Страшилка

Маленький мальчик сидел в углу комнаты и крепко сжимал своего лучшего друга - небольшого плюшевого мишку. С гостиной раздавались крики и шум, наверняка в ход снова пошла посуда. Мать-алкоголичка, отец-наркоман, а Стив в свои 10 предоставлен сам себе. Единственное утешение - надежда выбраться из этого адского места, уехать куда-нибудь далеко и забыть прошлую жизнь. Ежедневные издевательства со стороны родителей, соседа и некоторых одноклассников сделали свое дело - Стив начинал всех ненавидеть. Именно это сформировало его дальнейшую судьбу.

Каждый день был похож на предыдущий. Подъем, "завтрак", школьные будни. Все одинаково, только менялись издевательства и пытки - от классической порки ремнем, до ударов тяжелыми предметами. Дом его родителей больше походил на сарай, ежели на место пригодное для жилья. Голые стены, дырявая крыша и полуразвалившаяся мебель. Но ненормальным родителям было здесь хорошо. Дом на окраине, соседи- такие же как они. Казалось, шансов выбраться из этой дыры нет.

Время шло, а мальчик превратился в парня, способного дать отпор отцу. Решив уйти, он даже не задумывался- лучше на вокзале, чем дома. Собрав свое "имущество", Стив ушел, оставив родителей одних. Годы скитаний, устройство на работу, повышение, переезд из коммуналки в нормальную квартиру. Казалось, теперь все будет хорошо, но желание отомстить было сильнее.

Совсем недавно в N-ом городе стали пропадать люди. Разумеется, большая часть населения была в ужасе от происходившего. Те, кто пропадали- больше не возвращались. Детские садики, как и школы, пустовали - родители были обеспокоены и не выпускали своих детей. Взрослые люди, будь то мужчины или женщины - даже они, боялись выходить на улицу, ходить на работу или в магазины. Все в ужасе сидели дома и то и дело смотрели новости, в которых рассказывали про пропавших людей.

Вскоре после исчезновения одного мальчика, назовем его Пашей, удалось задержать преступную группу из четырех человек. В квартире убийц стоял невыносимый запах, шкафы были забиты многочисленными пакетами, в которых были останки пропавших жертв. Как только сотрудники полиции ворвались в квартиру, они застали четырех человек за обеденным столом. В сковородке была какая-то еда...

Выяснилось, что две семейные пары, были самыми настоящими каннибалами, которые ели, а затем и избавлялись от останков своих жертв. На данный момент, они уже находятся в тюрьме. Задержать же их, удалось благодаря вышеупомянутому мальчику. Вот, что удалось выяснить со слов Паши о месте его заточения (разговор с детским психологом).

Мое окно смотрит прямо на соседний дом. Вечерами, я часто видел семью живущую там. Ричард и его жена Келли были весьма хорошими людьми. Не скажу, что семейство Томпсон было очень богатыми чтобы их грабить. Тем более убивать. Так или иначе, теперь дом пустовал. Родственник Келли поставил дом на продажу, но пока его никто не хотел покупать. Возможно, всему виной убийство.

Как-то утром я проснулся и переодевшись направился к входной двери, дабы взять свежую газету. Открыв дверь, я заметил, что у дома четы Томпсон стоят грузовики, из, которых рабочие выносили коробки. Сразу понятно - дом кто-то купил. Я лишь пожал плечами и зашел в дом.

Придя с работы, я сел за компьютер, ибо мне надо было распечатать документы в офис. Кстати, мой рабочий стол находится именно у этого окна. Я заметил девушку, которая выходила из соседнего дома. Судя по всему, это и есть хозяйка дома.

Через какое-то время, я узнал, что девушку зову Кейси и она живет одна. На вид ей было лет 25, я был старше ее на несколько лет. Особой внешностью она не отличалась, мне бы не хотелось говорить, что она - самая красивая девушка, которую я видел. Каштановые волосы и карие глаза - ничего особенного. Тем не менее, она мне понравилась. Мы даже начали общаться.

Ars longa, vita brevis...

Уайтчепел. В этом районе проживает наиболее бедное население Лондона. Графа Ричарда Белла, жившего здесь с рождения, ничуть не смущало, что по ночам по улицам бродят убийцы и проститутки и чуть ли не каждый день происходят "несчастные случаи".

Его единственный сын, Эван Белл, был очень замкнутым, необщительным и стеснительным человеком. Хорош собой, но с противоположным полом отношений не строит, как он сам утверждает: боится. Замкнутый, потому что в детстве его воспитывали исключительно няньки и домработницы, которых он ненавидел всем сердцем. Еще будучи ребенком, он издевался над ними, как только мог. Начиная от безобидного подрезания волос по ночам, заканчивая тем, что он "случайно" опрокидывал чайник с кипятком на служанок. Никто не мог пожаловаться Ричарду - несчастные просто понимали, что старый граф может принять это за клевету и выгнать прислугу, ведь Эван при отце был просто идеальным ребенком: вежливым, трудолюбивым и послушным.

Эвану воспрещалось выходить из поместья одному, но, несмотря на это, с девяти лет он совершал регулярные вылазки на улицу. В одну из таких вылазок он нашел лоскуты - обрывки одежды. Мальчик связал их между собой и получилось некое подобие куклы. Эван разговаривал с игрушкой, будто она была живой и ему казалось, что кукла отвечает...

Как же больно вспоминать всю мою не совсем простую, но оригинальную жизнь. Я не считаю, что я лучше других, ставить себя выше я никогда не умела. Мне не с кем даже поделиться своими чувствами. Осуждаете или сожалеете мне? Тьфу, не стоит. Я всего лишь женщина утонувшая в грязи из нераскрытых дел. Неинтересно дальше меня слушать? Ваше дело, наверное попали сюда, чтобы я начала читать мораль или раскрывать все карты? Да ни за что. В общем, я по смыслу простой человек с заманчивым настоящем.

Кто я? Ну это же так легко, я просто напросто жестокая тварь с железной хваткой. Я не люблю деньги, людей, эту давно ненастоящую и лживую жизнь. Для чего я живу? Хм, вопрос достаточно неуместен, для всех он риторический, кроме меня. Только знайте, я человек с кровавыми руками и наивными глазками. Я никого и ничего не понимаю, одинока и пуста по отношению к другим. Я... Маньяк! Страшно, но так же и неожиданно? Значит, я добилась эффекта.

Или вы просто считаете меня сумасшедшей? Ой, как мило. Наверное, я действительно больной человек, морально больной. В моем сердце, прямо внутри огромная и старая рана. А когда она вскрывается, что же я чувствую... У меня, как бы сказать что-то типа ломки. Как ноет моя душа, перед глазами все плывет, ноги не случаются, впрочем как и тело. Кто меня поймет и примет такой? Я ведь не хрупкая девочка, а настоящий монстр.

История эта произошла в 90-х годах. Тогда, конечно, все преступления не получали большую огласку, их не передавали в экстренный новостях, чуть ли не на всю страну, а наоборот - старались припрятать, а самые зверские получали гриф "Совершенно Секретно" и отправлялись пылиться куда-то на дальние полки... Вот такая-то история, не получившая огласку, произошла в глухом городишке.
Мать моей подруги как раз и поведала эту историю. Дочери она не говорила, а сама после этого переехала в большой город и постаралась забыть. Но дочь ухватила какую-то ниточку истории, когда её мать припомнила ту историю по телефону подруге детства. Выпытала конечно. А потом историю узнала и я. Ну не буду долго описывать, перейду к самой истории.
Повествование ведётся от имени матери моей подруги.
Ну, жила я тогда в этом городке. Не сказать даже, что город. Деревня. Жилось весело, непринуждённо. В школе училась ещё. Было мне 18 лет. Заканчивала 11 класс. Дружила, на тот момент, уже с женщиной. Познакомились, когда она была продавщицей в хлебном магазине, а я была ещё ребёнком. Её забавляло, что я, малышка, покупаю хлеб. Бывает бесплатно давала мне булочки. А потом завертелось всё. Но мы общались. Как подружки.
Она мне стала, как родная тётя. Ну вот, на то время, когда я заканчивала 11 класс, ей был уже 31 год. Она уже остепенилась, вышла за муж, родила сынишку. К слову, звали её саму Надей, сынишку назвали Андрюшкой. Милый мальчик. Пять лет уже исполнилось тогда ему. История про них.

Велико и ужасно творение моё. Все краски и красоты мира вмиг покажутся вам серостью и ничтожность, когда воззрите вы его. Гниль и сырость растекаются в ваших душах, усмирите гордыню свою и вознесите меня к небесам, подарив мне славу и величие. Когда сомкнуться веки мои на смертном одре, когда поднимусь я на трон свой кровавый по ступеням, сложенных из ваших тел, вы поднимите глаза свои невидящие к небесному своду и узрите... внемлите мне... я сам Бог! Каждая плесневеющая клетка плоти вашей устремится ко мне, пресмыкаясь предо мной. Я покрою части тел ваших воском, а суставы ваши окроплю маслом и ржавчиной, ибо вы станете марионетками в руках моих. Вырывая свои внутренности, волоча свое жалкое существо к моим ногам, будто бездомные собаки, раздавленные под колесами машины, вы будете кланяться мне. Вы станете безмерно счастливы, отдавая свои жизни мне - своему Богу!
- Валентин Сергеевич, в который раз перечитываю это письмо и понять не могу, что он в виду-то имел? - Андрей с озадаченным лицом без стука ворвался в кабинет начальника.
- Андрюша, когда ты стучаться, наконец, научишься? Не мельтеши перед глазами, присядь, - Валентин Сергеевич раскурил резную трубку с ароматным табаком и взял листок бумаги из рук Андрея.
Прочитав содержание письма, Валентин Сергеевич нахмурил брови. Он долго сидел, склонившись над листом, вновь и вновь перечитывая его содержимое.
- Андрюша, адрес какой на письме был обратный? Принеси-ка мне конверт.
Андрей принес начальнику конверт и нервно сглотнул подступивший к горлу комок.
- Валентин Сергеевич, страшные вещи пишет этот художник, имя он не подписал, назвался на конверте Кукловодом. Я понимаю, что художники люди со странностями, но тут дело уже криминалом каким-то попахивает. Может, в полицию обратимся, а?
- Андрей, успокойся, бывал я на выставках художника этого. Рисует он, мягко говоря, безвкусно. Года три подряд он в местной филармонии своих птичек накаляканных выставлял, купили, может быть, за все время пару картин для каких-нибудь сереньких офисов. А полгода назад он выставочный зал арендовал. Полотен тридцать там висело, трупы расчлененные нарисованы, головы восковые в витринах стоят, какие-то банки с кровью под потолком развешены. Мрак, в общем, сплошной. Так его и не признали, а славы ему хочется. Вот и добивается ее любыми путями.
- Дело в том, что в конверте к письму этому палец прилагался отрезанный. Раствором каким-то пропитанный.
- Ван Гог себе ухо когда-то отрезал, этот - палец отрубил, ничего удивительно.
- Валентин Сергеевич, но палец-то женский! - Андрей протянул начальнику целлофановый сверток и вытер, проступивший от волнения, пот со лба.
- М- да, Андрюшенька, дела... - задумчиво произнес главный редактор небольшой, но популярной областной газеты "Жизнь города N" Валентин Сергеевич Виноградов, - давай-ка вот что с тобой сделаем, друг мой, завтра бери свой фотоаппарат и поедем в гости к этому, так называемому, Кукловоду.

Вы так мечтаете о шубах... Мне очень тяжело поднимать эту тему, но я вынужден это сделать. Так как массовая информация об этом никогда не расскажет! Меховая индустрия беспрепятственно лезет во все виды рекламы и гламурные девицы с удовольствием красуются в роскошных мехах. Но как эти меха были получены мало кто знает!

Пушные фермы обеспечивают свой доход посредством низких затрат. Стремление тратить меньше сказывается даже на методах убийства животных: используют крайне жестокие методы убийства, цель, которых - не повредить шкурку, невзирая на то, какие мучения это означает для животных - их убивают электрическим током, топят, травят или душат газом.

Значительная доля меховых изделий, продаваемых как на рынках ширпотреба, так и в элитных домах моды - производства Китая, в том числе из меха кошек и собак, содранного с животных заживо. Ежегодно в государствах Азии убивают на мех свыше двух миллионов кошек и собак. Россия и США являются главными потребителями этого товара.

Китайские зверофермы - настоящий ад для животных. Там лисы, норки, еноты живут в тесных клетках, где вместо пола - металлическая сетка и она режет им лапы. Воздух, которым они дышат, отравлен испарениями их отходов, собирающимися под клетками. В конце этого ада животных ждет мучительная смерть. Ежегодно на китайских зверофермах гибнут сотни тысяч зверьков. Перед тем, как снять шкуру, животное только слегка оглушают, затем ему отрезают лапы и шкуру начинают снимать, когда еще когда зверек находится в сознании и все чувствует, он плачет и кричит от боли и после этого освежеванный он мучается еще 5-10 минут и только потом приходит конец его страдания - и он умирает.

Эти записи я знаю, потому что мой дед, рассказывал, как по Киеву бежал сумасшедший мужчина и из его карманов вылетали бумаги. Потом эти бумаги нашли. Иероглифы разобрали не сразу, почерк у мужчины был плоховат. На угле каждой страницы были написаны номера страниц. С помощью них мы разобрали все бумаги и вот что получилось.

15.06. (год так и не разобрали)
Начинаю писать дневник. Первый день в Киеве. Все очень странно. Будто я в параллельной вселенной. Голова кружится. Я вижу белую тень! Она зовет меня с собой, но куда?
Я кричу людям, что здесь призрак, но они только посмеялись.

16.06.
Ну вот, первый день в Киеве - а уже среди сумасшедших. Я здесь "свой". Но вот тень опять появляется. И снова зовет. Но я... Не посмею двинуться с места. Обсмеют - и все. Хотя, надо мной итак смеются. Меня эти сумасшедшие считают "сумасшедшим" потому, что я веду дневник.

17.06
Меня выпустили от этих сумасшедших. Начинаю осматривать город.
Уже полночь. Но я еще хожу с фонарем и осматриваю город. Ух, ты! В самом центре Киева, на Андреевском спуске, на стену одного из домов, что стоит чуть ниже музея Булгакова, взобрался наглый черный кот. Это кот Бегемот. Иду дальше. Вдруг слышу позади "мяу". Оборачиваюсь, но сколько не всматриваюсь в темноту - никого не вижу. Разве что Бегемота. Становится страшно...

Вчера вечером мне сообщили, что ты умерла. Так глупо? Выбросившись из окна? У тебя никакой фантазии, крошка.

Мне всегда нравилось наблюдать за твоими страданиями, которые ты выдумала сама. Сколько тебе было? Шестнадцать? И ты решила, что жизнь потеряла смысл? Глупый ребёнок. Самоубийство - это эгоизм, нелепый способ обратить на себя внимание, не более того. Обратила? Конечно, ведь я в очередной раз убедился в том, какая ты жалкая и ничтожная. Хочешь знать, что я делал, узнав о твоей кончине? Продолжил пить свой кофе и читать книгу. Почему? Потому что ты никчёмное, капризное существо, которое не стоит даже жалости и тем более сострадания. Мне стало смешно, когда твой брат кричал в телефонную трубку, что это я виноват. Я? Бред. Я не толкал тебя - ты сама сделала шаг в пустоту. Каждый волен распоряжаться своей жизнью.

Есть люди, которым вымученные страдания заменяют кислород - ты была одной из них. Придумала себе любовь, ныла на каждом углу, крича о безответном чувстве, рисовала на лице мировую скорбь и аккуратно писала на тонком запястье лезвием моё имя. Боялась задеть вены? Естественно. Это ведь шоу для окружающих, показ спектакля "Я такая несчастная, он меня не любит". Вся твоя жизнь - игра на публику. Ты даже уйти решила громко, чтобы о тебе говорили, чтобы жалели и сочувствовали. Наверняка и записку предсмертную оставила в стиле: "Я больше не могу так жить, моё сердце готово в любой момент остановиться от безысходности. Лучше я умру, чем буду и дальше мучить себя".