Где моя мама?

Итак, я дошла до кладбища (к слову, мы живем в километре от него, но что такое один километр для спортсменки, коей я была в школе?), попетляла немного по дорожкам и вышла к церкви. Церковь вполне себе действующая, но по ночам конечно же закрытая. Я остановилась у ограды, окидывая рассеянным взглядом "детскую" часть кладбища. Ах, да, забыла же совсем сказать, что старое кладбище на две части делилось, "детская" как раз около самой церкви располагалась. Мне не было не по себе, никаких "таинственных и жутких" звуков не слышала, холодком не обдавало, никаких признаков того, что рядом со мной происходит нечто необычное.

В какой-то момент я почувствовала прикосновение к плечу. Обернувшись, увидела маленького мальчика лет наверное 6, темноволосого, с по-детски пухлыми щечками и печальным взглядом огромных темных глаз. Я вытащила из ушей наушники и мягко спросила, стараясь не напугать ребенка:
- Ты что тут делаешь, малыш? Детям давно пора спать, да и не место тебе тут.
Можете не верить, но я не боялась, кирпичей не откладывала и по-настоящему беспокоилась о мальчике. Еще в душе колыхнулось раздражение на непутевых родителей, не смотрящих за своими отпрысками.

Ребенок помолчал, а потом поднял на меня умоляющий взгляд и прошептал:
- Где моя мама? Я хочу к маме!
- Ты потерялся? - насторожилась я.
- Да. Мы были вместе с мамой, а теперь не знаю, где она. Где моя мама?
Я испугалась, что малыш сейчас расплачется. Опыта общения с "мелкими" у меня не было никакого (в семье я единственный ребенок) и успокаивать мальчугана не хотелось совершенно.
- Чшшш, маленький, пойдем, поищем твою маму, - я подхватила мальчика на руки, попутно удивляясь, какой он легонький для своих 6 лет и недоумевая по поводу странных людей, таскающих детей ночами в такие места.
- Как тебя зовут?
Малыш, казалось, задумался.
- Меня... Рома... да, Рома, - повторил он уже уверенней.
Меня впервые кольнула тревога что-то было явно не так.

С мальчиком на руках я дошагала до центральной части кладбища, где дорожка уводила к воинскому памятнику Скорбящей Матери.
- Ну, Ромашка, куда дальше? - нарочито бодрым голосом спросила я, хотя тело уже покрывали мелкие мурашки страха, а интуиция буквально захлебывалась от чувства опасности и тревоги.
- Не знаю... Мама должна быть там, - Рома указал ручкой вглубь редких кладбищенских посадок, за, которыми скрывались могилы. Меня невольно передернуло.
- Ты уверен?
- Да. Ой, вот она! Мама, мамочка! - парнишка вырвался из моих рук и, не успела я остановить его, помчался по дорожке к... что? Мне захотелось протереть глаза, а заодно и перекреститься, потому что возле деревьев маячил белый силуэт, как мне показалось, протягивающий руки к ребенку.
Рома на бегу обернулся, махнул мне и крикнул:
- Спасибо!
Фигурки обнялись и исчезли за деревьями. Меня, честно говоря, будто током шарахнуло тогда. Я развернулась и во весь дух помчалась домой.

Уже утром, вернувшись на место ночного "происшествия", я легко нашла детскую могилку с табличкой "Роман, годы жизни такие-то (по понятным причинам более подробно не рассказываю)" и довольно удачную фотографию, с которой на меня смотрел Ромашка. Ему действительно было 6 лет.

Детей и взрослых, как я уже говорила, хоронили отдельно. Неудивительно, что маленький мальчик и после смерти так отчаянно скучал по своей маме, что нашел способ отыскать её на этом кладбище.