла дверцу шкафа. Там шевелилось что-то мерзкое, похожее не то на собаку, не то на медведя, скорее же на медведя - с измятым, отекшим в опухолях не звериным, но почти человеческим лицом. Зверь был в крайности истощен. Свалявшаяся рыжая шерсть обрывками мохнатых волос обрамляла его безобразное тело. Заплывшие опухшими веками глаза страшной и даже какой-то чучельной морды неудачного чучела медведя, неподвижно смотрели на меня. Не добро, не зло, скорее безразлично.
- Зачем тут медведь?! - в испуге закричала я маме. - Разве можно держать животное в таких условиях! Он же умирает! Сколько он тут уже?!
- Я уж и забыла про него, - странно ответила мама. - Надо покормить. - Она бросила какие-то отходы из кухни. Чудовище заворчало. Видимо, стало есть.
Я хотела, открыть залепленную краской защелку шкафа, выпустить зверя, чтобы посмотреть, но мама категорически запретила:
- Не открывай, разорвет!
Здесь же рядом суетилась покойная бабушка, видимо, опасаясь, что я все же я не послушаюсь маму и отворю защелку.
Категория: Страшный сон

Молодчинка автор