Эксперимент

Та ночь была тёмной. Помню, что лил сильнейший дождь, а ветер был таким, что вырывал деревья с корнем. Чтобы не раскрыть свои эксперименты, я работал именно в такие ночи. Они скрывали мою деятельность и никто бы не смог их раскрыть. Убедившись, что семья уснула, я одел пальто и вышел на улицу. Да, порывы ветра отбрасывали меня к двери, словно говоря мне короткую фразу "Не ходи". Отказаться от затеянного не мог. Слишком долго и усердно шёл к своей цели. Кое-как мне удалось пересечь сад и дойти до лаборатории, на другом конце заднего двора. В доме не горела ни одной свечи - все спали и видели прекрасные сны, но не я. Моим сном была моя работа. Я закрыл дверь на замок. Теперь ни я, ни кто-то другой не могли попасть за другую сторону двери. Спустя час всё было приготовлено для операции. Она началась. В качестве материала было моё тело.

Вколол инъекцию вещества, которое я разработал в той же лаборатории. По мощности она во много раз превосходила опиум и другие вещества, помогавшие людям забывать о боли, но в отличии от них мой рассудок остался при мне. Я отдавал оценку своим действиям. Инъекция подействовала незамедлительно. С рабочего стола я взял моё изобретение. В неактивированном состоянии оно было похоже на огромную иголку. Место нити была тонкая, словно вырезанная из бумаги, трубка, сделанная из резины. Она плавно перетекала в медный, острый наконечник. Резким движением я вонзил её себе в ногу. Моя конечность стала напоминать мясо, попавшее на стол к мяснику для разделки. Я опоясал трубкой всю ногу. Следующая часть была правая часть живота. Осторожно провёл своеобразную нить, не задевая органы, сквозь себя. На очереди была рука. Я протянул её возле запястья. Крики наполнялись помещение, но никто их не слышал из-за чудовищной погоды за окном. Инъекция не справлялась с болью. Человек, который задумал бы такой же эксперимент, используя другое обезболивающее, умер бы от потери крови, сошёл бы с ума от боли или просто бы стал инвалидом. Эксперимент, несмотря на столь чудовищную боль, продолжился. Шланг проходил через всю правую сторону тела, на очереди левая. Проткнув симметрично в трёх местах вторым аналогичным шлангом, я принялся за самую важную часть. Моё состояние позволяло мне едва двигаться, но моё стремление, постичь скрыты е уголки жизни человека, преодолевало всё. Несколько недель назад у меня получилось смастерить двигатель на спину, который должен был мне поставлять нужные вещества. Я одел его. Тяжесть двигателя перевешивала моё равновесие, но его вес мне было не суждено почувствовать. Подключил две иглы к разъёмам на рюкзаке. Оборудование было надето и теперь оставалось только дёрнуть за рубильник, чтобы мотор стал переливать вещества. Из двух цистерн в моё тело через дырки в шланге должен был поступить газ, который не дал бы моему телу сгнить, будучи погребенным. Я видел, как кожа покрывалась корочкой от высоких температур газа, но сделать ничего не мог. После обработки тела паром, я заткнул дырки в шланге и залил в свои раны вещество.

Я выжил... И это было само по себе чудо, ведь потеряв большое количество крови, мне удалось не потерять сознания из-за такой большой потери. В этом мне помогла инъекция, которая замедляла пульсирование крови в венах. Действия обезболивающего прошло и теперь я чувствовал ту адскую боль, которая не покидала меня всё это время. Страшно представить, что мне пришлось пережить в эту ночь, если после эксперимента я чувствовал её очень хорошо. Но всё позади. Теперь ничто не могло угрожать моей жизни. Решившись на такой эксперимент, я обрёк себя на жизнь... Жизнь после смерти. Ходячий мертвец и ничего более я из себя не буду представлять. Но теперь мир узнает, что Бог - это человек, которым может стать каждый из нас. Теперь лишь осталось дождаться своей смерти в обличии человека, чтобы мир содрогался глядя на меня. Она придёт скоро. Очень скоро... Если не настала в ту ночь...