Страшилка

Это случилось тем летом. Мы с подругой гуляли по парку и ели мороженое. Лето было жаркое и поэтому, мы с подругой очень часто бегали в магазин, чтобы купить мороженого.

Когда мы уже пятый раз стояли на кассе, я заметила одну даму, которая стояла на соседней кассе. Привлекла внимание её шляпа. Она была огромной, чёрной и на ней было очень много чёрных роз.
- Даша! - закричала Мира.
- А, что? - опомнилась я.
- Пошли, ты мешаешь!
Я осмотрелась и поняла, что я стою на кассе, когда наше мороженое уже оплачено.
- Девушка, отойдите! Вы не видите, вы очередь занимаете?! - крикнула на продавщица и недовольно посмотрела на меня.
Я извинилась и отошла.

Когда мы вышли из магазина, Мира спросила:
- Ты чего?
- Да, там дама стояла, на соседней кассе. У неё такая большая чёрная шляпа была. Я на неё и отвлеклась. Видела? - ответила я.
- Не хочу тебя огорчать, но там не было дамы в чёрной шляпе.
- Да? Может показалось. Ладно, пошли.

"Вставай, тебе пора в школу!" - снова услышал я голос своей мамы.
Я посмотрел на часы, которые показывали 7:00, а потом посмотрел наверх и встал.
- Слушай, мам, почему ты не на работе?
- Я взяла выходной.
- Ясно.
- Кто тебе звонит?
- Сейчас проверю.
Я отошёл, посмотрел на телефон и мои глаза чуть не вылетели из орбит от удивления. На мой телефон звонила "Мама". Я пошёл на балкон подозревая что-то неладное и ответил:
- Алло?
- Привет, сынок, ты встал? Завтрак на столе, не опоздай в школу.
- А... Ты сейчас где?
- Я как всегда на работе, а что?
- Да нет ничего, ладно я пойду, пока.
- Пока.

Я бегу... Мне неважно... Ничего неважно... Главное бежать... Пусть... Я буду бежать...
На улице зима... А я... Босиком. Бегу. Пусть умру от холода... Ведь сарафанчик, что на мне, у вы не спасает от холода... Пусть останусь тут. В холоде. Но погибну не от рук... Или лап... Этой твари! А куда бежать? Может оно уже не догоняет меня? Может отстало? Но если я оглянусь... Нет... Как ноют мои порезы... Я не могу кричать... Мне зашила рот... Эта тварь мне его зашила! Я раню ноги о колючие снежинки... Как больно! Оно сзади всхлипывает... Я знаю почему... Я не чувствую ног...

А начиналось всё довольно мирно...
Моя Маша... Что с ней стало? А главное - зачем? Почему именно я?
Маша... Моя любимая Машка - лучшая подруга... Была...
Она была для меня всем! Она была для меня роднее мамы, роднее отца, которого я не знала... Мы всегда были вместе... Всегда! С ней было хорошо. Тепло...
Сидели мы как-то раз у меня. Пили крепкий кофе и говорили о том, о сём. Читали книжку, которую принесла Маша: "Учебник основ мистики". Маша читала мне вслух понравившиеся обряды.

Вдруг она остановилась на обряде "Смешение крови". Маша подняла на меня глаза и сказала:
- Слушай, Поль, давай обряд проведём?
- Я не хочу Чёрной магии! - Обиделась я. - Ещё потом будут тут призраки шастать!
- Это не Чёрная, - глубокомысленно произнесла Маша, - это Белая.
Она прочитала историю, о двух девушках, которые стали лучшими подругами, благодаря этому обряду. Их даже похоронили вместе, в один день. Ну я, дура и согласилась! А зря...

Здравствуйте, уважаемые читатели сайта. Хочу вам поведать об одной истории, произошедшей со мной около пяти лет назад и, тем не менее, вписавшейся в мою память раз и навсегда. Мне тогда было шестнадцать лет, я ходил в школу и, собственно как и все дети, после любил собираться с друзьями, гулять, хулиганить, играть в футбол и заниматься тем, чем обычно занимаются школьники. Время было зимнее, если не ошибаюсь, середина декабря, снег уже выпал, а морозы стали весьма ощутимыми. Находиться на улице больше двух часов становилось не выносимо, приходилось прятаться от холода в подъездах, ходить друг другу в гости или греться на отопительных трубах, встречающихся возле школ и котельных. И вот тогда-то и произошло то, что я до сих пор вспоминаю с содроганием. У одного из моих друзей, а именно Егора, бабушка при жизни занималась колдовством. Что конкретно она делала, не знаю, но слышал, что хорошо гадала, бывало даже, общалась с мертвыми людьми. Так вот, этот Егор, перебирая ее вещи, нашел спиритическую доску. Ну, естественно вскипела кровь молодая, захотелось духа вызвать, задать волнующие вопросы, услышать ответы.
Мы с радостью его в этом поддержали и решили провести ритуал у меня, так как отец еще три дня должен был находиться в командировке, а мать на ночь поехала к моей бабушке в больницу. Решено, сделано. Собрались к девяти часам у меня, разложились, достали уже заранее подготовленную инструкцию по вызову духов, найденную в интернете, свечи, блюдца, сахар, монеты, бобы... Надеюсь, вы понимаете, что в это время на улице было уже темно и, выключив в комнате лампу, мы погрузились в темноту, слегка рассекаемую бледным лунным светом. Все это ничуть нас не пугало, а даже напротив, сопровождалось пестрыми шутками и неудержимым смехом. Все затихли, когда Егор, наконец, зажег свечу и, положив руку на указательную планшетку, стал кого-то звать. Мы повторяли за ним, веселье уже улетучилось и все сидели неподвижно, ловя ушами каждый шорох.

Вы никогда не задумывались, если бы у вас была возможность остановить, к примеру, Гитлера до его прихода к власти, сделали бы вы это? Или избавиться от Чикатило за день, до его первого убийства? Стали бы вы менять прошлое, настоящее и будущее? Или же позволили бы всему идти своим чередом?
Я давно ответил себе на этот вопрос. Но, к сожалению, я не вижу будущего. Зато я вижу прошлое и, хоть и не могу ничего изменить или предотвратить, кое-что я могу сделать. Наказать. Покарать. Отомстить.
Сколько я помню себя, каждый раз, закрывая глаза и погружаясь в сон, я вижу смерть. Люди постоянно убивают друг друга, а я вижу это во всех подробностях вместо снов и по нескольку раз за ночь с криком просыпаюсь в холодном поту. А наутро, умывшись, выпив кофе и посмотрев утренние новости с криминальными сводками, иду вершить правосудие.
Сколько убийц при жизни остаются безнаказанными? Сколько невинно убитых людей уходят в забытье, неотомщенными? Я как никто другой знаю ответы на эти вопросы. Я нашел свое предназначение.

Сон, выслеживание, возмездие. Вот главные составляющие моей жизни. Мне не дано быть обычным человеком, вставать по утрам, как все, завтракать с семьей, идти на работу, возвращаться домой вечером, целовать детей на ночь и видеть обычные, бессмысленные сны. Но я ни о чем не жалею. Ведь мне дано нечто большее, чем простым людям - способность видеть истину и делать человеческие жертвы не напрасными. Это ведь гораздо ценнее, чем ежедневный быт и простое человеческое счастье, это наделяет мою жизнь особым, сверхчеловеческим смыслом.

Жила-была обычная семья. Мама, папа, дочка Маша и еще с ними жила бабушка.

Они пошли в цветочный магазин. Маша очень любила розы и попросила купить именно эти цветы. Она никак не могла выбрать какого цвета выбрать розы. Тогда бабушка предложила купить розы черного цвета. Маша сразу согласилась, потому что розы были очень красивые и душистые, а вот мама сначала отказалась, а потом Маша ее уговорила.

Розы поставили в комнату девочки, на тумбочку возле ее кровати. Когда она легла спать, вместо роз появились руки и стали ее душить. Маша закричала что есть мочи, в комнату прибежал папа с ножом и отрубил палец руке. Руки опять превратились в розы. Розы выкинули.

Когда утром бабушка резала хлеб, Маша заметила что у нее нет одного пальца...

Есть у меня подруга - Ксюша. Она мне как сестра, один из самых близких людей в моей жизни. Когда-то очень давно, лет 10 назад, с нами приключилась довольно жуткая история, которую мы до сих пор помним так отчётливо, словно это было вчера...

Ксения в то время ухаживала за своей умирающей тёткой. Тётя Рита и в полном здравии-то была не сахар, а когда рассудок стал покидать её, началось что-то страшное. Ей всё было не так и не то. Родная дочь Женя, перестала с ней общаться много лет назад, так что ухаживать за Ритой имела возможность только моя подруга. Я помню, Ксюша со слезами на глазах рассказывала мне, как тяжело ей находиться с тётей Ритой, но она не может её бросить или сдать куда-нибудь, потому как совесть не позволяет (всем же известно, что в специализированных учреждениях в нашей стране за стариками нормально не ухаживают). Мне было жалко подругу, иногда я заходила к ней, чтобы помочь в уходе за тёткой. Насмотрелась я там всякого...

Тётя Рита кричала благим матом, если ей приносили чуть недосолённый бульон или кидалась всем, что попадёт под руку, когда ей казалось, что кто-то из умерших родственников пришёл за ней и стоит в её комнате, а помирать она не собиралась. Мне было жутко находиться в квартире тёте Риты. Она кидалась проклятьями на всех знакомых и соседей, чьи имена ещё могла вспомнить. Мы просто приносили ей еду и убирали за ней, стараясь не реагировать на вопли и брань. Ещё, у тёти Риты было любимое развлечение: она шарахала изо всех сил по полу и по стенам своей тростью (она всю жизнь хромала, травма детства). Причём, делала она это не для того, чтобы позвать Ксюшу, а просто так. Нравилось ей. Соседи из-за этого жаловались постоянно, ругали мою подругу, что не может уследить за больной. Но что с ней поделаешь? Если трость убрать далеко и тётя Рита потеряет своё сокровище из виду, то начнётся истерика, от которой содрогнутся жители даже соседних домов. Ещё тётя Рита любила повторять нам, что она нас всех переживёт, что мы сдохнем раньше неё и всё в таком роде. Я понимаю, нельзя обижаться на больного человека, она уже не понимала, что говорит и что делает, но тут стоит отметить, что тётя Рита всю жизнь была очень злой. Она постоянно со всеми скандалила, не уживалась абсолютно ни с кем (как я уже говорила, даже родная дочь не смогла вытерпеть её), проклинала всех направо и налево. Не знаю, может быть у неё было какое-то психическое заболевание? А может просто характер такой...

- Не стоит убегать, - спокойно сказал он, - ты ведь знаешь, что не уйдешь. Так почему же не пропустить этот момент?
Лида поднялась на ноги и уставилась на мужчину.
- Ну вот, - проговорил Чёрное солнце, опустив руку, - так-то лучше.
Однако Лидия не собиралась сдаваться. Она рванула в сторону моста, подальше от него.
- Зря, - нахмурился Чёрное солнце.
Когда Лида повернулась, задыхаясь от бега, она поняла, что мужчина куда-то исчез и остановилась.
- Я пришёл помочь тебе, - послышался его голос.
Он доносился отовсюду. Он звучал в голове, в мыслях, громыхал как гром над городом.
- Это ты виноват во всём, - прошептала Лида.
- Не спорю, вина моя есть, но только самую малость.
Лидия обернулась и увидела Чёрное солнце. Он стоял, опёршись о столб, внимательно разглядывая свои ногти. Вскоре он соизволил посмотреть на Лиду и улыбнулся. Чёрное Солнце подошёл, заправил прядь её волос за ушко и вздохнул:
- Бедная-бедная девочка. В коме, на грани смерти, без отца...
- Что? Что значит "без отца"?
- Он мёртв. Не выдержал стресса и откинул коньки. Ты ведь знаешь, что у него очень слабое сердце, - сказал он и, наклонившись к её уху, шепотом добавил. - Было.
Чёрное солнце спрятал руки в карманы и внимательно посмотрел на Лидию. Она закрыла рот рукой, пытаясь подавить рыдания.

Ночь. Рёв моторов и сигнализации переплетался в какофонию хаоса. Широкий мост заполонили машины, не оставляя и сантиметра свободного места. Паника, исходившая от каждого человека, пропитала холодный ноябрьский воздух и стала осязаемой. Она практически материализовалась, обрела тело и душу. Все находились в тревожном ожидании чего-то ужасного, потому мало кто заметил точёную фигурку девушки, которая стояла на краю моста. Мало кто, сквозь затуманенный страхом взор, заметил обречённость в её глазах.
Края нежно-голубого платья развевались на ветру, голые ступни были изрезаны острыми камнями и битым стеклом, волнистые волосы, кажущиеся в темноте не золотистого, а пепельного цвета, напоминали волны неспокойного моря. Она медленно развела руки в стороны и сделала неуверенный шаг вперёд. Пальчики повисли над пропастью. Шум и хаос остался позади, стал чем-то отдалённым и ненастоящим. Она могла слышать только сонное биение своего сердца, отстукивающее определённый ритм, погружая её в неглубокий транс. Под пьянящее действие этого транса незнакомка осмелилась сделать ещё один - последний - шаг в пустоту...

Дрожащие пальцы вцепились в матрац, из груди вырвался душераздирающий крик. Вскоре пелена ночного кошмара начала отступать, руки ослабили хватку, а губы напряжённо сомкнулись в тонкую линию.
- Лида, - послышался взволнованный голос. Он показался очень знакомым, от его тембра грудь сжималась от тоски. Голос сказал что-то ещё, но из-за гула в ушах Лидия не разобрала слов. Когда она попросила воды, произнесённое ею было лишь несвязным бормотанием. Впрочем, кто-то поспешно подставил чашку ко рту и Лида жадно начала пить. Медленно открыв глаза, она попыталась сфокусировать взгляд на человеке, который был перед ней, но казался большим чёрным пятном.
- Как ты?
Лидия потёрла глаза. На неё смотрел седоволосый мужчина. Его массивные брови были приподняты от печали, а руки тревожно поглаживали одеяло, под, которым лежала Лида.
- Папа!

Я давно увлекаюсь мистикой. Были разные ситуации, связанные с моим не совсем обычным увлечением. С друзьями, у которых любовь к мистике не отличается от моей, мы часто баловались в той или иной степени с вызывалками разной нечисти.

Произошло это не так давно.
И вот я шел к другу. В наушниках играла тихая и успокаивающая песня. Звонок. Друг. Поторопил.
Ну что ж, я ускорил шаг. Его 12-этажка.
Поднялся на знакомый этаж, звоню в дверь, он открыл.
У него уже сидели наши общие друзья.
Немного пообщавшись и поделившись последними событиями в жизни, мы сели в круг. Друг достал спиритическую доску.

Верил ли я на самом деле в мистику?
Не сказать да, не сказать нет. Что-то среднее.
Были иногда моменты, когда я мог подтвердить и то и то мнение.
Но спиритическая доска казалась мне пустой деревяшкой, по которой двигали точно такую же деревянную и самую обычную стрелку. Двигал. Кто-то. Но не призрак. А один из тех, кто принимал в этом "сеансе" участие.